Питер Страуб - Мистер Икс

Лори отпила немного вина из бокала, и на лице ее легла тень обиды:

– Стюарт Хэтч, разумеется, думает, что Диринги пригрели этакую паразитку. Но я любила Дирингов. У меня тогда была почти полная амнезия, а они так заботились обо мне. Они наняли учителей – домашних. Они стоически выдерживали ужины, когда я орала на них. Они говорили со мной. Когда я научилась вести себя по-человечески, они определили меня в частную школу и помогали делать уроки. Колледж я тогда не потянула бы, и, когда я закончила школу, они устроили меня на работу в регистратуре поликлиники в Сан-Франциско. Дэвид и Пэсти Диринг. Храни их Господь.

Мы чокнулись стаканами.

– Стюарт сказал тебе, что я сбежала? Так он сказал?

Я сказал, что не помню.

– В Сан-Франциско отвез меня доктор Диринг. Нашел мне квартиру. Весь следующий год, по крайней мере раз в неделю, я им звонила – до тех пор, пока, кажется, Бог не решил снова швырнуть меня в яму. Возвращаясь домой из гостей, Дэвид и Пэсти погибли в автокатастрофе. Ужас. Когда я вернулась с их похорон, я была так подавлена, что целый месяц почти не поднималась с кровати. Работу, конечно, потеряла. Чувствовала себя бездомной кошкой. С горем пополам нашла место в картинной галерее и в один прекрасный вечер после очередной выставки случайно познакомилась с Тедди Уэйнрайтом.

Не сомневаюсь, Стюарт явно намекал на то, что я воспользовалась Тедди. Нет смысла сейчас все заново переоценивать, однако со временем я поняла, что, вне всяких сомнений, я полюбила человека намного старше меня – полюбить я могла только мужчину намного старше меня. Тедди был мне как отец, и что с того? Он любил меня.

Бог ты мой, как же он любил меня. Я думаю… Тедди помог мне собрать себя воедино из кусочков лишь только тем, что просто был со мной таким великодушным. Как бы я хотела, чтоб он был сейчас жив, – я бы тебя с ним познакомила. Вы бы друг другу понравились…

– А когда ты познакомилась со Стюартом, не показалось ли тебе, что он напоминает Тедди Уэйнрайта?

Лори скользнула поближе ко мне и устало прильнула к моему плечу.

– Думаешь, я была такой глупой? Хм-м Сейчас, по здравому размышлению, чувствую, мне это совсем не по душе. Ты очень уж проницателен.

– Не сказал бы, что тебе это так уж не нравится.

Лори опустила руку мне на бедро:

– Он был из богом забытого города, такой вроде открытый, прямой, и мне это показалось очаровательным. Знать бы мне тогда, насколько он болен. Он ведь и вправду нездоров – ему в радость делать людям больно.

Лори переложила руку мне на грудь и прижалась лицом к моему лицу. Тело ее было горячим, как у ребенка в лихорадке.

95

После полуночи я перекатился на бок и заметил темный силуэт у кровати. Стюарт, подумал я, и рывком сел. Стюарт Хэтч подался поближе ко мне и, наклонившись, превратился в ухмыляющегося Роберта:

– Местами поменяемся, а? – спросил он шепотом.

– Пошел отсюда. Нет, постой. Надо поговорить.

– Чего ты там? – сонно пробормотала Лори.

– Схожу вниз, выпью стакан молока, – сказал я, и она провалилась в сон.

Я натянул рубашку и трусы. Пистолет, который я спрятал под брюками, отправился в один из карманов блейзера. Роберт продолжал ухмыляться. Мои предосторожности забавляли его.

На цыпочках мы прошли мимо комнат Кобби и Поузи и вниз по лестнице. Я зажег свет над полочкой со стаканами, взял себе один, а в баре – наполовину полную литровую бутылку «Джонни Уокер блэк».

Роберт развалился в одном из кресел в нише:

– Никак наша Лори прикладывается к бутылке? Ты, кстати, тоже что-то пристрастился.

– Да нет, разве что иногда… Чертовски тяжелая неделя была. – Я поднял стакан. – Давай за Тоби Крафта. Он, конечно, был тот еще плут, но о Стар позаботился от всего сердца. А в итоге – и обо мне.

– Позаботился, позаботился, – кивнул Роберт.

Несколько раздраженно я шагнул к свободному креслу в нише и расположился там:

– Очень интересно. Очень хотелось бы знать, к чему это ты ляпнул, однако прежде всего я бы попросил тебя закрыть рот и послушать, что я тебе скажу. Прошлой ночью ты, поджидая меня в моем номере, читал книгу Райнхарта. Ты тогда сказал что-то вроде: «Наш старик был паршивым писателем, правда?» Откуда ты узнал, что Райнхарт был нашим отцом? Я тебе об этом не говорил.

– Рот уже можно открыть? Как я прознал о Райнхарте? Да наверное, тем же способом, что и ты. От Стар. Ты вообще-то не единственный ее сын.

– Врешь.

– А помнишь, ты как-то обедал с Нетти и Мэй?

– А ты в это время ходил в больницу?

– А каким образом, думаешь, в твоем кармане оказались выигранные в покер денежки? Может, мне и не следовало делать этого, но удержаться сил моих не было. Потом я заглянул к Стар попрощаться, и она рассказала мне о Райнхарте. Само собой, тебе она собиралась рассказать то же самое. Я был уверен, что могу рассчитывать на тебя: ты вслед за мной узнаешь об этом из того же источника. Я начну – ты продолжишь. Ведь, несмотря на все свои недостатки, ты парень надежный.

– Ты был уверен, что можешь рассчитывать на меня? – Я изумленно уставился на него.

– В смысле, следующий шаг сделаешь ты. Теперь я заткнусь, а ты продолжай.

– Ага, продолжаю, – кивнул я. – Эдвард Райнхарт был сыном Говарда Данстэна. Скорей всего, незаконным. И с самого нашего рождения он ищет нас. – Я рассказал, что поведал мне Говард Данстэн, представив все так, будто услышал эту историю из уст Джой. Рассказал Роберту и о встрече с Максом Эдисоном в больнице. – Эдисон до сих пор боялся Райнхарта, как боялся его и Тоби. Тоби даже не хотел, чтобы я произносил вслух его имя. Никогда не признаюсь в этом Лори, но, по-моему, его убили из-за нас. Она произнесла это имя.

Роберт обдумал услышанное и сказал:

– Ты не можешь быть уверен, что Тоби Крафта убил Райнхарт, и тем более не должен винить себя. Ты ведь думал, что Райнхарт уже мертв. К тому же профессия у Тоби была опасной – я не про его ломбард… Радуйся жизни и денежкам, что он оставил тебе.

– А об этом как ты пронюхал?

– Я же залезал в его сейф, помнишь? Когда я доставал документы Хэтча, почитал мимоходом завещание Тоби и его страховки. Вместе с недвижимостью там набегает почти два миллиона. Можешь считать это своим приданым.

– Увы: большую часть я уже раздал, – развел руками я. Роберт взглянул на меня с неподдельным испугом. Глаза его сузились, а губы скривились в улыбке:

– Шутишь…

Я рассказал ему о своем распоряжении разделить деньги.

– Бог мой, чего ради ты так сглупил-то?

Я объяснил все и добавил:

– По большому счету, прямая наследница Стар, а не я.

– Ушам своим не верю. А адвокат оговорил условие, что все денежки возвращаются к тебе, когда старушки сыграют в ящик?