АРЧ СТРЭНТОН - 1992 год

Она снова усмехнулась.

Наверное, именно это и разбудило Клеменса. А может, он и не спал. Рипли не знала точно. Просто, после ее смешка, врач сел, откинул одеяло на край кровати и спокойно сказал:

- Я тебе очень признателен. Но ты уклонилась от моего вопроса, хотя, конечно, самым прекрасным образом.

Рипли вздохнула и покачала головой.

- Ты портишь все настроение.

- Извини, но у меня еще много дел, а я все-таки хотел бы знать, зачем ты настояла на кремации тел?

- В гиперсне я видела страшный сон,- спокойно ответила она,- Я должна была точно знать, что убило ее. Мои страхи не оправдались, и я очень рада этому.

- Возможно,- пристально глядя на нее, заметил Клеменс.

«Хотя я этому и не верю,- про себя закончила за него Рипли,- И правильно делаешь».

- Ну, а теперь я, кажется, допустила еще одну ошибку,- добавила женщина.

- Какую?

- Братание с заключенным,- жестко усмехнулась Рипли,- Физический контакт. Это ведь против правил, нет?

- А я не заключенный,- спокойно парировал Клеменс.

- У тебя татуировка сзади на голове.

- Да, это нужно объяснить,- согласился он,- Но я думаю, что еще не время. Как-нибудь потом. Когда будет подходящий случай.

- Мистер Клеменс!- гнусаво пробубнил селектор внутренней связи,- Мистер Клеменс.

Он встал и, подойдя к переговорному устройству, щелкнул тумблером.

- Мистер Арон?

- Мистер Клеменс! Директор Эндрюс просит вас прийти во второй сектор на двадцать второй уровень. У нас несчастный случай.

- Что-нибудь серьезное?

- Да, можно сказать,- Арон ощущал значительность порученного ему дела, а поэтому говорил важно, старательно подражая директорским интонациям,- Один из заключенных разрублен на куски.

- Хорошо. Я сейчас буду,- Клеменс отключил селектор и, повернувшись к Рипли, развел руками,- Прошу прощения.

Она кивнула, глядя, как доктор быстро одевается. Натянув куртку, он еще раз повернулся к ней и добавил:

- Еще раз прошу прощения. Долг.

Клеменс быстро вышел, прикрыв за собой дверь.

И тогда Рипли начала собираться.

Это было странное ощущение. Вроде бы повода для тревоги не было. Ну, несчастный случай, всякое происходит на таких заводах. И все-таки, ОНА ЧУВСТВОВАЛА ЧТО-ТО.

Как тогда в лаборатории, на ЛБ-426.

Ей удалось успокоиться после того. Как тела были сожжены. Удалось уговорить себя, что следы на капсуле были результатом аварии, а теперь…

Рипли торопилась. Она очень хотела убедиться, узнать наверняка, что ее тревога всего лишь расшатанные нервы и воспаленное воображение.

Натянув большую - не по размеру - меховую куртку, женщина вышла из лазарета и быстро направилась к складу, в котором еще находилась шлюпка. Ей был нужен черный ящик. Последние минуты перед аварией. Что послужило причиной отстрела капсулы? Из-за чего все произошло?

Ответы на эти вопросы можно было получить только у этой частицы бортового компьютера.

Она знала: черный ящик не мог повредиться при аварии. Даже если бы сама шлюпка рассыпалась на куски, он бы остался цел. Нужно только достать его.

- Сделай это, Рипли. И все сразу встанет на свои места.

18

Вентилятор уже не работал. Его выключили сразу, как только заметили гибель одного из заключенных. Первым его обнаружил Грегор. Окровавленные клочья одежды и куски перемолотой плоти посыпались ему на голову через секунду после того, как Мефи закончил свой путь от дыры к вращающимся лопастям. Здоровяк заорал диким голосом и выключил рубильник, обесточив всю секцию. Вентилятор остановился, но кровавая кашица еще капала вниз, сползала по стенам, оставляя за собой темные страшные дорожки. Грегор не был слабонервным. Он видел, как убивают, и убивал сам. Но с подобным ему пришлось столкнуться впервые. Теперь громила сидел с выпученными глазами и рассказывал всем интересующимся, что на него упало «мать его, кровища и еще месиво, мать его, потому что какой-то придурок наверное обожрался пива, мать его, и сдуру полез в вентилятор, чтоб он сдох».

- Кто это был?- хмуро спросил Эндрюс, разглядывая брызги крови, клочья одежды и волос, налипшие на огромные лопасти.

- Мерфи,- Клеменс прошелся по тоннелю, внимательно все осматривая.

- Откуда ты знаешь?

- По ботинку.

Врач кивнул на кусок ноги, отброшенной страшным ударом почти на пять метров в сторону.

- Я его назначил сюда, сэр,- тускло пробормотал Арон,- Но он, видимо, был недостаточно осторожен.

- Вы здесь ни при чем, мистер Арон,- заверил его директор,- Успокойтесь,- он повернулся к Клеменсу,- Что вы можете сказать?

Врач пожал плечами.

- Смерть наступила мгновенно.

- Да ну?- осклабился Эндрюс.

У него было очень, очень плохое настроение. А в таком настроении он не терпел, когда кто-нибудь умничал. Особенно, если этим кем-то был вшивый интеллигент вроде Клеменса. Понятно, в чем дело. Наверное, парень замечтался об этой шлюхе, что гуляет по всей тюрьме, и свалился прямо под лопасти. Конечно, врачу наплевать, а вот его, как директора, Компания достанет со своими рапортами.

- Наверное, его затянуло в вентилятор,- процедил он, глядя прямо в глаза доктору.

- Конечно,- охотно согласился Арон,- Со мной один раз похожее было. Сколько раз говорил ему: держись от вентилятора подальше. Так нет. Никто меня не слушает.

- Только вот ветер дул ОТ вентилятора, а не К НЕМУ,- тихо, словно самому себе, буркнул Клеменс, сидя на корточках и разглядывая странную оплавленную дыру в стене.

- Что это?- Эндрюс встал у него за спиной и заглянул в темный провал,- Как вы думаете?

- Не знаю.

Врач протянул руку и осторожно провел кончиками пальцев по краям, где металл застыл круглыми блестящими каплями. Он поднес ладонь к лицу и увидел на коже липкую слизь, смешанную с кровью.

Он бы мог дать голову на отсечение, что Мерфи погиб здесь. Кто-то ударил его, а уж затем сбросил под рубящие «ножи» вентилятора. Но тогда при чем здесь оплавленная сталь? Точно такую же проплешину он видел на стенке криогенной капсулы. Той самой, в которой находилась девочка! А затем Рипли настояла на вскрытии и кремации. Он поднялся, задумчиво потирая ладони, отряхивая с них липкую бело-кровавую слизь.

- Я жду вас у себя через тридцать минут, мистер Клеменс.

Директор стрельнул в него маленькими злобными глазками и удалился, сопровождаемый Ароном.

Клеменс несколько секунд смотрел им вслед, а затем, вздохнув, вновь опустился на корточки и сунул руку глубже в черную дыру. Пальцы ощутили вязкую липкую массу, но не тонкий слой, как на остатках пола, а толстую - не меньше трех дюймов - пелену. И в этой массе плавало что-то твердое, неровное.