Фрэнсис Вилсон - Перекрестья

Джек прикинул, сколько часов он мог бы держать его в таком состоянии, сколько раз он мог бы...

— Алло-о-о? — произнес Кордова. — Вы меня слышите?

Джек потряс головой. Он сомневался, что может заговорить в данный момент.

— Я спросил — в какое время Брейди обычно отправляется в эти горы?

Джек посмотрел на двери гаража. Уже минуло восемь, но Брейди не показывался. Джек помнил, как

Джейми говорила ему о поездках Брейди воскресными вечерами, но вот упоминала ли она время? Вроде нет. Придется соображать на месте.

— В самое разное. Но всегда после наступления темноты.

— Ну, уже стемнело, так что вот-вот наступит ночь. А я терпеть не могу болтаться без толку. И. говоря откровенно, Лу, вы не очень-то разговорчивы.

— У меня будет что сказать, как только Брейди окажется у меня в руках... и там, где я хочу, — буркнул Джек. — Деньги вы от меня получили. А светской болтовни от меня не ждите.

Он заметил, что Кордова искоса бросил на него быстрый взгляд, и напомнил себе, что не должен выходить из роли.

— О, простите, мистер Кордова. — Он вздохнул. — Обычно я болтаю без умолку. Заверяю вас, порой просто не могу заткнуться. Но сегодня я не в своей тарелке. И это понятно. Сегодня мне наконец удастся добраться до него. — Он повернулся и мягко положил руку на мясистое плечо толстяка. — Вы даже не имеете представления, как сильно я хочу его.

Кордова стряхнул его руку:

— Полегче с прикосновениями. Я не по этой части.

Джек торопливо убрал руку:

— Прошу прощения.

Кордова натужно засмеялся:

— Эй, да расслабьтесь вы. Если есть за чем охотиться, я это раздобуду.

Джек надеялся, они что-то раздобудут — и чем больше, тем лучше. Он подготовил три сценария развития событий. Скорее всего, должен был сработать план А, и раскопай они какую-нибудь грязь, то уж раскрутили бы скандал. Если нет — то есть если Брейди не даст повода к шантажу, — Джек перейдет к плану Б. План В был самым простым и наименее желательным: если сегодня вечером Брейди не показывается, то Джек и Кордова возвращаются в следующее воскресенье.

От мысли, что он позволит Ричи Кордове потреблять воздух еще неделю, его затошнило. А провести рядом с ним в этой машине еще один вечер... нет, это уже чересчур.

— Эй, — сказал Кордова, показывая через улицу, где из гаража выезжал черный «мерседес». — А не наш ли этот мальчик?

Джек прищурился, разглядывая номер машины:

— Да! Это он! Поехали! Поехали!

— Спокойнее, — певуче, словно разговаривая с ребенком, произнес Кордова. — Профессионал не кидается с места в карьер. Подождем несколько секунд, чтобы за ним пристроилась другая машина, и лишь потом тронемся.

Джек заломил руки:

— Но мы его потеряем!

— Ни в коем случае. Я гарантирую.

13

Джек не мог не признать, что Кордова отлично вел слежку, хотя, по его мнению, мог воспользоваться и другим выездом на трассу. По крайней мере, он надеялся, что Кордова дело знает. Бласко рассказывал, что Брейди обитает недалеко от него, и Джек сообщил Кордове, что дважды следовал за Брейди до этого выезда, где и терял его. Это позволило Кордове проскочить мимо Брейди и ждать его у спуска с автострады. И если бы Брейди посмотрел, что у него делается за кормой, то никого бы не заметил.

Джек пережил несколько неприятных моментов, когда, сидя в салоне и чувствуя, как «беретта» давит ему на спину, прикидывал, правильную ли дорогу выбрал. Но тут по пандусу спустился черный «мерседес» Брейди и остановился на свету.

Затем путешествие продлилось по той же самой извилистой дороге, по которой Джек и Джейми ехали всего три ночи назад. Всего семьдесят два часа назад? Можно ли этому поверить?

Брейди пролетел мимо съезда к былой хижине Бласко, даже не снижая скорости. Двумя милями дальше он повернул на грунтовую дорогу и поехал вверх. Кордова держался от него на расстоянии мили-другой, а затем развернулся, потушил огни и сдал назад.

Загнав джип глубоко в кустарник примерно в ста ярдах от маленькой колеи, он повернулся к Джеку:

— Сидите тихо, а я посмотрю, что там делается наверху.

Джек решительно открыл свою дверцу.

— Ни в коем случае. Я иду с вами.

— Лу, вы что, с ума сошли? У вас совершенно нет опыта...

— Я иду.

Вытаскивая камеры и объективы с заднего сиденья, Кордова только выругался сквозь зубы. Пока они сквозь кустарник пробирались к вершине холма, он продолжал бурчать. Джек не мог отделаться от острого ощущения, будто все это уже было: точно такое же путешествие они с Джейми совершали в четверг вечером в нескольких милях отсюда.

Повернувшись, Кордова сказал:

— Эй, чуть не забыл: если у вас при себе сотовый, выключите эту проклятую штуку.

— Уже сделал.

Джек прикинул, не установлены ли по периметру средства слежения, но решил особенно не беспокоиться. Если Брейди занимается тут какими-то темными делами, он не будет привлекать внимание компании, устанавливающей аварийную сигнализацию, к этому месту и особенно к дорменталистскому храму.

— Вот и хижина, — сказал Кордова, показывая на свет, мерцающий между стволами. — Пора сбросить скорость и вообще не производить никакого шума.

Вскоре они оказались на краю прогалины. Дом, сложенный из настоящих бревен, насколько Джек мог судить, стоял в самом центре поляны. В окнах горел свет. Вдоль всего фасада тянулась дощатая веранда.

Кордова жестом принудил Джека к молчанию и, пригнувшись, выбрался на поляну. Джек последовал за ним. Заметив его, Кордова замахал руками, требуя, чтобы он вернулся, но тот держался у него за спиной. Толстяк раздраженно передернул плечами, но на Джека это не произвело впечатления. Он не собирался ждать, пока Кордова отщелкает пленку, и лишь потом посмотреть, чем занят Брейди.

Когда они приблизились к боковому окну, Джек уловил звуки музыки. Все двери и окна были закрыты, так что громкость была на максимуме. Что-то классическое. Джек не мог разобрать, что именно, но даже и не пытался. Кроме нескольких вещей Чайковского, он считал большинство классики просто неприемлемой.

Оказавшись вплотную к боковому окну, они заглянули внутрь. Обстановка была такая же, как у Бласко. Джек мог бы поклясться, что хижины строились по одному образцу. Разница заключалась в наличии полудюжины высоких зеркал на стенах большой комнаты.

— Должно быть, любит разглядывать себя, — сказал Кордова.

И тут появился сам хозяин, закутанный в белый махровый халат. Подойдя к стойке на кухне, он налил себе «Гленливет» со льдом.

Черт возьми, подумал Джек. Это совсем не то, на что он рассчитывал.

Он не мог не согласиться с ехидным тоном Кордовы.

— Ну да, — шепнул тот, хотя, учитывая громкость музыки, можно было и кричать, — эти снимки в самом деле повредят ему.