Крис Картер - Рассеяный свет. Файл №223

Федеральный агент Фокс Молдер наискось пересек зал депо и углубился в лабиринт служебных помещений. Здесь было темно и холодно. Лишь тусклые лампы да дневной свет, сочащийся в щели стен, освещали дорогу. Вертя головой по сторонам, Фокс миновал несколько поворотов, когда сзади его окликнули:

— Агент Молдер! — Деловой костюм чернокожего осведомителя был, как всегда, тщательно отутюжен. — Вы же обещали, что больше не будете искать встречи со мной в связи с этим делом!

Молдер не снизошел до извинений.

— Вы обманули меня, — обвиняюще бросил он.

Негр сжал губы в тонкую полоску.

— Это насчет чего же?

— Насчет Честера Рэя Бентона. Вы знали, кто он, и использовали меня, чтобы я привел вас к нему.

— Но это вы первым решили выйти со мной на связь, агент Молдер, — разумно возразил осведомитель.

Молдер тряхнул головой.

— Мне плевать. Я не буду вашим наводчиком. И наводчиком правительства тоже!

— Мне кажется, вы заблуждаетесь в том, насколько вы вольны в своих поступках.

— Вы убили доктора Бентона! — Эмоции переполняли Фокса. — Рано или поздно вам придется за это ответить.

— Вы что, белены объелись? — тон информатора был холоден, как недра морозильника.

— Не делайте вид, что ничего не знаете! Сестра в больнице опознала вас. Женщина-детектив погибла по вашей вине! Чьи приказы вы исполняете?!

Негр выпятил подбородок:

— Несмотря на всю преданность моему предшественнику, — с некоторым высокомерием проговорил он, — я никогда не давал вам никаких обещаний. Я действовал и буду действовать так, как сочту нужным.

— Хорошо, — Фокс чуть склонил голову.

Человек, знающий Молдера чуть хуже, мог бы подумать, что федеральный агент смирился с неизбежным, но осведомитель не обольщался.

— Тогда пообещайте мне, что мы с вами больше никогда не увидимся. Нигде. Ни при каких обстоятельствах, — Молдер развернулся и решительно зашагал прочь.

— Вы выбрали опасное время, чтобы играть в одиночку, Молдер!

Тот обернулся, явно собираясь добавить что-то убийственное, но негр опередил его:

— И еще одно, последнее. Я не убивал доктора Бентона! — С этими словами информатор сделал шаг назад и растворился среди теней.

День седьмой Мемориальное кладбище Ричмонд, штат Вирджиния

Провожать безвременно ушедшего всегда мучительно больно. Даже если он не был твоим коллегой, учеником и поклонником. А если был, так и вовсе впору взвыть от навалившейся тоски…

Отзвучали прощальные речи, тяжело, как капли расплавленного свинца, упали последние слова молитвы. Залпы салюта трижды пронзили весеннее небо над кладбищем — управление полиции прощалось с товарищем, павшим на посту. Родственники отдали последние почести… Но тоска все не отпускала специального агента ФБР Дэйну Скалли. Тоска — и отвратительное тягостное недоумение. Почему? Что заставило детектива пренебречь всеми правилами и одной броситься на задержание особо опасного преступника? А главное, что я сама — как учитель — сделала неправильно, где ошиблась, недоглядела?..

— Как дела? — На Молдере, поджидающем напарницу неподалеку от кладбищенской ограды, был темный костюм-тройка, длинный плащ и слишком маленькие для его удлиненного лица черные солнцезащитные очки.

— Знаешь, Фокс, — Скалли облокотилась на решетку ограды, — я не могу понять, какие чувства испытываю… Она была моей ученицей, она пришла ко мне за помощью… Ая…

— Понимаю. Наверное, тебе тяжело…

— Этого не должно было произойти. Ничего этого просто не должно было случиться…

Молдер неуклюже потоптался на месте:

— Прошу прощения, что опоздал. Я задержался в полиции Ричмонда.

— Господи, что еще случилось?

— От доктора Мориса Веста поступило заявление об исчезновении. Он физик, работает в филиале «Полярити Магнетике».

— Что-то я не очень понимаю… Опять кто-то исчез?

— Без вести пропал профессор Кристофер Дэйли. Ближайший коллега доктора Бентона.

— И у них есть какие-то ниточки?

— Никаких, Скалли. Ни единой…

— А у тебя, конечно же, есть?

— Понимаешь, Дэйна, я уверен, что не Бентона видели мы в той камере с ускорителем частиц…

— И где же он тогда?

Молдер тяжко вздохнул и в очередной раз пожал плечами.

Через несколько дней Место — не известно Соединенные Штаты Америки

Только очень наивный человек может полагать, что главные тайны Соединенных Штатов хранятся в сейфах Форт-Нокса, рядом с золотым запасом страны, а самые секретные эксперименты проводятся в тайных лабораториях-бункерах глубоко под Скалистыми Горами. Куда легче сохранить тайну, раздробив ее на множество осколков и раскидав их. по десяткам государственных и частных исследовательских центров, медицинских клиник и физических лабораторий. Превратив в рутину, низведя до уровня повседневной тяжелой работы. Чтобы у исследователей и мысли не возникло, что скучная задача, над которой они работают, — часть тайны, за которую многие, не задумываясь, готовы отдать жизнь. И только знающий сможет через некоторое время собрать головоломку воедино, оценить результат и указать новое направление.

Только посвященный. Только тот, кому известна истина…

…Это здание было похоже на тысячи других зданий в разных уголках страны, а коридор — на десятки тысяч других коридоров. Прямой, длинный, в меру широкий,, чтобы свободно проходили и носилки с пациентом и, скажем, полуразобранный газовый лазер на тележке. Типичная усредненная университетская архитектура, функциональная и безликая. Темнокожий мужчина в сером твидовом костюме неторопливо шагал по коридору, безжалостно давя лакированными штиблетами желтые полосы солнца, пробивающегося сквозь жалюзи. Строгий, в тон костюму, плащ, сложенный вчетверо, легкомысленно свешивался со сгиба локтя.

У поворота мужчина остановился и прислушался. Приглушенное толстым слоем звукоизоляции гудение, доносящееся из-за стены, заставило его нахмуриться. Гудение то нарастало, то глохло, то вновь нарастало… Синхрофазотрон. Ускоритель частиц. Несколько секунд человек стоял неподвижно, словно статуя: руки расслабленно висят вдоль тела, темное лицо неподвижно и бесстрастно, и лишь между бровей залегла глубокая складка. Он легко мог представить, как где-то там, в скрытой от глаз посторонних камере для опытов, дергается и извивается тень, а по щеке растрепанного мужчины, крепко привязанного к стулу, катится слеза… Наконец чернокожий сделал глубокий вдох и свернул за угол.

Здесь пришельца уже ждали — или, по крайней мере, должны были ждать. Крупный мужчина средних лет, в белом халате сидел на подоконнике и самозабвенно листал лабораторный журнал. Чернокожий кашлянул: