Синеусов Владимир - Тень Города

Внезапно дверь кабинета открылась, и к генералу вошёл его давний знакомый.

— Майор, рад вас видеть! — генерал закашлялся сигаретой, но, только от неожиданности, — Абрамов и вправду был рад видеть лучшего из своих ликвидаторов, — вроде, хотя служилым вообще не полагается, — генерал продолжил, — но… за… э… деликатные задания вы получили немало — сотню за БТР-90 с грушниками, семьдесят за «псевдо-Синеусова», немало за капитана Конторы в Питере, да и «Стабёст» ваш, едва-едва не лишивший нас под Краснодаром, трёх проблем в одном флаконе, хоть и неудача, но стольник оплачен, риск ошибки у вашего брата — неотъемлемая часть работы. Понимаю, пару сотен за конфиденциальность! — генерал глубоко затянулся.

— С вами у меня все счёты оплачены, генерал, один вот только остался, — он поднял увесистый чёрный зонт, направив Абрамову прямо в грудь.

«Ну и сентиментальная же тебя скотина послала — зонтик, и посреди лета, — небось Директор лично, если не…»

Безжизненное тело генерала, с перепаленными направленным ЭМИ, внутренностями, рухнуло и распласталось по столу. Ликвидатор вышел, не промедлив ни секунды. Только недокуренная сигарета Абрамова продолжала прожигать полировку дорогого старинного стола. За такой стол, никто, из догадывающихся по метке от окурка, о судьбе его прошлого владельца больше никогда не сядет. Дорогой стол в стиле «ампир» с едва заметным пятном прожжённого лака, перенесут на пару этажей ниже, к радости молодых офицеров, получивших такой антиквариат. Или, кому старше по чину — в предупреждение. Лениво задымилась папка с документами Абрамова, и, через миг, на всём шестом этаже, сработала пожарная сигнализация, за мерзким писком которой, последовал дождик спринклеров.

Падение… Свободное падение. И удар — слишком медленный и мягкий, чтобы быть правдой. Странный шум, похожий на всплеск, и темнота, наступившая внезапно и заметно, даже сквозь закрытые веки… Он не отпускал Анну, но… Прохлада… Вода… Значит они…

Анна ойкнула и высвободилась из объятий Владимира, они открыли глаза одновременно. Открыли, ожидая увидеть что угодно — кроме сумрака мутной воды, окружившей бронер, и врывавшейся фонтаном через распахнутую дверь. Сомнений быть не могло — они переглянулись, Анна, было, на полувдохе, попыталась сказать ему: «Значит…», но не успела, — во мгновение мутная илистая вода залила салон и скрыла их лица, женщина едва успела глотнуть воздуха.

Владимир, не медля, отстегнул ремни и открыл дверь — вручную, благо, замок это позволял — и вытолкнул Анну из машины в неприятно холодную мутную и пресную воду, от которой свербело в носу и резало глаза. Вверху был свет. Так близко…

Он вынырнул, подлетев, едва ли не по пояс, чтобы тут же упасть в воду, и открыл глаза солнцу. Анна несколько неуклюже барахталась рядом, пытаясь снять с лица волосы, из-за которых она ничего не видела.

— Господи, мы… Мы живы, Володя! — она, просто бросившись Владимиру на шею, снова стала тянуть на дно их обоих. Она смеялась.

— Успели… Твой отец успел, Аня!

Надувная моторная лодка подплывала к ним, а невдалеке, до рези в глазах, отражая свет солнца, виднелись здания Города…

— Не бойтесь, Анна Андреевна, это не Стикс, да и я на Харона не похож! — Владимир увидел Василька, протянувшего с лодки руку Анне, пара аквалангистов очень профессионально, как вышколенные спасатели, хотя учили этих пловцов отнюдь не спасать, помогли им перевалиться через баллон и забраться в моторку, — и вас рад видеть, Владимир Саныч!

— А… Почему в воду… — Анна ещё не пришла в себя и даже не сообразила поздороваться с полковником.

— Да я тоже рад, и вы не представляете, как, — Владимир устало рассмеялся, — хотя вы и не Харон, Василий Иванович, но у меня найдётся достойная оплата за перевозку! — Владимир вынул из кармана маленький и насквозь промокший синтетический мешочек, — да, да, они самые. Активатор мы получили, — он в машине остался — там уж — или ребята нырнут, или модели по дну сходят… — Василёк, не ответив ничего, схватил кристаллы и быстро уложил их в кейс — как будто здесь что-то могло представлять для них опасность.

— Спасибо, Василий Иванович, простите, я ещё не пришла в себя, понимаете ли… Очень рада вас видеть, но зачем так — в пруд?

— Знаете, уважаемая, это было идеей Им… то есть, вашего отца. На поверхность было немного опасно — всё же, ошибись с высотой… Вот и взяли упреждение по высоте в плюс десять, а точку над прудом, чтоб вы не побились. А высохнуть — высохните! — полковник протянул Владимиру и Анне пару синтипоновых одеял с металлизированным покрытием.

— Спасибо, полковник, но сейчас тепло, а потом… В контексте событий, как-то не очень хочется заворачиваться пластик! — Владимир и Анна обнялись и рассмеялись. Мокрые, но счастливые — всё было позади…

— Вы получили Активатор, Владимир! Вы его получили! В воду! — Василёк отдал пловцам команду, но Владимир остановил аквалангистов:

— Постойте! — майор обратился к полковнику, — Василий Иванович, они даже не знают, как он выглядит! Это меч, лежит под сидением на моём компьютере, кстати, ребята, достаньте ноутбук, он вроде бы герметичен, но если и сдох, хоть винчестер скопирую.

— Под водительским сидением, — уточнила Анна, — и ещё — не прикасайтесь к лезвию, это не то, что кажется, можно остаться без руки и не заметить!

Двое аквалангистов, ничего не ответив, только кивнув, нырнули в воду. Пловец, сидевший на корме, завёл мотор, и лодка, быстро разогнавшись, едва не запрыгав, как несуразная громадная лягушка, направилась к берегу, где их ждал небольшой джип.

Полковник привёз их к гостинице и, едва дав переодеться, сразу же повёз в Управление. На этот раз, Анна, засмеявшись, сама потянула Владимира за руку к подпространственному лифту, что не удивило майора.

В приёмной на компьютере работала секретаторша, неотличимая внешне от Тани, и Владимир с Анной посмотрели на неё, как на приведение, но, быстро опомнившись, вошли в кабинет.

— Доченька, Володя! — Фараон, буквально, бросился к ним, крепко обняв майора, и, затем, прижав к себе Анну так, что она ойкнула, толи от боли, толи от смущения, а, скорее — от того и другого вместе, — я же говорил вам, что всё буде хорошо, я успел. Успел… — Васильев устало сел в кресло.

— Рад вашему безопасному возвращению, Анна, и вашему, — Белов привстал, и кивнул обоим, — слава Богу, всё обошлось.

— Но, Александр Петрович, почему вы опоздали с переброской на полчаса? Это время едва не стоило нам…

— Всё обошлось, милый, не надо об этом, — Анна перебила Владимира, взяв его за руку.

— Надо, доченька, сказать надо, — Император немного помрачнел, — Катапульта вышла из строя при броске. Мы едва успели её восстановить. Едва успели…