Фрэнсис Вилсон - Кровавый омут

— Однако ты пыталась убить меня, похоронить... как Чарли.

Джиа сдержала рыдание. Боже мой, бедный Чарли...

— Да. А теперь понимаю: если ты умрешь здесь вместе с ребенком, он при тебе останется. Я его не получу.

— Ребенок пока еще просто комочек клеток...

— Он будет мой! У меня хоть что-нибудь будет. А сейчас ничего нет! — Тара приблизилась и жалобно заныла: — Отдай, милая. У тебя другой будет. Я всего на секунду проникну в тебя. Ничего не почувствуешь Потом можешь идти.

Метнулась детская рука, Джиа взмахнула крестом, Тара отшатнулась.

— Нечестно! — завопила она. — У тебя будет сколько угодно детей, а ты одного мне не хочешь отдать! Ненавижу тебя! — Она отступила, настроение переменилось, словно щелкнул выключатель. — Ладно. Опусти крест. Хорошо. Я знаю, как его забрать.

Она исчезла и вновь появилась в десятке футов. Джиа стояла, напрягшись, готовая ко всему, держа перед собой крест в ожидании очередной выходки. Слева что-то шевельнулось. Холодная вялая рука Чарли, торчавшая из земли, дрогнула, пальцы скрючились, вытянулись, поползли...

16

Лайл вздрогнул, слыша в смежной комнате как бы рычание разъяренного зверя, стук перевернутого обеденного стола, разглядев Джека, борющегося с гигантом, который размахивал кочергой. Посмотрел на дубинку у себя в руке. Можно помочь. Черт возьми, обязательно надо помочь.

Он поспешил на выручку, Илай выставил ногу, подцепил его за лодыжку. Лайл споткнулся, не успел обрести равновесие, получив пинок в ногу, упал, чувствуя резкую боль в спине. Снова удар... Что такое? Он оглянулся.

Беллито стоял над ним с перекошенным от злобы лицом, приглушенно бормоча сквозь липкую ленту ругательства, со свистом дыша ноздрями.

Опять занес ногу, на этот раз целясь в живот — Лайл, постанывая от боли, перекатился на бок. Точно слышал, как ребро хрустнуло.

Следующий пинок метко угодил в голову. Все вокруг завертелось...

— Ты! — проскрипел Минкин сквозь оскаленные стиснутые зубы. — Даже не представляешь, как я молился, чтоб настал этот миг!

Джек был крепко прижат к полу. В лопатку вонзался осколок разбитой тарелки, Минкин сидел на нем верхом, схватив гигантскими руками за горло, впившись пальцами в гортань.

Кретин! Позволил себе отвлечься на факс... Внезапность атаки плюс отсутствие тренировки за последний месяц поставили Джека в невыгодное положение. Удалось выбить у Минкина кочергу, но в последовавшей рукопашной здоровяк в полной мере воспользовался превосходством в размерах.

Будем надеяться, шейные мышцы выдержат. Пока держатся, однако Минкина не пересилить. Джек брыкался, вертелся, но верзила слишком тяжел. «Глока» не видно, до запасного оружия в кармане и на щиколотке не дотянешься.

Из другой комнаты слабо слышались удары, крики, возня... Лайл?

Голова пухла, грозя взорваться. Воздуху не хватает. В отличие от Минкина. У гада его хоть залейся.

— Вот он... ворюга, ударивший в темноте в спину... ткнувший ножом Илая, оглушивший меня до беспамятства... крутой малый, желающий завладеть Кругом! — Минкин ухмыльнулся. — Не такой ты крутой. По правде сказать, просто вонючий кусок дерьма!

Джек попытался ослабить хватку на горле, не находя точки опоры. Ткнул было в глаза большими пальцами с длинными ногтями для подобных случаев — не достал.

— Не выйдет, малыш, — засмеялся Минкин.

Необходима помощь. Где там Лайл, черт возьми?

Стряхнув с себя боль, тошноту, Лайл сделал единственно возможное — откатился.

Беллито шагнул следом. Руки по-прежнему связаны за спиной, но они ему и не требовались. Ног вполне достаточно, один яростный пинок следует за другим. Лайл пробовал отбиваться дубинкой, да сил не хватало.

В отчаянии он сам махнул ногой, попав в лодыжку. Илай замедлил шаг. Пользуясь маленькой победой, он снова пнул, на этот раз сильней, в голень.

Илай попятился, Лайл поднялся на четвереньки — господи Иисусе, все болит, — прыгнул, схватил его за щиколотки и рванул.

Не имея возможности сохранить равновесие со связанными руками, Илай крепко грохнулся на пол. Лайл вскочил, наклонился с дубинкой в руках, ни секунды не медля. Как только Беллито поднял голову, нанес удар. Голова упала.

Он постоял над мужчиной, почти потерявшим сознание, посмотрел на дубинку в руке. Даже не знал, что может оглушить человека. Без всяких проблем. Впрочем, в точном смысле Беллито и не назовешь человеком.

Из другой комнаты слышался издевательский голос. Чей-то чужой, не Джека. Взвешивая в руке дубинку, Лайл направился к столовой.

— Посмотрел бы ты на себя, — хмыкнул Минкин. — Рожа очень милого синего цвета.

Джек оставил попытки вцепиться ему в лицо или сбросить с себя. Шейные мышцы сдавались, в глазах замелькали темные пятна, расширились...

Он шарил руками по сторонам, отыскивая хоть какое-нибудь орудие.

— Кстати, не один отправишься в Великое Никуда. Я слышал, ты знаком с некой Ди Лауро и с ее маленькой дочкой. Знаешь даже имя агнца. Какое совпадение... просто прелесть. Илай никогда не позволяет мне позабавиться с агнцем до жертвоприношения, но на сей раз я сделаю исключение. О да, всласть наиграюсь с твоей подружкой Вики, прежде чем принести ее в жертву.

Сил вдруг прибыло. Пальцы правой руки чего-то коснулись. Рукоятка? Нож? Пожалуйста, пусть будет нож, хоть для масла. Нет. Вилка. Ну ладно... сгодится.

Свет меркнет. Джек слабо поднял левую руку, стараясь царапнуть гиганта в лицо. Даже близко не попал.

— Ничего больше не получается? — рассмеялся тот и наклонился ближе, подставляя щеку. — Эх, котенок! Ну, давай почеши, сделай мне одолжение.

Правая рука взлетела, зубья вилки вонзились в левый глаз.

— А-а-а!..

Хватка разом ослабла, снова можно дышать. В глазах прояснилось, Джек задыхался, глотая воздух. Минкин по-прежнему сидел на нем верхом, воя от боли и потрясения, огромные руки порхали, как бабочки, вокруг торчавшей в глазу вилки, боясь к ней прикоснуться, боясь оставить на месте.

Джек приподнялся, ударил ладонью по ручке, вогнав вилку до кости глазницы.

Минкин с воплем повалился на спину, вертясь и брыкаясь.

— О боже, — кричал он, — господи, господи, господи...

Джек с трудом поднялся на ноги и поплелся к гостиной, по-прежнему чувствуя пальцы на шее. В голове билась адская боль.

— Иди... — едва слыша себя самого, прохрипел он Лайлу, — наверх, найди какой-нибудь коврик. Не найдешь — возьми скатерть или простыню. Шевелись. Мы и так слишком много времени потеряли.

Лайл побежал вверх по лестнице, Джек нашел свой пистолет, потащился в гостиную. По боку что-то текло — кровь от ножевого удара просочилась сквозь рубашку. Впрочем, не больно. Вся боль сосредоточена в шее.