Мистер Белый: Первые странности. Часть 1 - Майкл Форд

завопить, как в тоже время услышал нежный, ангельский, на удивление не скромный голосок. Ангелинин смех. И борьба со своими чувствами у Ричарда пошла по новой.

– Так! Пообнимались и хватит. Мы щас в школу опоздаем! Мы что так разрадовались то? – не вытерпел Дэвис. Друзья недоумённо посмотрели на него. В их глазах Ричард походил на взрослого – серьёзного, который никогда не шутит и дипломатичного – скучного, старого пердуна. Но к счастью, к Марте быстро пришло озарение почему он такой. И она сменила своё недоумение на понимание: она шутливо хихикнула и их диалог стал набирать другие обороты.

– Как спалось? – начала Марта. – Я видела тебя обеспокоенным, когда ты вышел из дома, а теперь это ощущение у тебя как ногой сняло! – Они все уже встали на асфальт, который вёл в школу. Школу, что из детей, будущих личностей, делают дерзких, всего позволяющих людей. И детей, которым разрушают ту самую личность, вследствие чего появляются маньяки. Они наказывают обидчиков детства, либо ищут козлов отпущения, будучи в душе всё такими же слабыми. – Вот видишь какие чудеса творит дружба!

– Да так… уже лучше. – Ричард перевёл взгляд на своих двоих. – Я так рад, что вы у меня есть, девочки! И правда, я что-то приуныл, а вы только и поднимаете мне настроение! – Он запнулся. – Ой, то есть…

– Да мы понимаем, что ты имел ввиду, – помогла ему Лина.

Дэвис хотел что-то добавить. Однако, он даже не успел открыть рот, как его перегнала по скорости Марта:

– Смотрите! Портфель до боли знакомый! – шёпотом произнесла она. Впереди них шёл человек. – Это Оллскоп?

Все посмотрели в сторону мартиного пальца. И правда. Очень даже похож, если обратить внимание на походку и телосложение пацана. Но что он тут делает? Обычно, он как и все ездит на жёлтом школьном автобусе, поскольку все жилые дома в посёлке городского типа находились на противоположной стороне от образовательного учреждения, поодаль от границы Алимровки. А тут… На него это явно было не похоже.

– У меня уже дрожь в коленях поднялась! – поделилась эмоциями Ангелина.

– Не ты одна, – поддержал её Ричард. Он хоть и не показывал своих чувств настолько открыто, но ему также как и всем было страшно. “Вот поэтому люди мужского пола умирают быстрее.”. Дэвис пытался сдерживать свои эмоции и казаться на публике сильным. “Только не при девочках, пожалуйста! Бог, спаси меня!”, – молился он.

Подружки чувствовали, что и Ричард не рад был увидеть общего злодея жизни настолько рано. По крайней мере, Марта это наблюдала. Впрочем, она не стала уделять этому внимания в словах. Во всяком случае не сейчас.

И тут Василий Оллскоп обернулся. Как посчитала Лина, он повернулся в их сторону потому что они слишком громко да возбуждённо разговаривали. “А я ведь хотела сказать им это. Какая же я недотёпа!”. Но сожалеть уже было поздно, хоть даже если и Ангелина так не считала. Оллскоп остановился. Посмотрел назад. Его скулы и брови преобразовалась в цифру икс. Но ребята при этом ни прекращали шаг, поскольку понимали: он то на данный момент один, а нас трое. К тому же, подростки не хотят сделать ему что-то плохое. Их лица преобразовались из добрых, наивных детей, в напряжённые и решительные. Оллскопу это не понравилось. Он впервые их видит такими. “Это потому что я один.”, – подумал Василий. – “Ух, доберусь я до школы, вам не поздоровится!”. По его грубому телу пошло лёгкое волнение. Он стал ненавидеть себя за это.

– Вы чё ко мне идёте? Переходите дорогу и идите по другому пути, придурки! – Ребята молчали. У задиры подошла вторая волна волнения. – Вам с прошлого раза мало? Так вы ещё не поняли, что это были всего лишь цветочки? – Дети почти рядом, а драчун тем временем подготовил кулаки. – Я за себя не ручаюсь, уроды! – заорал он.

– Да успокойся ты! Что какой агрессивный? Мы с миром пришли, – начал Ричард.

Любой другой щас как впечатал бы свой кулак по самые мозги такому задире, но далеко не эти подростки. Они понимали, что их ждёт, в особенности, если одержат победу над главарём. Тот пойдёт жаловаться своей шайке. А потом ещё говорят, что мы жалуемся директору, несмотря на то, что мы вообще ни разу ни жаловались никому, кто управлял даром говорить. Вот лишь бы унизить, а сами поступают, как лицемеры! – подумала Марта. – Да они и есть самые настоящие лицемеры!

Когда Оллскоп услышал первые слова от Ричарда, ему сразу же пришло в голову оскорблять их терпилами, но потом осёкся, ведь понимает, что всё ещё один. А до школы километров чуть меньше двух.

– Чё вам надо? – сказал он, поздно поняв – агрессивное поведение также спровоцирует драку. Но планку он пока что держал.

– Можно поинтересоваться, почему ты сегодня пошёл один, а не поехал со всеми? – продолжил Ричард.

– Тебе какая разница? – ответил Василий. “Какой порядочный, учит правила улиц? Но с кем? Сука, я бы ему треснул, если бы он начал меня спрашивать, и мне было бы абсолютно похуй на последствия…”. Девочки смотрели на спину кулачника, поскольку оказались сзади Оллскопа и Дэвиса. Ричард смотрел “врагу” прямо в глаза. – “Так… что-то я сильно разошёлся, надо держать себя в руках.”, – посетила мысль хулигана.

– Да ну что ты, расслабься. – Дэвис легонько толкнул его телом.

– Ты чё бля, хочешь чтоб я под колёса попал?

– Машин нету, хорош всё в негативном ключе воспринимать, – со смешком произнёс Ричард.

– Ты долбаёб? А если я на тебя совершу покушение, причём как тут – неудачно? Я бы точно также отмазался, дурень! Ты бы так же воспринимал ситуацию в позитивном ключе? Особенно, когда к тебе намеренно подходят трое человек с которыми общаться сов…

– Ты всё не так понял, я лишь хотел… – Ричард положил руку Оллскопу на плечо, а тот в ответ отшатнулся вперёд.

– Отстань от меня! Слышь, я за себя не ручаюсь, либо ты отходишь на другую сторону дороги, либо… – Оллскоп плюнул на правый кулак, становясь в боевую позу. – Вас сейчас не станет. – Эту фразу он сказал в значительной степени мрачно, грубо.

“Видно он не шутит.”, – подумал Ричард.

Они перешли, как и советовал Василий дорогу. Все шли в школу. Ребята переживали за то, что может произойти в ней: может зря к нему подошли? Но если бы мы не подходили, то было бы ситуация напряжённей. В любом случае – все бы напряглись. А это нервы. Так что я считаю, правильно, что именно так и поступили, – рассуждали между собой дети.

К счастью, Оллскоп про эту курьёзную ситуацию своим совсем ничего не сказал. И даже не заикнулся. Может, потому что чисто из жалости – вчера