Ньевес Эрреро - Чужая жизнь

Бака вошел в типи и потерся о спину индейца. Кот пару раз мяукнул и вышел. Джозеф продолжал говорить. Юноша внимательно смотрел и слушал, стараясь не упустить ни одной детали.

— Нас называют дикарями, Лукас, и также будут называть тебя. Тем не менее именно белые люди загрязняют наш воздух, делая его непригодным для дыхания. Отравляют воды, кровь наших предков. Атакуют Мать Землю атомными бомбами и всевозможными химическими веществами, вызывающими у людей неизлечимые болезни. Ты считаешь, что мы дикари? Тебе всегда придется жить с этим клеймом, этой несправедливостью на своих плечах. Пообещай мне, что станешь сильным, дай мне слово, что твои дети никогда не увидят тебя подавленным или побежденным и что ты будешь бороться за наш народ, пока в тебе теплится жизнь.

Лукас поднял руку.

— Обещаю! — серьезно произнес он. Юноша был взволнован.

В течение нескольких минут Джозеф молчал. Он зажег священную трубку и закурил, выпуская изо рта мощные клубы дыма. Когда человек-медицина передал трубку Лукасу, тот попытался сделать то же самое, но дым выходил без какой-либо определенной формы. Погасив трубку, Джозеф снова заговорил:

— Я хочу, чтобы она была у тебя. Трубка не может оказаться в более надежных руках, чем твои.

— Но, Джозеф, я приеду повидать тебя в Монтану… Надеюсь, что это будет скоро.

— Не забывай о том, что ты можешь быть полой костью. Ты станешь хорошим человеком-медициной, но тебе придется раскрывать свои способности.

— Я надеюсь, что продолжу учиться.

— Никогда не пытайся исцелять во имя своей чести или для твоих личных целей. Мы всего лишь канал для исцеления. Полая кость. Еще в материнской утробе мы были избраны для того, чтобы помогать. Мы не можем отказаться от своей судьбы. Смотри, Лукас, твой Бог и мой близки. Они подают друг другу руку. Ты понимаешь это? Ты и я — мост между двумя культурами, двумя родственными цивилизациями. Сейчас я уже не знаю, где начинаешься ты и где заканчиваюсь я.

— Мне часто кажется, что ты ошибаешься, переоценивая меня. Я всего лишь семнадцатилетний парень.

— Нет, ты — это жизнь, которой предстоит пройти, а я — уже прошедшая жизнь. Теперь настал твой черед. Не бойся идти в одиночку.

— Но ты есть, и это придает мне уверенности.

— Не бойся. Будь всегда спокоен. И не забывай о твоем народе, который столько ждет от тебя, Друг Орла.

— Я хотел поговорить с тобой… Джозеф, о том, что мы оказались обманутыми Брэдом.

— Брэд приходится кровным братом Кендалю. Вы называете таких братьев двоюродными. Чего он мог добиться, принимая участие в этом убийстве?

— А если Кендаль раскрыл его предательство, и им пришлось ускорить свои преступные действия? Уверен, что Кендаль, как и я, увидел в поведении Брэда что-то подозрительное и этим приблизил свой конец. Брэд всегда вел двойную игру, но нам удалось это раскрыть. Он действовал как трус: бросил камень и спрятал руку.

— Если это действительно так, то мне нужно убедить Брэда уехать со мной. Он должен вернуться в Монтану вместе со мной и Иктоми. Находясь там, я поговорю с советом старейшин, и они примут решение от имени общины. Индейцев, которые совершают убийство, карает правосудие. Как убийцу, так и его сообщников изгоняют из племени. Это бесчестие навсегда. Нет большего наказания, чем никогда не иметь возможности увидеть своих близких.

— Что ты скажешь Брэду, чтобы заставить его поехать с тобой?

— Завтра вечером я сообщу ему, что ты нашел на острове что-то интересное для нашего народа. Он подумает, что это статуэтка. Если это и есть мотив его пребывания здесь, Брэд изменит свои планы и поедет вместе со мной, уверяю тебя. Если же он этого не сделает, то, значит, на этот раз интуиция тебя подвела.

— Но это ставит тебя под удар!

— Опасность — составная часть самой жизни. Лучше знать правду, чем никогда не узнать ее из-за боязни. Тебе нужно будет принести длинную коробку с чем-то тяжелым и передать ее мне в аэропорту на виду у всех. Я буду беречь ее так, будто бы там лежит чистое золото, и никому не позволю открыть. Так и сделаем.

— А если завтра мне на самом деле удастся найти что-то ценное для нашего народа?

— Делай, как я сказал, независимо от того, найдешь ты что-то или нет. Если наткнешься на статуэтку, постарайся, чтобы она попала в мои руки самым надежным образом и ни Иктоми, ни Брэд не смогли этого заподозрить. Надеюсь, что ты сумеешь что-нибудь придумать. Если ты найдешь ее, когда мы будем уже в Монтане, позвони мне по мобильному телефону, но ничего не говори! Используй фразу «нежданный дождь». Когда ты ее произнесешь, я буду знать, что мы приближаемся к тому моменту, когда сможем соединить все три статуэтки, которые дадут кроу мир, силу и власть. После стольких веков ожидания!

Он снял с себя амулет и надел его на Лукаса. Это было ожерелье из коричневых семян с двумя клыками животного, которое Джозеф сделал, думая о своем юном друге.

— Это семена мудрости и простоты, а клыки символизируют хитрость. Это необычная комбинация для той жизни, которая тебе предстоит. Также я хочу, чтобы у тебя была эта маленькая ловушка для снов, чтобы ты знал о том, что человека могут преследовать сны, пока он не сделает их реальностью. Если приложить силу воли, то можно достичь поставленной цели. И, наконец, вот эта накидка. Она укроет тебя в трудные моменты и будет твоим спутником на праздниках. Накидки сопровождают нас всю жизнь. Это маленькие знаки, отличающие нас.

Лукас был взволнован. Он не мог говорить. Джозеф продолжил:

— Береги себя! Твое тело — твоя опора, ты должен уважать его и заботиться о нем так же, как натирают до блеска сокровища. Если ты будешь делать это хорошо, твое сердце будет биться без всякого намека на отторжение. Жизнь — лучший из даров, и наша обязанность состоит в том, чтобы беречь ее.

Раздался звонок. Они переглянулись. Джозеф никого не ждал. Он встал и медленно взял трубку домофона. Едва подняв ее, услышал голос Брэда:

— Джозеф, Лукас у тебя? Это Брэд!

— Поднимайся!

Лукас подошел к Джозефу, узнав о том, что это журналист, и посмотрел на человека-медицину, не зная, что ему делать.

— Уходи!

— Кажется, настал момент прощания. Спасибо за то, что ты изменил мою жизнь.

Они обнялись в последний раз. Снова посмотрели друг другу в глаза и стали ждать повторного звонка в дверь.

— Это я, Джозеф!

Брэд улыбнулся, увидев Лукаса.

— Поедешь завтра на Салтес?

— Не знаю. Возможно, я приду прямо сюда, чтобы побыть с Джозефом. — Юноша не хотел раскрывать перед ним своих истинных планов. — А ты? — спросил в свою очередь Лукас.