Вина и грехи - Мара Вульф

– Кто это у нас здесь? – Королева с улыбкой вытянула палец, чтобы погладить кота по головке, однако Мило в панике зашипел при виде длинных когтей, которые выдвинулись из подушечек ее пальцев. – Тебе придется научить его манерам, – холодно отрезала Селеста, после чего рявкнула в сторону предводителя Второго ковена: – Криспиан! Казнь отменяется. Пусть стража отведет обоих предателей обратно в темницу, пока я не решу, что с ними делать дальше.

Сохраняя полную неподвижность, Николай незаметно выдохнул от облегчения, и со мной произошло то же самое. Лупа спасена! На какое-то время. Конечно, теперь я в ловушке, но во всяком случае рядом с сестрой.

– Но, – неожиданно подала голос Селия. – Мы сделали то, чего ты требовала. Позволь мне забрать Алексея домой. – У нее даже голос не дрогнул, когда она не согласилась с приказом королевы ведьм.

Николай тихо зарычал.

– И я сдержала свое обещание, – с улыбкой отозвалась Селеста и прижала когтистую ладонь к груди. – Они оба сегодня не умрут.

– Я хочу к Лупе, – потребовала я. – Хочу убедиться, что с ней все в порядке.

Глаза королевы сузились, и, прежде чем она мне ответила, прошло несколько секунд. Секунд, за которые температура в зале упала еще сильнее. Откуда-то из глубины ряда ведьм и ведьмаков донеслось нервное шарканье. Селеста ждала так долго, что каждый в зале решил, что за это требование она оторвет мне голову.

– Возможно, позже я разрешу тебе это сделать. После того как примешь ванну и поешь. Бредика подготовила все для твоего прибытия. И советую тебе подчиняться моим приказам. Как моя наследница, своим поведением ты должна показывать хороший пример моим подданным. – Она даже не маскировала угрозу. – Когда смоешь с тела человеческую вонь, Бредика отведет тебя в мои покои, и мы обсудим, что нужно сделать, чтобы подготовить тебя к роли моей наследницы. Это будет непросто. Нашим народом нужно править железной рукой. Мы друг друга поняли, я надеюсь?

Селеста когтем подцепила мой подбородок, а я перевела взгляд на Николая. Его золотые радужки стали темно-красными рубинами, когда Селеста с такой силой царапнула мою кожу, что проступила кровь. Однако королева переоценила притягательность моего запаха для стригоя, поскольку он не сдвинулся с места. Наоборот. Внезапно стал казаться еще более расслабленным, чем раньше.

Я стиснула зубы и на выдохе согласно опустила глаза. Лупа жива, и что бы мне ни пришлось сделать, лишь бы так оставалось и дальше – плевать, я все выдержу. Даже если за это меня заставят облизывать королевские сапоги. Моя гордость не имела значения. После того как разберусь с тем, для чего сюда прилетела, позабочусь и о Селесте. Она еще ни о чем не подозревает, но ее время в качестве королевы Ардяла подходило к концу.

– Проводи меня в мои покои, – обратилась Селеста к Николаю. – Радость от воссоединения семьи меня утомила. – Ее тон выражал крайнее удовлетворение. Стригой между тем подал ей руку, и она взяла его под локоть. – Наконец-то все так, как должно быть, – произнесла королева, когда они выходили из зала.

Ни от кого не укрылся собственнический жест, которым она прижимала стригоя к себе. Как всегда, Николай избрал путь, который посчитал правильным, и я надеялась, что нынешняя противница ему по зубам.

– Пожалуйста, следуй за мной. – Ко мне подошел Люциан. – Я отведу тебя в твои покои.

Не будь он боевым ведьмаком Селесты, я бы истолковала выражение в наблюдающих за мной серых глазах как жалость.

Я подняла подбородок, игнорируя кровь, которая стекала по моей шее:

– Я сама найду дорогу.

Стоило договорить эти слова, и мне стало ясно, что они абсолютно лишены смысла, так как я понятия не имела, где меня поселила Селеста.

– Не найдешь. – Парень резко развернулся и направился к выходу. Позади нас послышался гул голосов.

По пути к двери я поймала подавленный взгляд Селии. Позже ей предстояло рассказать мне, что тут случилось после моего побега. Она задолжала мне объяснения.

Люциан повел меня к крылу, которое много веков подряд занимали члены королевского рода. Комната оказалась настолько великолепной, что у меня перехватило дыхание. На окнах от пола до потолка развевались белые занавески. На каменном полу кремового цвета лежали шелковые ковры. В центре стояла огромная кровать с балдахином. Из следующего помещения тянулся аромат розового масла и гвоздики, и я услышала плеск воды. При мысли о горячей ванне у меня едва не подогнулись колени. Конечно, я высушила свою одежду магией, но по ощущениям она все равно казалась липкой. Это не последствие холода, а осознание, что в дальнейшем мне придется подчиняться королеве ведьм. Открытое неповиновение лишь вызовет у нее подозрения. Хотела бы я быть сильнее. Бесчувственнее. Потому что тогда поступки Николая не причинили бы мне такую боль. Потому что, готовясь к своей задаче, я рассчитывала на что угодно, только не на то, что вновь встречусь с Николаем таким вот образом. Что он будет с ней. Я вызвала в памяти выражение его лица. По мне он точно не скучал. Итак, теперь я знала, что он меня не искал. Никогда бы не подумала, что даже спустя столько времени осознание этого так меня ранит. Сильнее всего хотелось свернуться калачиком на кровати с балдахином и разрыдаться. Я по-прежнему сама за себя. Как и почти всю свою жизнь. И почему же я продолжаю надеяться, что однажды это изменится? Большая часть моего наследия тянулась от семьи, которая сеяла вокруг себя ужас. Возможно, я просто заслужила такую судьбу. Но жалость к себе меня только ослабит. Пора прекращать.

Бредика, управляющая Карайманом, стояла около кровати и раскладывала одежду. Когда она подняла голову, ее глаза подозрительно заблестели, а мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не броситься в ее объятия. Невзирая на отстраненную вежливость этой женщины и тесную связь с Мелиндой, я никогда не воспринимала ее как врага. Не смогла и сейчас.

– Спасибо, Люциан. – Я оглянулась на ведьмака. – Дальше мы сами.

Парень коротко кивнул и исчез без лишних слов. Я выпустила извивающегося Мило, и тот побежал к Бредике. Ей он и раньше позволял брать себя на руки.

– Это я тогда рассказала твоему брату про котенка. Он из помета, который появился на конюшне. Мне так жаль Кирилла. Такой смелый и одаренный молодой человек. – Опустив обратно Мило, ведьма вытерла слезу из уголка глаза. – У тебя измотанный вид. Тяжело пришлось у людей?

Я лишь пожала плечами. Последние два года и для нее не прошли бесследно.