Знаки и знамения - Мара Вульф

лежала неподвижно, надеясь, что кошмар закончится. Рядом послышались слова:

– Прости. Ты бы сделала то же самое ради Кирилла. Заплатила бы любую цену, чтобы его спасти.

Это не ликан и не сон.

Мраморный постамент, на котором я лежала в одной тонкой ночной рубашке, был ледяным. Я дернула кандалы, сковывающие запястья и щиколотки, однако они практически не оставляли возможности пошевелиться. Яд стригоев парализовал тело и силы. В умеренном количестве он оказывал целебный эффект, вот только Алексей не соблюдал меру. А сок, который дал мне Кирилл, еще больше притуплял восприятие. Тем не менее я прекрасно помнила, что случилось.

Алексей пришел ко мне в комнату и укусил меня. Он накачал меня ядом и принес сюда. Но с какой целью?

Я попробовала повернуть голову. Краем глаза увидела сияющую луну в третьей четверти. Почувствовала запах леса, весеннего дождя, жженого сандалового дерева и сирени. С трудом повернув голову в другую сторону, я заметила развалины колонн. Уши уловили волчий вой, и у меня кровь застыла в жилах, как только я поняла, что это за место. Я лежала на том же мраморном постаменте, где пытали и убили Софию. Дыхание учащалось все сильнее. Образы ее изуродованного тела буквально обрушились на меня. Я сглотнула кислую слюну. Теперь Алексей сделает со мной то же самое. Разрежет меня и попытается похитить магию. Магию, о которой я не просила, которую даже не хотела. На глаза навернулись слезы.

– Алексей, – тихо позвала я.

Известно ли об этом Николаю? Они вместе придумали этот план? Перед моим внутренним взором возникло выражение его лица, после того как он понял, кто я на самом деле. Он ненавидел моего деда, рассказал Алексею про семиконечную звезду и попросил меня ни с кем об этом не разговаривать. Опасался, что его кто-нибудь опередит? Думал, что с помощью моей магии сможет спасти Селию, себя самого или свой народ? Селеста украла магию стригоев. Наверняка он решил, что будет правильно и справедливо теперь ей отомстить. Прабабка не сможет использовать оружие, если он ее опередит.

Позади меня раздались шаги, и я вздрогнула.

– Алексей. Пожалуйста, – взмолилась я. Плевать, услышат ли они мой страх. Зачем я только ему доверилась? – Николай? Прошу. Не причиняйте мне вреда. – Неважно, будут ли они презирать меня за эти мольбы. – Можете забрать мою магию. Она мне не нужна.

Ответа не последовало. Шаги сопровождались шорохом, как будто по каменному полу волочились длинные мантии. Возле меня появилась фигура, облаченная в красный плащ. Лицо скрывалось под капюшоном. Появилась вторая фигура. Никто из них не произнес ни слова.

– Можете ее забрать, – в панике повторила я. – Не надо из-за этого делать мне больно. Я сама отдам вам свою магию. – Хоть и не представляла, как это устроить. Но мне не ответили.

Чья-то рука ухватилась за ткань у меня на спине и одним движением разорвала ее надвое. По коже скользнули холодные когтистые пальцы.

– Ааа, – послышался сиплый голос. За которым последовал глухой смех. – Вот и она. Замечательно.

Стоило мне услышать этот голос, как паника испарилась, уступив место другим эмоциям. Отвращению и презрению.

– Раду? – прохрипела я. – Дедушка.

Верховный жрец виккан откинул капюшон. Щеки ввалились еще сильнее, глаза глубоко запали. В них отражалась ненависть.

– Я запретил тебе так меня называть. Вы лишились этого права, после того как ваша мать спуталась с ведьмаком и сбежала. – Мне в лицо полетели капли слюны.

– Отпусти меня. – Я потянула кандалы. Куда делась моя магия, когда я в ней нуждалась? Ее парализовал яд Алексея? Надо было уходить, пока еще оставалось время.

Одной рукой Раду снова прижал мою голову к мраморному столу.

– Не двигайся, – приказал он. – Тогда будет не так больно. Начинай уже, – велел он фигуре с другой стороны.

Я повернула голову к ней.

– Пожалуйста, Алексей. Не делай этого. Кирилл тебя не простит, а Селию это не спасет.

Обоюдоострый черный кинжал сверкнул в лунном свете и вонзился в меня с тошнотворным звуком.

– Ego samtem noctalis verdu habitatem extare volaris, – затянул голос, принадлежавший не Алексею.

Его хозяйке не нужно было снимать капюшон, чтобы я ее узнала. Мелинда. Директриса Караймана. Моя двоюродная прабабушка. Клинок оказался настолько острым, что сперва я не почувствовала порезы, пока лезвие не погрузилось глубже под кожу. А потом закричала. К крику присоединились волки, заглушая мои вопли. Мелинда невозмутимо очерчивала ножом линии метки у меня на спине, при этом беспрестанно бормоча заклинания. Крик перешел в стоны, когда легкие обожгло огнем. Никто меня не услышит и не спасет. Боль продолжала распространяться по телу. Алексей передал меня Мелинде и моему деду. Они убьют меня, чтобы заполучить мою магию. Мелинда тоже тяжело задышала, как будто занималась тяжелым физическим трудом. Я пыталась сосредоточиться, но перед глазами плясали лишь алые полосы.

– Время пришло, – прошептал Раду. – Я столько лет ждал этого момента. Думаешь, нам нужна твоя магия, дитя?

Когда он отошел от мраморного блока, сквозь пелену слез я увидела, как он принялся рисовать магический тройной круг. Мера предосторожности, если у них не получится канализировать мою силу. Мелинда что-то пробормотала, и вспыхнул огонь.

Я старалась не терять сознание, но уже чувствовала, как душа пытается оторваться от тела. Теплая кровь стекала со спины по бокам и капала на лесную почву.

Зазвонил колокол Караймана. Все впустую. Никто не придет, и наследница погибнет сегодня ночью.

– Твоя жертва не будет напрасной, – услышала я слова Раду. – Мы освободим Ардял. Селеста умрет и поплатится за все свои грехи. Я спасу эти земли. На веки вечные.

– Ты умрешь, – процедила я.

Меня пронзила боль, когда Мелинда отложила кинжал и осыпала мою спину металлической стружкой. Я всхлипнула, потому что знала, что за этим последует. Еще раз дернула кандалы, которые лишь глубже врезались в кожу. Магические оковы разорвать так и не удалось.

– Мы освободим тебя от проклятия, – склонилась надо мной Мелинда. – Ты сможешь отправиться в страну вечного лета и встретиться там со своими родителями. Если бы существовал другой способ, – добавила она, – я бы оставила тебя в живых. Я любила Милоша как собственного внука. Вот почему они с твоей матерью искали убежище здесь, в лесу. Только я знала, куда он сбежал. Поддерживала его. Но он не желал распоряжаться своим наследием. И отказался служить своему народу.

На кончиках ее пальцев вспыхнуло пламя.

– В ту страшную ночь Никита и Николай нанесли мне визит в Карайман. Мы услышали вой ликанов, и они оба поспешили на помощь твоей семье. – Она расхохоталась, и смех