Роберт Стайн - Заколдованное авто

— Автомобиль заколдован. Я могу доказать это, — заявил я, когда мы все четверо собрались за обеденным столом. — Вы видели эту девочку, Мариссу, которая была здесь прошлой ночью?

— Митчел, можем мы спокойно пообедать? — раздраженно спросил папа.

— Ты хотел сегодня пиццу, — сказала мама, — ешь, пожалуйста. Только не начинай спорить и не порть всем аппетит.

— Портить всем обед? — закричал я.

Ничего не мог с собой поделать, совсем потерял контроль над собой. Я должен рассказать им кошмарную, неправдоподобную историю, а они беспокоятся, что я испорчу им обед! Я вскочил на ноги. Мой стул упал и загрохотал по полу.

— Митчел, сядь! — приказал папа.

— Наш новый автомобиль заколдован! — заорал я во всю мощь легких. — Там девочка-привидение, и она злая!

— Он говорит правду, — тихо сказал Тодд. — Все так и есть на самом деле.

— А ты не суйся в это дело, — одернул его папа. — Вот ты как раз и начал нести всю эту чепуху про привидения в доме, Тодд.

— Но это вовсе не чепуха! — завопил я, поднимая над головой сжатые в кулаки руки.

— Митчел, возьми свою тарелку, — приказала мама, взмахнув обеими руками. — И до свидания. Забирай тарелку и ешь пиццу наверху.

— Но, мама…

— Иди! Иди! Иди! — приказал отец.

— Но я говорю правду, — не унимался я.

— Больше ни слова! — оборвал меня отец. — Иначе будешь надолго посажен под замок.

Ворча себе под нос, я выбежал из столовой. Тарелку я не взял. Мне было не до еды. Я готов был рвать и метать, бить кулаком в стену. Или сесть в этот автомобиль, и пусть несет меня, куда ему вздумается.

Есть что-либо ужаснее на свете — знать правду о чем-то очень важном и не суметь убедить никого вокруг? Почему родители отказываются верить?

— Я не лжец! — крикнул я с лестницы.

Потом с бьющимся сердцем и больным от крика горлом вбежал в свою комнату. Стоило мне появиться там, как тут же зазвонил телефон. Я схватил трубку.

— Алло! — все еще задыхаясь, произнес я.

— Митчел? Это Марисса.

Я так и обомлел:

— Как — Марисса?

— Слушай, Митчел. Я звоню, чтобы предупредить тебя…

— Марисса, я знаю всю правду! — выпалил я, не дождавшись, пока она доскажет.

Молчание на том конце провода. Наконец она пробормотала:

— В самом деле?

— Да, — дрожащим голосом ответил я. — Я знаю, кто ты. Знаю всю правду.

Голос Мариссы понизился до холодного шепота:

— Ну и что же ты собираешься делать, Митчел? Теперь, когда знаешь правду, что будешь с ней делать?

18

От этого шепота у меня по спине пробежал холодок.

Я говорил с привидением, понял я. А она еще и пугала меня.

Весь дрожа, я отключил телефонную трубку и бросил ее на кровать. Сделал глубокий вдох и задержал его.

«Спокойно… только спокойно…» — приказал я себе.

Закрыл глаза и подождал, пока успокоится сердце. Потом засунул руки в карманы джинсов и заходил туда и сюда по комнате. «Что же мне теперь делать?» — спрашивал я себя.

И что я могу сделать? А если Марисса станет преследовать меня? Теперь, когда я все про нее знаю, не предпримет ли она что-нибудь, чтобы я никому не смог выдать ее секрет? Может быть, она задумала сделать из меня привидение?

Я сел за свой рабочий стол и начал подбирать детали своей модели автомобиля. Я надеялся, что, может быть, работа над моделью хоть немного успокоит меня. И отвлечет мои мысли от Мариссы.

Но прошло несколько минут, как я сел за стол и пытался собрать детали модели, но так и не смог собраться с мыслями.

Услышав, что папа позвал меня, я поспешно вскочил и направился вниз. Мама, папа и Тодд — все были в пальто.

— Куда вы собрались? — спросил я, сбегая по ступенькам.

— К кузине Элле, — ответила мама, поправляя шарф перед зеркалом.

— Она болеет вот уже неделю. Мы обещали навестить ее.

— И я с вами, — обрадовался я и кинулся к платяному шкафу.

— Нет, — отрезала мама, — почему бы тебе не остаться дома? Тебе нужно немного поостыть.

— Да, самое время побыть одному, — сказал папа. — И подумать, как глупо ты себя вел.

— Но… — начал было я протестовать, но потом вздохнул и пожал плечами: — Все прекрасно. Я остаюсь дома. Мне теперь все равно.

Папа прошел по коридору и включил светильник возле входа в гостиную.

— Провода все еще потрескивают, — пробормотал он, покачав головой. — Никак не могу найти место короткого замыкания. Будь поосторожнее с этой лампой, Митчел.

— Надо ли мне будет поцеловать Эллу? — спросил Тодд маму. — У нее такая противная на вкус косметика, что прилипает к моим губам.

— Тебе вовсе не обязательно целовать ее, — ответила мама. — К тому же она нездорова, не забывай!

Я увидел, что на столике лежат ключи от автомобиля.

— Разве вы едете не на машине? — спросил я папу.

— Мартин повезет нас, — сказал папа. — Мы тебе уже сто раз об этом говорили.

— Но тебе лучше держаться подальше от нашего автомобиля, — предупредила меня мама, строго прищурив глаза. — Не подходи к нему, Митчел. Не садись и даже не дотрагивайся!

— Не беспокойтесь, — пробурчал я.

Им нечего беспокоиться. Ни за что на свете я больше не сяду в этот заколдованный автомобиль.

Я проводил родителей и Тодда до дорожки. Нам пришлось немного подождать, пока мой кузен Мартин не подъехал на своем зеленом «Таурусе».

— Передай Элле, пусть поскорее поправляется, — сказал я и махнул кузену на прощание рукой.

Тодд с папой сели на заднее сиденье. Мама села спереди, потом повернулась ко мне и спросила:

— Митчел, с тобой все будет в порядке, не правда ли?

— Ну да. Конечно. Не беспокойся, — заверил я ее. — Я не в первый раз остаюсь один, разве не так?

— Мы скоро вернемся, — сказала она и закрыла дверь.

Зеленый «Таурус» сначала сдал назад, а потом выехал на дорогу к городу.

Я стоял около нашего автомобиля. Окно со стороны водителя было опущено сантиметра на два. Я нагнулся и заглянул внутрь.

— Марисса, ты здесь? — позвал я.

Никакого ответа.

От света уличного фонаря внутренняя обивка машины блестела.

— Марисса, ты меня слышишь?

И снова никакого ответа.

Но вдруг я ощутил сильное воздействие, будто какая-то неведомая сила тянула меня в автомобиль.

— Нет, — вслух сказал я. — Нет. Я не сяду в машину.

Я хотел уйти. Мне хотелось оказаться дома, в безопасности. Но эта невидимая сила все тянула меня… тянула.

— Нет, пожалуйста, отпусти меня! — взмолился я.

Но она не уступала. Я помимо своей воли схватился за ручку. И начал открывать дверцу.