Евгения Грановская - Чёрный король

Ознакомительный фрагмент

– Значит, его зовут Каштан?

Игнат вдруг открыл рот и дважды сморгнул.

– Как это вы у меня… выведали? – изумленно проговорил он. – Я думал, вы друг, а вы… За блинчики меня купили! А я продался.

Игнат хотел вскочить из-за стола, но дьякон удержал его за руку.

– Не говори чепухи, – сказал он. – Я не следователь, и ты не на допросе у меня. Мы с тобой просто беседовали.

– Да, беседовали, – с горькой усмешкой проговорил Игнат. – Только я вам все выложил – и про банду, и про Каштана… Ой! – Мальчик вытаращил глаза и заткнул себе рот ладонь.

Движение было столь комичным, что дьякон улыбнулся.

Вдруг мальчик побледнел и уставился сквозь витрину на улицу. Отец Андрей проследил за его взглядом и увидел, что возле афишной тумбы стоит тощий парень в черной болоньевой куртке.

– Твой хозяин? – спросил отец Андрей.

Игнат вздрогнул и перевел взгляд на дьякона.

– У меня нет хозяина, – с вызовом ответил он.

– Ясно. Я…

– Спасибо за обед! – Мальчик достал из кармана пятисотрублевую бумажку, швырнул ее на стол и высвободил рукав из пальцев дьякона.

– Постой! – остановил его отец Андрей. – Это слишком много.

– Сдачу оставьте официанту на чай, – сказал мальчик, повернулся и вышел… вернее даже, не вышел, а выскочил из ресторана, как пробка выскакивает из бутылки с шампанским.

Тощий парень поманил мальчика пальцем, зыркнул взглядом по сторонам, повернулся и, сунув руки в карманы куртки, пошел в сторону сквера.

Мальчик тоже посмотрел по сторонам, нахмурился и побрел за тощим парнем. Остановились они возле скамейки, на которой сидели двое – один красивый, с длинными светлыми волосами и в таком же светлом пальто, второй – приземистый и круглый. Красивый, которого звали Каштан, окинул мальчика внимательным взглядом и сказал:

– Ужинаешь в ресторане? Шикарно живешь, Игнат.

– Я просто попил чаю, – сказал мальчик.

– Да ну? – Каштан повернулся к приземистому крепышу и насмешливо произнес: – Слыхал, Шар? Он просто попил чаю.

– Чай нынче дорог, – таким же насмешливым голосом произнес Шар. – Я его себе не могу позволить. Приходится пить виски.

– И почем нынче чай? – поинтересовался Каштан.

– Сходи да узнай, если так интересно, – ответил мальчик.

– Ладно, не обижайся, – примирительно сказал Каштан. – Что добыл сегодня?

– Ничего.

– А что так? День был неудачный?

– Угадал.

– Что ж, бывает.

Каштан помолчал.

– Слушай, Каштан, мне нужно идти, – сказал ему мальчик. – Встретимся завтра, ладно?

– Как скажешь. До завтра так до завтра.

Мальчик хотел идти, но Каштан снова заговорил.

– Подожди, – сказал он. – Напомни, пожалуйста, сколько ты мне должен?

Если до этих слов у мальчика еще теплилась надежда на то, что ему удастся уйти просто так, то теперь он понял, что «просто так» его никто не отпустит.

– Так сколько ты мне должен за ту игру? – повторил свой вопрос Каштан, и зрачки его светлых глаз сузились.

– Десять тысяч, – ответил мальчик.

– С сегодняшнего дня ты должен мне одиннадцать, – сказал Каштан, царапая лицо мальчика холодным, колючим взглядом. – Отныне каждый день я буду набрасывать по тысяче.

– Но это несправедливо! – воскликнул мальчик.

– Несправедливо? Ты мне говоришь о справедливости? Штырь, сколько денег он оставил в ресторане?

– Пятьсот рублей, – глумливо усмехаясь, доложил тощий Штырь.

– Что он при этом сказал?

– «На чай!» – передразнил Штырь слова мальчика.

– Вот видишь, – грустно проговорил Каштан. – Значит, у тебя есть деньги, но ты почему-то не хочешь возвращать мне долг. Пойми, мне не жалко денег. Я мог бы даже простить тебе этот долг. Но это может бросить тень на мою репутацию.

– При чем тут репутация? – хмуро спросил мальчик.

– Ну, как же. Теперь все узнают, что человек, который должен Каштану деньги, разгуливает по ресторанам и оставляет по пятьсот рублей на чай. Что, по-твоему, скажут обо мне люди?

Игнат помолчал. Потом разлепил спекшиеся губы и тихо проговорил:

– Я верну тебе долг, Каштан.

– Когда?

– В ближайшие три дня.

– Не знаю, не знаю… – задумчиво проговорил Каштан. – Не знаю, можно ли тебе верить?

– Я всегда держу слово. Если я сказал, что верну – значит, верну.

– О, да. – Каштан едва заметно усмехнулся. – Я верю тебе, Игнат. Верю, потому что уважаю тебя. Но где ты собираешься взять деньги?

– Это мое дело.

Каштан качнул головой:

– Не совсем так. Это наше дело. Ведь если ты ошибешься – в проигрыше останусь я. – Каштан переглянулся со Штырем, снова посмотрел на Игната и сказал: – Пожалуй, я помогу тебе. Сегодня вечером мы с тобой провернем одно дельце. Если получится – я прощу тебе долг. Идет?

Мальчик молчал.

– Так ты согласен или нет? – нетерпеливо спросил Каштан.

– Я больше не хочу этим заниматься, – тихо сказал Игнат.

Каштан быстрым движением схватил мальчика за ворот ветровки и притянул к себе.

– Слушай сюда, пацан, – холодно заговорил он, – мне плевать, что ты хочешь, а что нет. Ты сделаешь то, о чем я попрошу. Или я потребую, чтобы ты вернул долг прямо сейчас. Без всяких отсрочек.

– Я ведь сказал, что сейчас у меня ничего нет. Но завтра…

– Завтра, – перебил его Каштан, – тебя найдут в реке с разбитой головой. И никто – слышишь, никто за тебя не вступится. А если вздумаешь убежать, я тебя из-под земли достану. Я не собираюсь с тобой шутить, парень. Но я предоставляю тебе выбор.

Каштан разжал пальцы и откинулся на спинку скамейки.

– Ну, так как? – спросил он. – Ты готов обсудить дело?

– Ладно, – ответил мальчик угрюмо. – Но это будет последний раз.

– Конечно.

– И ты простишь мне долг? – все еще недоверчиво спросил мальчик.

Каштан кивнул:

– Да. До последней копейки.

Мальчик перевел дух.

– Значит, сегодня ночью? – повторил мальчик.

– Сегодня ночью, – кивнул Каштан. – Провернем эту операцию и разбежимся. Согласен?

Мальчик глубоко вздохнул и тихо ответил:

– Да.

На «операцию» Каштан сам не пошел – у него нашлись какие-то другие, более важные дела. Вместо Каштана с мальчиком отправились его верные опричники – Штырь и Шар. Штырь, тощий и длинный, как деревянная палка, и такой же крепкий, Шар – приземистый, широкоплечий, сильный и упорный, как барсук.

Подсадив мальчика до форточки первого этажа, парни отошли от здания шагов на двадцать и достали по сигарете. Курили они молча, стараясь держать сигареты в пригоршне так, чтобы пылающие огоньки не привлекали чужого внимания.

Однако на этот раз избежать чужого внимания парням не удалось. Какой-то прохожий внезапно свернул с освещенной части дороги в темень и остановился перед бандитами.