Евгения Грановская - Демоны райского сада

Ознакомительный фрагмент

– Нет, – растерянно ответила Лиза.

– Ходят слухи, что его избили по вашему прямому приказу. Так ли это?

– Э-э… – Лиза покосилась на Дениса. Тот едва заметно качнул головой. – Нет, это не так, – сказала она. И добавила от себя: – Я не имею к этому никакого отношения.

– Вижу, мои вопросы вам не нравятся, – невозмутимо констатировал журналист. – Значит ли это, что завтра утром меня найдут в темном переулке со сломанными ногами?

Журналисты снова засмеялись. Скряба зыркнул на них холодным взглядом убийцы, и те было затихли. Однако, увидев, что Глеб Корсак остался спокоен и невозмутим под этим взглядом, они снова осмелели.

– Была ли авария случайной или ее стоит рассматривать как покушение? – крикнул кто-то.

– Авария была случайной, – заученно ответила Лиза. – Мой водитель не справился с управлением на мокрой дороге.

– Вы его расстреляли или просто уволили? – со смехом спросил толстяк.

Лиза улыбнулась:

– Никаких репрессий не было. Такое может случиться с каждым, правда?

– Что вы можете рассказать о предстоящем браке с Владом Марковым?

Лиза повернула голову в сторону вопрошающего.

– Если я и впрямь решу выйти замуж, я тут же вам об этом сообщу, – с прежней приветливой улыбкой сказала она.

– Закончили вопросы! – объявил Семен Скряба.

– Всем спасибо! – сказала Лиза и двинулась к гостинице в сопровождении Дениса и окружении охранников.

Когда Лиза и Денис скрылись за дверью гостиницы и гомон журналистов утих, Семен Скряба посмотрел в сторону Глеба Корсака. Тот стоял в стороне от журналистского пула с дымящейся сигаретой в зубах.

Начальник службы безопасности поднял руку, сложил из пальцев «пистолет», направил его на журналиста и нажал на воображаемый курок.

Журналист не улыбнулся и не поморщился. Он продолжал разглядывать Скрябу – спокойно, невозмутимо, как натуралист разглядывает уже известный ему вид жука, не ожидая от него ничего нового.

Скряба отвернулся от него и зашагал к гостинице.

Лиза была бледна. Губы ее вздрагивали, словно она вот-вот разрыдается.

Возле гардероба Денис остановил ее и тихо сказал:

– Все прошло хорошо. Ты держалась достойно.

– За что они меня так ненавидят? – тихо спросила Лиза.

– Они и не должны тебя любить. Ты – богатая, состоявшаяся женщина. А они – дешевые неудачники с микрофонами в руках.

– Я всегда думала, что журналистика – очень интересное занятие.

– Только для единиц, – сказал Денис. – Половина из них терпеть не может свою работу, но больше ничего не умеет делать. Другая половина – энтузиасты, но и этих в конце концов ждет разочарование. Они берут интервью у людей, которыми никогда не станут сами. С их точки зрения, вы заняли нишу, которую могли занять они – будь они чуточку поудачливее. И при малейшей возможности они утопят вас без жалости и промедления.

Лиза смахнула с ресниц слезу.

– Тот журналист… – снова заговорила она, – …у него был такой острый взгляд.

– Глеб Корсак? – Денис вздохнул. – Да, известная личность. Бретер и игрок, ни во что не ставящий свою жизнь. Специализируется на журналистских расследованиях. Неделю назад его назначили заместителем главного редактора, но долго он на этой должности не усидит.

– Почему?

– Потому что не умеет договариваться. А в нашей стране умение договариваться ценится дороже всего. Корсаку тридцать девять лет, и попомни мое слово: до сорока пяти он не доживет.

Лиза посмотрела на Дениса удивленным взглядом:

– Ты это серьезно?

Денис поправил пальцем очки и пожал плечами.

– В нашем городе убивают не только бизнесменов, но и журналистов, – сказал он. – Но не забивай себе голову чужими проблемами. У нас впереди много дел.

– Да, – сказала Лиза. – Только…

– Что?

– Можно мне в туалет? – смущенно спросила она.

– Конечно. Но сначала охранники осмотрят его.

Денис обернулся, встретился взглядом с Семеном Скрябой и легонько кивнул в сторону туалета. Скряба кивнул в ответ и тут же отрядил двух людей на осмотр.

Спустя минуту, когда Лиза ушла, Скряба подошел к Денису Люблинскому и спросил, глядя ему в глаза:

– Куда она собиралась лететь, когда попала в аварию?

– Это не имеет отношения к делу, – ответил Денис.

– Позволь мне самому разобраться – имеет или нет, – отчеканил Скряба.

Люблинский поправил очки и напряженно усмехнулся:

– В таком случае спроси у нее сам. Хотя я тебе этого делать не советую. Ты знаешь, с какой охотой Ольга отвечает на вопросы тех, кто сует нос не в свои дела.

Семен Скряба прищурил холодные голубые глаза и глухо прорычал:

– Я – начальник службы безопасности. Так что это и мои дела тоже.

– Тогда валяй – допытывайся. Только не забывай, что Ольга едва не уволила тебя полгода назад. И, между прочим, это я уговорил ее тебя оставить.

Скряба, похоже, задумался. Взгляд его уже не был таким уверенным.

– Кажется, в последнее время у тебя все чаще болит нога? – снова заговорил Денис. – Таких, как ты, обычно отправляют на заслуженную пенсию. Помни об этом, когда в очередной раз захочешь меня облаять.

Зрачки Скрябы сузились. Люблинский хотел привычно поправить очки, но Семен перехватил его руку у запястья и глухо произнес:

– Ты мне угрожаешь?

Люблинский посмотрел на лапу Скрябы, поморщился и сказал:

– Все, что от тебя требуется, – это найти стрелка. И подонка, который его послал. И отпусти, пожалуйста, мою руку, пока не сломал.

Семен разжал пальцы.

– Я должен располагать всей необходимой информацией, – сказал он.

Денис пожал плечами:

– Она у тебя есть. Определи круг подозреваемых, подключи ребят из техотдела, если понадобится кого-нибудь прослушать или прицепить кому-нибудь «жучка»…

– Обойдусь без твоих советов, – отрезал Семен.

Денис усмехнулся:

– Ну-ну! Я бы на твоем месте начал прямо сейчас. Ты ведь еще не успел осмотреть место происшествия?

Скряба не ответил. Он отвернулся и отошел к своим людям. Тихо с ними о чем-то переговорил, после чего направился к выходу. Двое оперативников последовали за ним.

Люблинский посмотрел ему вслед и тихо проворчал:

– Тупой громила.

Час спустя Семен Скряба стоял посреди серой, увядшей травы, метрах в двустах от серой широкой полосы шоссе, осматривая место, где скрывался стрелок – тот самый стрелок, который метким выстрелом из снайперской винтовки пробил переднее колесо «Мерседеса», в котором находилась Ольга Князева.

Погода портилась, дул северный ветер, сбивая тучи в одно беспросветное месиво. Настроение у начальника службы безопасности было таким же мрачным, как и небо над его головой.