Брайан Ламли - Голос мертвых

— А не кажется ли вам, что Яношу виднее? Суть в том, что он сам спрятал их, а потому ему лучше знать, где именно следует копать.

Манолису оставалось лишь согласиться с таким доводом.

— Что касается туристов... их сейчас на острове не более тридцати человек. Они проводят время главным образом в тавернах на берегу или просто бездельничают и гуляют. Ведь они же на отдыхе! Некоторые поднимаются к замку, но никто и никогда не заглядывает дальше. И, конечно же, никому и в голову не придет идти туда ночью.

— И все-таки это очень странно и таинственно, — сказал Дарси. — Это судьба.

— Что именно?

— Мы идем туда, наверх, чтобы убить этих... этих существ.

— Да, — ответил Манолис, — но только в случае необходимости. Только если они и в самом деле те существа...

Дарси невольно вздрогнул и поежился, а потом посмотрел на длинную, узкую плетеную корзину, стоявшую у их ног. В ней лежали гарпунные ружья, деревянные колья, арбалет Гарри Кифа и галлон бензина в полиэтиленовой канистре.

— О, это они, — помолчав, сказал он и коротко кивнул. — Поверьте моему слову — это они...

Пятнадцать минут спустя Никое остановил свою колымагу на площадке для разворота, за которой начинался подъем. Слева круто уходили вверх узкие, похожие на козьи тропы дорожки, которые были когда-то улочками разрушенного, древнего, покинутого всеми, города, над руинами которого сверкал белоснежным камнем монастырь, судя по всему действующий и поныне. А еще выше, на самой вершине отвесной скалы...

— Вот он, замок! — едва слышно воскликнул Манолис Как только Никое с шумом и треском развернул свою великолепную рабочую лошадку на трех колесах и она, подпрыгивая и громыхая, покатилась вниз, обратно в долину, Дарси прикрыл рукой от солнца глаза и взглянул на величественные стены замка, как и много столетий прежде, стоявшего на страже, охранявшего остров.

— Но... есть ли здесь путь наверх?

— Да, — кивнул Манолис, — козья тропа. Она очень крутая и извилистая, но вполне безопасная. Так, во всяком случае, мне сказали рыбаки.

Они взяли корзину за обе ручки и стали подниматься в гору. Пройдя монастырь, в том месте, где начинался действительно крутой подъем, они остановились и оглянулись назад. За долиной они увидели давно заброшенные поля и остовы домов, торчавшие среди одичавших оливковых и фруктовых садов, за которыми уже никто не ухаживал.

— Губки... — попытался объяснить Манолис. — Эти люди были ловцами губок. А когда губок в этих местах не стало, не стало и этих людей. Кто знает, может быть, туристы когда-нибудь вернут эти места к жизни... Как вы думаете?

Но Дарси думал сейчас совсем не о жизни...

— Продолжим, — сказал он. — Я уже сейчас не хочу идти дальше, и если мы еще хоть немного задержимся здесь, я вообще не сдвинусь с места.

Дальнейший путь лежал мимо камней цвета охры, желтоватых обнажившихся пород и время от времени возникавших провалов, стоило заглянуть в которые, как тут же начинала кружиться голова — такими глубокими и отвесными они были. Наконец они оказались возле огромных стен замка и, пройдя под массивной покосившейся плитой одного из проемов, очутились внутри. Замок был творением многих эпох и народов, и Дарси совершенно справедливо говорил о его огромной исторической ценности. Здесь бывали древние греки, византийцы, крестоносцы и многие-многие другие. Со стен толщиной в три или четыре фута открывался великолепный, поистине фантастический вид: берега Халки и все окрестные острова лежали перед ними, как на ладони.

Перебравшись через каменные завалы, они попали в полуразрушенный остов часовни замка, на стенах которой кое-где еще сохранились, потускневшие изображения святых с поблекшими нимбами. Наконец они, пройдя чуть дальше, остановились на краю развалин, и перед ними открылся Тракийский залив.

— Они там, внизу, — сказал Манолис. — Видите темное пятно на фоне скал? Это обломки камней — результаты их раскопок. А теперь нам нужно отыскать дорогу к ним. Дарси, с вами все в порядке? У вас опять появился этот взгляд...

Дарси отнюдь не был в порядке.

— Они... они там... — ответил он. — Я чувствую, что у меня ноги приросли к месту, словно свинцом налились. О Господи! Это все мой предательский талант!

— Вы хотите немного отдохнуть?

— О Боже! Ни в коем случае! Я тогда совсем с места не сдвинусь. Пойдемте поскорее.

По пути им кое-где встречались валявшиеся пустые пачки из-под сигарет, царапины на скалах, местами песчаная почва была утоптана обутыми в кроссовки и ботинки ногами. Дорогу вниз они нашли легко и без труда преодолели весь путь. Вскоре они наткнулись на тачку и сломанную кирку, брошенные на площадке естественного уступа, образованного ветрами в монолите скалы. А чуть впереди увидели кучи камней, вытащенных, по-видимому, в процессе раскопок, и несколько пещер, отверстия входов в которые чернели на фоне скальной стены. Очень тихо и осторожно они подобрались к тому месту, где следы раскопок казались самыми свежими и замерли у входа в одну из пещер. Потом достали из корзинки и зарядили гарпунные ружья.

— Вы уверены, что они нам понадобятся? — шепотом спросил Манолис.

— О да, не сомневаюсь, — ответил Дарси, лицо которого было пепельно-серым.

Манолис шагнул было в темное отверстие в скале.

— Подождите! — прошептал Дарси. — Будет лучше, если мы заставим их выйти наружу.

— И тем самым обнаружим свое присутствие?

— На солнце мы будем иметь преимущество, — ответил Дарси, сглатывая слюну. — К тому же, у меня отчаянное желание бежать отсюда к чертовой матери, я готов в несколько прыжков взлететь на самую вершину скалы. А это значит, что они, вполне вероятно, уже знают, что мы здесь.

Он оказался прав. Из темноты пещеры возникла серая тень и осторожно двинулась в их сторону, туда, где они стояли возле самого входа. Дарси и Манолис переглянулись, словно по команде, одновременно подняли свое оружие и сняли его с предохранителей. Человек продолжал приближаться к ним из глубины пещеры, но теперь он повернулся боком и пригнулся.

Длинно и замысловато выругавшись по-гречески, Манолис перебросил гарпунное ружье в левую руку и выхватил из наплечной кобуры свою “Беретту”. Человек, точнее вампир, продолжал медленно подходить к ним все ближе и ближе, и они получили возможность рассмотреть его получше. Он был высоким, худым и выглядел каким-то взъерошенным, лохматым и неопрятным. На нем были надеты мешковатые штаны, широкополая шляпа и рубашка, незастегнутые рукава которой свободно болтались у запястий. Он был похож на огородное пугало, соскочившее со своего шеста, с той только разницей, что пугать он собирался вовсе не ворон.