Максим Перфильев - Жажда Смерти

Основатель замолчал и оглядел всех присутствующих. Никто ничего не ответил. Наступившая тишина несла в себе намного больше информации, чем какой-либо поток слов.

— Что ж, видимо, здесь нет разумных людей. Продолжим. Ваша задача добраться до места назначения и спасти двух женщин. Постарайтесь сделать это как можно быстрее, на счету каждая минута. Как только вы их найдете, сразу же убирайтесь от туда.

— Как мы будем искать их? — спросил военный офицер.

— С помощью специальных устройств навигации.

— Вы говорите, электроника может отказать. — заметил геолог.

— Да, это так.

— Мы можем заблудиться? — поинтересовался все тот же военный.

Основатель выдержал паузу.

— Да, это вполне вероятно. — ответил он честно.

Офицер улыбнулся.

— Это самое интересное, что я ожидал услышать.

— Какая местность? — спросил геолог.

— В основном придется идти лесом.

— Сколько по времени?

— Не знаю. — покачал головой человек настолько непринужденно, как будто он и не должен этого знать. Все присутствующие с улыбками на лицах переглянулись.

— Пойди туда, не знаю куда. — геолог многозначительно почесал свою бороду.

— В какой-то степени.

— С каждым часом все веселее. — заметил спецназовец.

Человек глубоко вздохнул и поднял к подбородку указательный палец.

— Еще один момент, господа. Характер задания потребует от вас не столько хорошей физической подготовки, сколько максимальной психологической выдержки. Основная борьба, которую вам придется вести — борьба с собственным разумом. Ваши мозги будут являться главным предметом атаки данного врага. В любой ситуации сохраняйте хладнокровие. Никакой паники, никаких состояний аффектов не должно быть. Продумывайте каждое действие. Постарайтесь не сойти с ума. И научитесь контролировать свои мысли.

В аудитории повисла странная тишина, как будто бы данная на размышления.

— Ну что ж, — продолжил Основатель. — Еще вопросы есть? Нет. Всем, вроде бы, все ясно. Надеюсь, вы понимаете, на какой риск идете. Ваша жизнь подвергается опасности. — человек медленно заходил по кафедре. — Но я дал вам второй шанс. И, самое главное, я даю вам смысл бытия. Хотя бы на какое-то время. Учитывая специфику вашего состояния, с психологической точки зрения вы являетесь неплохими солдатами. Вы способны пожертвовать своей жизнью. От вас зависит спасение человеческих душ. Что в этом мире может быть важнее? — наступила пауза. — Те же, кого это не интересует, по крайней мере, на время отвлекутся от своих проблем.

"Он прав". - подумал про себя Викториус, улыбаясь.

Основатель коснулся стола своими длинными красивыми пальцами и еще раз внимательно оглядел всех присутствующих в аудитории.

Шесть человек. Шесть душ, страдающих каждый от своей боли, потерявших желание и смысл жить. Шесть уникальных историй. Шесть разных миров, со своими чувствами, желаниями и приоритетами. Шесть отличных друг от друга путей, на изучение которых уйдут тысячелетия. Шесть энергетических систем, работающих в разных режимах. Шесть невероятно богатых и интереснейших сознаний, по которым можно путешествовать целую вечность, и каждый со своим особенным неповторимым мышлением. И каждый бесконечно ценен. И каждый бесконечно любим. И каждый из них — человек, и таких, как они человеков — миллиарды, сотни, тысячи миллиардов. И каждый из них уникален. И нет никого лишнего на этой Земле.

— Что ж, хорошо. — произнес Основатель. — Все свободны. Можете идти в свои комнаты. Отдохните. Скоро вам предстоит очень тяжелая работа.

10.

Викториус зашел в свою комнату, предварительно сняв обувь и носки, чтобы в полной мере насладиться приятными ощущениями от невероятно мягкого и нежного коврового покрытия на полу. Подойдя к кровати, он лег на спину, подпирая голову руками, и уставился в потолок. Он думал. Ему было не совсем понятно, что здесь происходит, не совсем понятно, что это за организация и чем она в действительности занимается, и совсем непонятно — что конкретно от него самого требовалось. Основатель, как он сам себя называл, рассказал ровно столько, сколько хотел, чтобы знали, то есть — практически, ничего. Оставалось много вопросов: кто финансирует этих людей? кто контролирует их деятельность? знают ли спецслужбы? кому и зачем это все нужно, в конце концов? Что-то было здесь не так, и это необходимо было выяснить. Хотя, с другой стороны — а не все ли равно? Священник задумался. Как-то все здесь было знакомо и, как будто, свое, родное. Как будто бы он был дома, в кругу своих друзей, на своей территории. Он чувствовал абсолютную безмятежность и покой. Он чувствовал, себя в безопасности, и знал, что с ним не может случиться ничего плохого… по крайней мере, пока он здесь. Может его накачали наркотиками? В любом случае, он собирался это выяснить, а пока…

Неизвестно, что ждало впереди, не совсем ясно, что происходит сейчас, но так много было уже пройдено и столько всего сделано — оставался только огромнейший мир воспоминаний. И священник, сам того не желая, погрузился в этот мир…

— …А знаешь, здесь очень даже не плохо.

— Нда, согласен, довольно вкусно. Мне нравится эта восточная кухня.

— Для меня она слишком острая, но, вообще, ничего. Но главное — здесь уютно.

— Да, в этом ты прав. Приличное место. Можно просто спокойно посидеть.

— Отдохнуть, расслабиться.

— Да-да-да. Вот именно.

— Закажу-ка я еще цыплят в соусе.

Викториус кивнул в знак одобрения собеседнику и, не концентрируя ни на чем своего взгляда, просто задумчиво уставился в сторону. Он с приятелем ужинал в недорогой, но очень хорошей закусочной, сделанной на восточный манер, и располагающейся в элитном районе городе. Здесь была очень теплая и уютная обстановка, совершенно не пугающая и не чем не угрожающая своим посетителям. Играла какая-то арабская, основанная на семнадцати-ступенчатом строе, а от того — необычная, музыка, доброжелательная обслуга с улыбками на лицах, принимая заказы, вызывала желание делать их как можно чаще, а слабое освещение и полузакрытые кабинки, абстрагируя от всех остальных людей, создавали приятную и комфортную атмосферу для общения со своими друзьями. Был уже поздний осенний вечер, за окном медленно, но настойчиво шел дождик, и врач со священником после тяжелого рабочего дня обсуждали интереснейший случай своей практики, произошедший накануне.

— Я не совсем понял, что же случилось там, в больнице, Мило, но поскольку я довольно близко знаком с лечащим врачом… нашего… пускай, пациента, то я в любом случае пронаблюдаю весь курс его лечения и все же докопаюсь до истины, будь уверен.