Дылда Доминга - Erratum (Ошибка)

   - Мне все равно, как звались эти проклятые демоны.

   - Ты сам хуже их всех.

   - Мне это уже говорили, - рассмеялся он, а глаза его впивались в Лили, ненавидя и пожирая.

   - Я пришла сюда, чтобы отдать свою жизнь за тебя, - сказала Лили, подходя вплотную к столу. Ее глаза теперь едва ли можно было назвать нежными.

   - Ты опоздала, - проговорил он.

   Молниеносным движением она схватила меч со стола и выбросила руку с лезвием вперед в отточенном ударе. Рамуэль успел схватиться за рукоять, но было уже поздно - меч проткнул насквозь его в живот.

   - Ты тоже, - прошептала она, глядя, как затуманиваются его глаза.

   - Лили, - он хотел сказать что-то еще, но на его губах появилась кровавая пена, а звуки превратились в хрип.

   Лили в ужасе смотрела на торчащий из его тела меч и бегущую кровь, словно только теперь осознала, что случилось. Она еще никогда не убивала. Смерть дрегов в долине она не воспринимала, как убийство, наверное потому, что не считала их людьми, и не знала, кто они. Но сейчас перед ней был человек, некогда ангел, с которым они жили вместе. Это было настоящим убийством, и она совершила его не колеблясь, без единой мысли, как идеальная машина. Лили не сразу смогла вновь прикоснуться к мечу, но все же пересилила себя и вытащила его. Черные крылья безвольно обвисли по сторонам кресла, голова его опустилась на грудь и волосы рассыпались вокруг темным ореолом. В нем не осталось ничего от ангела, он убивал, обрекал других на страдания ради своей цели и своих амбиций. Меч в руке словно придал ей сил и хладнокровия. Лили не могла допустить, чтобы оружие осталось с предателем. Ей казалось, что само его присутствие оскверняло меч, который принадлежал только славным воинам. Хотя, страшно было думать о том, то теперь он был покрыт и кровью капхов, и падшего ангела. Лили забрала его с собой, застегнув пояс, снятый с Рамуэля. Затем потянулась за книгой, которую искала, и на нее с полки свалилось сразу несколько переплетов, но ни один из них не был тем, который она искала. Значит, книга была в библиотеке. Это была ирония судьбы: не зайди она в покои Абы, возможно, падший остался бы жить.

   Лили бросила прощальный взгляд на Рамуэля, который, казалось, заснул в кресле, и, придерживая меч, пошла прочь.

   Как бы ей хотелось все вернуть вспять. Веселого улыбчивого Танату, грозного и искреннего Рамуэля, счастливого Петру, не познавшего ни изменений, ни разочарования, и Небироса с Саргатанасом. Она вспоминала, как бережно касались ее его лапы, как внимательно он слушал и сопереживал ей, как оберегал ее, каким близким и надежным был другом, готовым пожертвовать собой ради нее. Как бы ей хотелось вернуть его. И Самаэля Грерии. И тот самый глупый эпизод, после которого все пошло наперекосяк. И Ника. Сердце больно защемило, и она вспомнила, как они познакомились, в ее собственном мире у моря. Она не хотела и не могла верить, что потеряла и его. Во сне она говорила с ним совсем недавно, и ей казалось, что все это было на самом деле, он жив. Она отдаст последнюю дань Небиросу и отправится в проклятые горы, где бы они ни находились, и разрушит кокон, чего бы ей это ни стоило. Если ничего другого не останется, лучше уж сгореть в сиянии света, но только не блуждать по миру в одиночестве, без него.

Глава 56

   Лили скользнула в полумрак библиотеки, теперь уже осторожно, озираясь и держа руку на мече. В помещении царила тишина, и только один голос негромко бубнил в стороне. Лили удивилась, и, если бы не ее затея, возможно, предпочла бы покинуть библиотеку, но она была уже так близко к цели, что не хотела отступать. Аккуратно выглянув из-за полок, она всмотрелась в фигуру, застывшую у стены, и спустя несколько долгих секунд облегченно вздохнула и сделала шаг вперед.

   - Он говорил о времени, как о своей собственности, но разве это не песок, сыпящийся у нас между пальцев. И что есть человек в сравнении с вечностью?

   - Здравствуй, Марк, - тихо произнесла она, приветствуя его.

   Он поднял голову и всмотрелся в нее, но, похоже, так и не узнал.

   - Мы знакомы?- спросил он.

   - Да, мы встречались как-то, - ответила Лили, а сама глядела в его лицо в надежде увидеть там осознание происходящего, но Марк был все в том же странном отрешенном состоянии, в котором она находила его во время визитов к Абе. И сейчас, когда все души были свободны, она была уверена, что и его сферы больше не существовало, но он, как ни в чем не бывало, продолжал стоять в библиотеке у полок и рыться в книгах. - Марк, вы понимаете, что случилось? - произнесла она, и он поднял голову. - Вы свободны! Вы можете уйти отсюда.

   - Благодарю, но я пока занят здесь. - Он углубился в чтение одной из книг, шевеля губами.

   Похоже, он был абсолютно безумен, и, в отличие от Софии, разбитая сфера не дала ему ничего, лишь закрепив его состояние, лишив надежды навеки. Лили с отчаянием смотрела, как он переворачивает страницы, не обращая на нее ровно никакого внимания, и только теперь задумалась, сколько же тысяч человек еще необратимо пострадали от того, что случилось. А сколько по-настоящему плохих людей оказалось на свободе, и что они сделают с подобными безумцами, когда столкнутся с ними здесь нос к носу - конечно же уничтожат, не раздумывая, а не станут раскланиваться перед ними и церемониться. Следом пойдет библиотека и все ее книги, затем комнаты и все ценное, что в них хранилось на протяжении бесконечно долгого времени.

   Но об этом уже было слишком поздно рассуждать. Обойдя Марка, Лили пробежалась глазами по полкам, и на одной из них заметила то, что искала. Она протянула руку и достала книгу.

   - Вы тоже интересуетесь временем? - спросил Марк.

   - Нет, - виновато улыбнулась Лили, не зная, что ему сказать, - это книга по умершему языку.

   Марк только покачал головой, но Лили, извинившись, покинула комнату, прижимая книгу к груди. Теперь, после встречи с Марком, ей казалось, что она больше не вынесет: здесь можно было хоронить всех, пока еще живых и мертвых, потому что это был настоящий конец всему.

   Петра ждал ее внизу, там, где они и договаривались. Коридоры на этом уровне были совсем разрушены, и старые камни то тут, то там валялись, выпав из стен. Петра смущенно топтался у завернутого тела. Лили вопросительно посмотрела на него, и он неловко улыбнулся.

   - Лили, я переживаю насчет Сильвии.

   - Да, конечно, - спохватилась она, - иди.

   - С тобой точно все будет в порядке? - спросил он, но Лили видела, как он мается от нетерпения.

   - Да, иди, - махнула она ему. Уже сделав шаг в сторону, он остановился и всмотерлся в оружие у нее на поясе.