Татьяна Величкина - Двуликая луна

— Это конечно хороший вариант, — глаза Мэтта заблестели, он уже представлял, как отвяжется на Кате за все свои неудачи. — Только мы не должны забывать, что Вахрутов может оказаться там и… потом мы не сможем подойти к источнику…

— Ничего он не сделает один, кто этот Вахрутов — очкаришка, программист хренов. — Бёрк сплюнул на землю и допил остатки супа из миски. — С ним, думаю, проблем не будет, я больше беспокоюсь о Звягинцеве, он смог подловить нашего андроида и вырубить его, мне это не понравилось и я даже не понимаю, в чем тут дело, — он задумчиво сжал губы и посмотрел на молчаливого Виктора, который неподвижно сидел у костра. — Ты бы хоть размялся, что ли, — он толкнул его в плечо. — А то совсем ослабнешь, иди вон, камушки поворочай.

Виктор послушно поднялся и направился к гигантским валунам, которые тут были свалены в груду камней, видимо после весеннего разлива реки. Бёрк посмотрев на него, покачал головой и сказал, что не понимает, зачем были выброшены такие огромные деньги, когда все надо было бросить на создание киборгов и поиск вещества еще в те годы, когда русские похитили его из Лондонской лаборатории.

— Господин Веттин знает, что делать, мне одно не нравится, что Клаус такой уж громадный и для разведки слишком заметный.

— Согласен с тобой, — Бёрк прикурил от уголька выкатившегося из костра и затянувшись, откинулся на сложенное одеяло, — почему у огня можно посидеть только тогда, когда за кем-то гонишься, а просто, в жизни, не получается такой романтики.

— Не знаю, — пожал плечами Мэтт, — в юности мы часто ездили на речку, где жгли костры, жарили шашлыки, это такое мясо на железных прутьях.

— Да, — улыбнулся Бёрк, — когда я был такой как ты, я уже весь был поглощён работой, и мне было не до того. Огаста тогда была моим шефом, она очень сильная и властная женщина и я уважаю ее за это. Ладно, это все теперь не важно, оставайся здесь, а я отправлюсь к монастырю, посмотрю, что там происходит, если все уже там, то ночью я вернусь с девчонкой.

— Так скоро? — не веря, осклабился Шпигель.

— А что нам тянуть…

— Я бы то же мог привести ее сюда, — начал Мэтт, но Бёрк, покачав головой, остановил его:

— Извини сынок, но я с этим справлюсь лучше тебя… не спорь, потому что это бесполезно, — он поднялся с земли и направился к монастырю, — да, я вот о чем подумал, нам нужно убежище, по этому, посмотри на карту, здесь должны быть пещеры, пусть Вик поможет тебе.

Мэтт остался один, и ему было не по себе рядом с андроидом, который таскал туда сюда огромные камни и упражнялся. Открыв карту, он осветил ее фонариком, ничего не понимаю, какое убежище, надо было раньше все продумать, а то думает о себе, что он такой крутой. Шпигеля злило то, что не он отправился за Катей, но теперь ему предстояло обнаружить место, где они смогут допрашивать ее по всем правилам жанра плохих парней.

— Виктор, иди сюда, — позвал он андроида, тот, как ему показалось, не хотя оставил свое занятие и, подойдя к Шпигелю, сел рядом.

— Взгляни на карту, а то я что-то ничего не понимаю, тут есть что-нибудь? Пещера или что-то в этом роде.

Виктор долго разглядывал карту и сказал, что в пяти километрах отсюда есть пещера, но им нужно более секретное место.

— Смотри-ка, ты даешь мне советы? — рассмеялся Мэтт, — но ты прав, Вик, — они еще долго разглядывали карту, пока не услышали хруст веток за спиной. Выхватив пистолет, Шпигель нацелился в темноту, как услышал голос Бёрка.

— Спокойно, это я, — он вернулся не один, с ним был молодой монах, которого он тащил на своем плече. Парень был без сознания, и казалось, совсем не дышал. Ему было не многим больше шестнадцати лет, худой, с обритой головой, в своей свободной одежде, он бы сошёл за слугу смерти.

— Это что еще за чудо? — оторопел Мэтт.

— Как тебе сказать, — Бёрк положил его на одеяло, — на войне сказали бы, что мы взяли «языка», он нам нужен для того, чтобы показать нам, где находятся подземные схроны, которыми давно не пользовались.

Быстро связав его и заклеив рот скотчем, Томас сел рядом с парнем и похлопал его по щеке. Тот не скоро, но очнулся, ничего не понимая, в его глазах был только страх, и он что-то промычал.

— Говоришь по английски? — спросил Бёрк, — просто кивни, если да.

Парень продолжал что-то мычать, ничего не понимая.

— Виктор, ты знаешь непальский? — спросил его Шпигель.

— Конечно, — кивнул ему Клаус, — и несколько наречий…

— Так вот, скажи ему, что я освобожу его рот, но если он будет вопить, то я отрежу ему уши, — процедил сквозь зубы Бёрк. Виктор перевел и все увидели, что парень понимает их. Содрав с его лица скотч на половину, Бёрк спросил, вернулись ли монахи и их белые друзья. Виктор перевел и получил утвердительный ответ. Потом Томас спросил о тайных местах монахов, знает ли он о них.

— И передай ему, — обратился он к Клаусу, — что ему лучше не водить меня за нос, потому что я умею развязывать рты.

Виктор перевел слова Бёрка и монах, посмотрев на Томаса, ничего не сказал. Его глаза были полны ужаса, но он молчал.

— Я повторяю свой вопрос, у нас мало времени, — парень оставался, непреклонен, — хорошо, тогда скажи, что мы сожжем его деревню и монастырь с храмом в придачу.

— Он говорит, — мрачно ответил Виктор, — что у них есть, кому защитить их, а ему ничего не известно.

— А вдруг он и вправду ничего не знает, — предположил Мэтт, на что Бёрк ответил, что знает, когда человек лжёт. — Ну, тогда это твое дело, — добавил Мэтт.

— Мое?! — усмехнулся Бёрк, — нет, мой мальчик, это наше дело, по этому сейчас ты его будешь пытать.

— Я?! — с отвращением спросил Шпигель и почувствовал, как к горлу подступила тошнота.

— Или тебе не нужна Катя?

— М-мм… ну, да…

— Не мямли, мне нужен мужчина, солдат, а не сопливый придурок. Ты же был в Персидском заливе или… может, ты там только на кухне картошку чистил?

— Нет, — резко ответил Шпигель и начал действовать.

Парень оказался крепким и почти до самого утра, не вымолвил ни слова, Мэтт предложил воспользоваться сывороткой правды, но Том ответил, что ее слишком мало, и лучше ее оставить для более ценных пленников. Когда забрезжил рассвет, монах сдался, и теперь им все стало известно.

— У нас мало времени, — Томас переступил через убитого монаха, который лежал с перерезанным горлом и, заглянув в открытый люк секретного колодца, приказал Виктору, выкопать яму, где они уничтожат тело. — Его не должны найти. Плохо, но сегодня прибывает самолет, а сейчас соваться в монастырь опасно. Уже почти что утро, да, этот малый дал нам повозиться, столько времени потеряли.