Татьяна Величкина - Двуликая луна

Виктор спустился вниз и, войдя в пещеру, увидел то, как Мэтт издевается над беззащитной девушкой, лицо которой разбито, а на теле множественные кровоподтеки, он бил и продолжал истязать ее. Виктор еще не до конца понял, что произошло с ним в тот момент, но ему было невыносимо смотреть на то, что человек может себе такое позволить. Одним ударом руки он отбросил Мэтта в сторону и, подхватив Катю на руки, бросился к выходу. Ее нельзя им отдать, пронеслось у него в мозгу, ее нужно спасти, она ведь такая… он посмотрел на ее окровавленное лицо и не захотел ее ни кому отдавать.

Выбравшись из колодца, он оттолкнул Бёрка и бросился в сторону гор, нежно прижимая своими большими руками Катю к своей груди. Она была безсознания, и на ней почти не было одежды, ее лицо было белым, словно не живым, но она еще дышала. Виктор бежал и бежал, пока, наконец, не понял, что по отвесной скале ему так быстро не забраться. Он остановился и, посмотрев на Катю, погладил ее по волосам, она поморщилась от боли и, открыв глаза, вскрикнула.

— Не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого, со мной ты в безопасности.

Катя не понимала, что происходит, и пробормотала, еле шевеля опухшими губами:

— Что произошло? Почему… ты…

— Мне стало жаль тебя, он не должен был так поступать, — Виктор с нежностью смотрел на нее, — я бы не вмешался, если бы он просто убил тебя, но… мне все равно было бы очень жаль… даже если бы тебя уже не было…

— Зачем ты помогал им, ведь когда ты станешь им не нужен, с тобой поступят также…

— Ты думаешь? — спросил Виктор, и Катя поняла, насколько он наивен и, улыбнувшись, поморщилась от боли, прижав руку к губам. — Я верну тебя обратно к твоим, сказал он.

— А потом? — спросила Катя.

— Вернусь, я ведь еще нужен им…

— Как глупо, они тебя убьют, — Катя погладила его большую руку, — ты спас мне жизнь, Вик и я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось плохое.

— Меня трудно убить…

— Но зачем тебе возвращаться? — Катя не могла его понять.

— Господин Веттин дал мне задание, и я должен все сделать, найти источник и убить киборга.

— Но ты стал другим, ты же не бездушная машина. Я уверена, что убийство, противно тебе, и ты понимаешь все потому, что ты почти человек, если не смог смотреть на то… что делал Мэтт. Ребята сняли с тебя блокиратор, и теперь ты свободен и можешь решать сам, как быть дальше.

— Но я… я в замешательстве, когда принимаю сам решения, всё заканчивалось плохо. Я убил женщину, которая мне нравилась и не помню, как это сделал.

— Но ты жалеешь об этом? — с надеждой в голосе спросила Катя.

— Очень… — он, не мигая, смотрел на нее, и Катя чувствовала, что он гораздо человечней, чем эти типы, что похитили ее, она слегка улыбнулась и почувствовала, как на глаза набегают слезы. — Что с тобой? — спросил он, но Катя только теперь могла расслабиться и, дав волю своим чувствам, расплакалась.

— Все хорошо, Виктор, все хорошо, — она попыталась подняться, — помоги мне добраться до монастыря, тебя ни кто не тронет, а ты… сам решишь с кем быть и кому служить. Мне кажется, ты очень одинок, Вик, — он отвел глаза в сторону, — но ты очень милый, все так ошибаются в тебе, я не знаю как объяснить тебе все то, что я хочу сказать, но я хочу, чтобы у тебя все было по настоящему и ты не чувствовал себя изгоем.

Утром, когда Сергей обнаружил исчезновение Кати, он почувствовал шок, граничащий с ужасом. Растолкав Константина, он рассказал ему о том, что Кати ни где нет.

— Что? Но как, я всегда очень чутко сплю.

Они обыскали все комнаты, и, только перевернув весь монатсырь, поняли, что Кати и след простыл.

— Ничего не понимаю, — Сергей был весь белый то ли от гнева, то ли от страха за любимую, именно этого он боялся, когда в последний момент узнал, что Катя тот самый третий член команды.

— Сергей… постой, — тронул его за плечо Костя, — посмотри, что мы нашли в комнате с умывальником, знакомый запах…

— О чем ты? — не понял его друг.

Костя протянул другу незнакомый клетчатый платок.

— Это твое? — он осторожно поднял его, — чувствуешь?

— Нет, конечно. Фу, какой-то знакомый запах. Эфир? — Сергей подскочил от своей догадки, — теперь понятно, почему, она даже не могла позвать на помощь, а мы… то же хороши, дрыхли как бобики. Но зачем она им?

— А ты не понимаешь, чтобы все выложить о месте нахождения вещества.

— Так, — Сергей начал расхаживать по комнате, — нам нужно найти Катю, — он быстро оделся и выглянул в окно, ты как, можешь идти?

— Я то что, а ты?

— Все нормально, на мне все как на собаке заживает, да, я тут вот о чем подумал, дай-ка я свяжусь с Чарыгой, ага… мы не уточнили кое-что о Максе, если это он… если он здесь, мне многое становится ясным. Я лично сверну ему шею.

Костя, раскрыв ноутбук и подключив телефон, связался с Алексеем Викторовичем.

ОХОТНИК: Похитили Катю, а самолет через пару часов, Сергей хочет остаться ЧАВ: Кто-то пытается зависнуть на нашей волне по этому временно я не смогу выходить на связь, не высовывайтесь, я сам сообщу о том, что смог узнать, план остается прежним.

ОХОТНИК: Как быть, я не могу оставить Сергея…

ЧАВ: Константин, отправляйся по намеченному маршруту один, если что, сам завершишь работу. Удачи. Конец связи.

— Опять догадки, — процедил сквозь зубы Сергей, — что, разоблачение того второго не под силу нашей разведке?

— Не знаю, Сережа, но нам стоит поторопиться, я пойду, сообщу Сану о том, что случилось и отправимся в лес, на поиски.

Когда Костя ушел, Сергей обхватил голову руками и ощутил такую тоску, что ему захотелось выть, но он взял себя в руки и, посмотрев на часы, понял, что до прилета самолета осталось час сорок минут.

— Серый! — окликнул его Костя, — ты знаешь, что произошло? Сегодня настоятель узнал, что пропал один молодой монах.

— А он не мог ни куда сам уйти?

— Нет, Сергей, — ответил вошедший Сан Фурба. — Я собрал несколько ребят, которые могут, если что дать отпор, но только как быть с тем чудовищем, его невозможно победить?

— Он страшнее, кажется, чем есть на самом деле, — Сергей потянулся за сигаретами, но, вспомнив, замечание настоятеля храма, решил покурить попозже.

— Где же они могут быть? — он потер колючий подбородок, — Сан, есть ли подобные убежища в лесу, такое же, в котором вы скрывались?

— Есть их несколько, но об этом знают только монахи… — он осекся и, замолчав, свел брови.

— Мы подумали об одном? — спросил Сергей, ламу.

— Не знаю, я не умею читать мысли, — Сан Фурба, напряженно перебирал четки в руках, — но я боюсь, что бедный Пин, знал, где эти колодцы. Они, наверняка, убили его, и… надо отправляться в лес. Я знаю, конечно, где эти места, пойдем, друзья.