Светлана Крушина - Пока смерть не заберет меня

— Ах, сладенький, наконец-то ты пришел, — с медовой улыбкой обратилась ко мне Хэтери. Ее сопровождающие смотрели на меня с каменным выражением лиц. Я молча сел за их столик и попросил подошедшего официанта принести какого-нибудь сока.

— Я уж заждалась, — продолжала улыбаться Хэтери, демонстрируя жемчужно поблескивающие зубки (никаких клыков!). — Какой же ты хорошенький! Так бы и смотрела на тебя днем и ночью… Ах, сладенький, я так рада, что ты отделался наконец от этого гадкого Алана. Теперь-то он больше не будет нам мешать!

Не зная, что ответить на это нарочитое сюсюканье, я все молчал и смотрел на нее.

— И Кристо обещал, что не будет вмешиваться в наши дела. Как хорошо, правда?

— Не припоминаю, чтобы у нас с вами были какие-то общие дела, — сказал я, глядя прямо в апрельскую лазурь ее невозможных глаз.

Она захлопала ресницами, улыбаясь еще соблазнительнее.

— О, пожалуйста, без официоза! Зачем эти формальности? Я хочу, чтобы мы были друзьями.

— Ну, а я не хочу.

— Зачем же ты тогда пришел?

— Чтобы вы оставили в покое Кристиана.

Ее улыбка стала чуть насмешливой.

— О! не много ли на себя берешь, сладенький? Кристо и сам может за себя постоять, и уж наверное не нуждается в защите такого дитятки, как ты.

— Ну а вам-то что нужно от такого дитятки? — серьезно спросил я. — Впрочем, погодите, я попробую угадать. Хотите предложить покровительство ничейному вампиренышу?

— Вампиренышу! — Хэтери от души расхохоталась. — Нет, ну какая же он прелесть, не правда ли? — обратилась она к своим спутникам. Те немедленно изобразили одинаковые улыбки, отчего их лица стали еще более неживыми, напомнив мне нечеловеческую физиономию Эрика. — Ты прав, сладенький. Обещаю, тебе со мной будет хорошо. Я не такая, как этот грубиян Алан, и умею ценить красоту. Я тебя не обижу.

— Спасибо за предложение. Но я не хочу становиться вашей персональной шлюхой.

Улыбка застыла на полных ярких губах Хэтери.

— Зачем так грубо?

— Не знаю, как ответить вежливо на подобное предложение, — пожал я плечами.

— Ты всегда так хамишь женщинам?

— Только некоторым…

Хэтери вовсе перестала улыбаться. Ее длинные алые ногти выбили короткую нервную дробь на лакированной столешнице.

— Ты пытаешься меня оскорбить?

— А вы — не оскорбляете меня?

— Многие сочли бы за честь, если бы я пришла бы к ним с таким предложением!

— Ну так и идите к ним, — сказал я и встал. — А меня это не интересует.

— Щенок!

— Вот это нравится мне больше, чем "сладенький", — заметил я.

— Не хочешь по-хорошему, так я могу и силой заставить, — с угрозой проговорила Хэтери. — И тогда на доброе отношение не рассчитывай! Будешь еще жалеть, что сбежал от Алана.

Нужно было уходить, но я отчего-то медлил.

— Хотите действовать силой — давайте, пробуйте. Только, честное слово, не пойму, на кой черт я вам всем сдался? Боитесь конкуренции? Но я не собираюсь затевать против вас никаких интриг. Ваша власть мне даром не нужна!

— Сказать-то можно что угодно.

— Вы что, серьезно, меня боитесь? — удивился я.

Хэтери снисходительно улыбнулась.

— Я — нет. Другие — может быть.

— То есть, вам я интересен только как игрушка?

— Ты стал бы моей любимой игрушкой — если бы согласился по доброй воле. В ином случае, станешь рабом.

Как я и думал, все сводилось к чистой похоти. Интересно, эта женщина могла вообще думать о чем-нибудь, кроме постели? Спросить, что ли… Нет, не стоит, пожалуй.

— Так каков будет твой ответ?

— Разумеется, «нет».

— Как бы тебе не пожалеть об этом, мальчик…

Я только плечами пожал.

На улице, не успел я пройти и двух десятков шагов, меня остановили. Двое мужчин, бывшие в кафе вместе с Хэтери, догнали меня и схватили за локти — один справа, другой слева. Оба были много выше и сильнее меня физически, и вырваться мне не удалось, как я ни пытался. Впрочем, они хоть и держали крепко и действовали решительно, но чувствовалась в них некоторая… почтительность, что ли. Они очень старались не причинить мне боли.

Будь я носферату хотя бы с полувековым стажем, вероятно, я сумел бы от них избавиться. Но они и сами были не слабаки — еще бы, кого попало Хэтери не повезла бы с собой на чужую территорию. Они увлекли меня на боковую улицу, где было меньше людей, а затем мы оказались в узком переулке, скорее даже это была щель между двумя соседними домами — подобные места встречаются даже в самом современном городе. Однако же, это место мне было незнакомо. И мне оно очень не понравилось. Очень уж оно напоминало подворотню, где Алан устроил мне «проверку».

Я не совсем понимал, что эти плечистые парни собираются делать. Хотят меня отколотить? Это самое глупое, что могла придумать Хэтери. Да и слишком аккуратно они со мной обращались, как будто со стеклянной статуэткой. Но вопросов я не задавал — это было бесполезно, да и унижаться не хотелось. Я сопротивлялся яростно, но молча. Сохраняя невозмутимые выражения лиц, подручные Хэтери прижали меня к стене и удерживали в таком положении, пока не появилась сама хозяйка. Она выплыла из-за угла подиумной походкой, высоко неся облитую золотом волос голову. Она больше не улыбалась.

— Это и есть та сила, который вы грозили? — спросил я. — Физическое насилие? Что-то слишком грубо и примитивно.

Хэтери подошла ко мне вплотную и пребольно ухватила двумя пальцами за подбородок. Я дернул головой, и тут же ощутил, как в кожу впиваются острые ногти.

— Терпеть не могу, когда мне отвечают отказом, тем более такие мальчишки! — прошипела Хэтери и, отпустив подбородок, обхватила двумя руками мою голову и прижалась своим лбом к моему лбу. Наши глаза оказались совсем близко, и я почувствовал яростное давление ее воли.

Мир вокруг нас исчез.

Глава 4

All we know is that our feet are cold

and that our sticky hands are wet -

and that we're here to bring you tidings

straight from the CHOIR OF THE DEAD.

Sopor Aeternus "We Have A Dog to Exercise"

-

Все мы знаем, что у нас холодные ноги,

И что наши руки — липкие и влажные,

И вот мы здесь, чтобы порадовать тебя новостями

Из первых рук от ХОРА МЕРТВЕЦОВ

С трудом припоминаю, как добрался до дома. Я был как в бреду или же как пьяный; все качалось и плыло перед глазами. Болела голова, а внутри, примерно в районе солнечного сплетения, крутился и огнем жег мои внутренности сгусток едкой слизи. Черт его знает, что это такое было. Можно было бы понять, если бы я глотнул крови Хэтери, и кровь эта оказалась ядовитой — чему я вовсе не удивился бы, — но я даже губ не смочил. Хотя возможность такая предоставлялась, и даже более…