Джон Фаррис - Когда звонит Майкл

— Я ляпнула, не подумав, — извинилась она. — Знаю, что здесь ты провел не самые лучшие годы.

Крэг посмотрел на нее, но взгляд его ничего не выражал.

— Нет, Эми, ты не права. Мы с Майклом были счастливы. Я бы даже сказал, очень счастливы. — Он прислонился спиной к машине и, доставая трубку, задумчиво разглядывал через «Седло Кларка» долину Шейдс. — Мы росли в естественных условиях, мы бегали по лесам, и нам было хорошо с матерью, словно она приходилась нам старшей сестрой. Теперь-то я знаю о ней гораздо больше, чем тогда, и, разумеется, понимаю ее вину. Она пила и... не совсем верно воспринимала мужчин, не больно-то разбиралась в них, частенько она вообще забывала о нас, но мы тогда не замечали этого. Мы знали, что если она не вернулась сегодня домой, то обязательно приедет завтра и снова приготовит нам еду, постирает, уберет дом, выкупает нас и выслушает все истории про наши подвиги и приключения. Даже теперь мне кажется, что она была тогда счастлива с нами, хотя сегодня оцениваю прошлое по-другому.

— Наверное, твоя мать была очень милым человеком, несмотря на все свои недостатки.

— Да, теперь-то я знаю, что на первой стадии развития маниакальной депрессии люди бывают просто очаровательными, пока не начинаются приступы. А мы с Майклом не часто наблюдали их. Мать была умной женщиной и в такие периоды старалась уйти из дома. Возможно, она понимала, что в один из таких приступов может убить нас. И еще одна мудрая штука, на которую мать решилась: когда болезнь начала прогрессировать и постепенно у нее развился настоящий психоз, она сблизилась с тетей Элен.

Эми подошла поближе и уткнулась в его плечо.

— А что случилось с твоей матерью, Крэг?

— После того, как сгорел дом, Элен поняла, что мать представляет опасность и для нас обоих. Сначала она пыталась уговорить ее добровольно обратиться в психиатрическую лечебницу Кэмптона. Но мать смертельно боялась подобных заведений. Поэтому пришлось отправить ее туда принудительно. Она умерла буквально через несколько часов после того, как ее доставили в больницу. Мать сразу же попыталась сбежать оттуда и погибла от кровоизлияния в мозг. Ей было всего двадцать девять лет.

— Это ужасно.

— Она относилась к тем самым обреченным людям, которые изредка и нам с тобой встречаются. Стоит только взглянуть на них, и ты нутром чуешь, что они умрут очень рано. Наверное, и на Майкле лежал этот отпечаток, но я сейчас плохо помню брата и не могу сказать наверняка. Он был копия матери: темноволосый, вечно напружиненный, полный энергии и легко поддающийся сменам настроения. — Неожиданно Крэг рассмеялся: — А интересно, какой вид у меня? Неслабый, вероятно, компотик из плодов со всего генеалогического древа.

— А мне очень нравится твой вид, — мечтательно произнесла Эми, закрывая глаза. — И не разрушай мой идеал.

Крэг нежно обнял ее одной рукой.

— А ты встречалась с интересными мужчинами в Калифорнии?

— И очень часто.

— И все они, конечно, в тебя влюблены.

— По крайней мере, когда я уезжала, они мне клялись в этом.

— Тогда не надо было уезжать. — Крэг покачал головой.

Эми шагнула назад и внимательно посмотрела на него.

— Иногда я просто не могу понять, когда ты шутишь, а когда говоришь серьезно.

— Конечно, я шучу.

— А может, ты и вправду хочешь, чтобы я уехала назад в Калифорнию?

— Эми, не глупи.

— Я весь день мечтаю, что ты меня, наконец, поцелуешь и поздравишь с возвращением, но, видимо, не дождусь ни того, ни другого.

Крэг предпринял робкую попытку вновь коснуться девушки, но Эми, отпрянув от него, произнесла:

— Ну уж нет, если я об этом прошу сама, значит, ты уже опоздал.

Казалось, Крэг колеблется и не знает, что делать. Он никак не мог подобрать нужных слов.

— Крэг, мы с тобой поженимся?

— Надеюсь, что да.

— Это уже кое-что. А когда?

— А когда ты хочешь?

— А ты когда?

— Сегодня вечером.

— Это неправда.

— А собственно, чем это мы с тобой занимаемся? — вдруг спросил Крэг, невинно заморгав. Сейчас он выглядел очень привлекательным и каким-то растерянным. — Мы же гоняемся друг за другом по кругу. Так ведь можно очень легко с него сойти.

— Мы знаем друг друга уже полтора года, — осторожно начала Эми. — Теперь я уверена, что уже давно люблю тебя. Полгода назад я могла сказать то же самое и о тебе. А вот теперь снова ни в чем не уверена и никак не могу понять, что же произошло. Может, я одеваюсь, как клуша? Или моя косметика ни к черту? А может, у меня испортилась фигура?

Крэг едва заметно улыбнулся.

— Ну, так в чем же дело?

— Эми, я тебя очень люблю.

— Либо ты говоришь мне неправду, либо ты ко мне просто привык.

— Не думаю.

— Возможно, — рассердилась Эми. — А может, я слишком часто езжу с ночевкой на Бен-Ломонд? Не в этом ли причина, Крэг?

— Черт, ты же сама все прекрасно понимаешь... никаких причин быть не может, Эми. Я хочу быть с тобой, как и прежде.

Она опустила голову.

— Да, ты так говоришь. Но я этого почему-то не чувствую.

— Мне кажется... надо решить более определенно насчет нашей свадьбы.

— Нет, когда я об этом прошу сама, то уже поздно.

Он усмехнулся:

— Ничего не поздно!

Эми сделала вид, что собирается убежать от него.

— Не думай, что меня очень просто вот так схватить и...

Крэг рванулся вперед, и она едва успела добежать до ближайшего дерева. Сначала он притворился, что не может догнать Эми, а потом неожиданно в два больших прыжка настиг и прижал ее, сопротивляющуюся, к стволу. Эми со зверским выражением лица врезала ему коленом по бедру, но так, чтобы не причинить боли. Крэг, пытаясь ее успокоить, легко удерживал девушку одной рукой, а другой гладил до голове.

— У тебя очень красивые глаза, — с серьезным видом заметил он. — Тебе надо было сниматься в кино.

— А я снималась.

— Докажи.

— Главная женская роль в фильме «Голливудские зверюги»!

— По-моему, я его смотрел, — соврал Крэг. — Раз, наверное, пятьдесят.

Он начал целовать ее сначала в щеки, а потом, все более распаляясь, со всей страстью, которой ей так не хватало, в губы. Счастье захлестнуло Эми, она таяла в его объятиях, перестав, наконец, сопротивляться.

Через несколько минут они уже возвращались к машине, шагая рядом и держась за руки. Лица их полыхали. У Эми в волосах застрял кусочек коры.

— Бен-Ломонд, мы идем к тебе, — мечтательно произнесла Эми.

— Ну... немного попозже. Боюсь, что мне придется задержаться в школе часов до девяти.

— Значит, попозже, — согласилась она.

Пока они выбирались на шоссе, Эми успела расчесать волосы. Всю обратную дорогу хорошее настроение не покидало их. Эми уже забыла и о Майкле Янге, и о звонках, и даже о разрушенном обгоревшем коттедже, когда вдруг Крэг неожиданно заговорил: