Роберт Стайн - Ещё, ещё, и ещё ужастики

Джек Фрост щелкнул пальцами… и снеговик подмигнул!

— Ахххх! Кррррррррасота! — произнес снеговик рокочущим низким голосом. Он поднял и опустил руки, а потом повернулся ко мне.

— Айда на пруд! — пророкотал он. Он вразвалочку поднялся на холм. Я поспешил за ним.

По другую сторону холма сверкал льдом чудеснейший пруд. На берегу ждала пара коньков. Они пришлись мне точно впору. Я встал на коньки и заскользил по замерзшей воде.

Снеговик катил рядом. Мы катались все быстрее и быстрее. Я чувствовал, как морозный ветер кусает лицо, и это было здорово! Я вернулся в зиму!

Мы со снеговиком подкатили к противоположной стороне пруда. Мы принялись лепить снежки и кидаться ими в Джека. Снежки летели все быстрее и быстрее.

Через некоторое время мои зубы начали выбивать дробь.

— Д-д-д-думаю, нам пора остановиться! — выдавил я.

Снеговик и Джек Фрост пропали в снежной пурге.

Я открыл глаза. И поднял голову с подушки. Все оказалось сном. Я взглянул на свое новое елочное украшение. Джек Фрост усмехался мне из своего маленького домика.

Весь день я не мог выбросить сон из головы. Он казался таким реальным!

Воспоминания о катании по ледяному пруду заставили меня задрожать. Я никак не мог согреться. Я снял шорты и натянул джинсы и свитер.

После завтрака пришел Тим, мой сосед и приятель.

— Пошли, Джэред, — сказал он. — На великах погоняем.

— Неохота, — ответил я. — Там жуткая холодрыга. Посижу-ка я дома.

Я прижимался к окну, пытаясь согреться на солнышке. Но и его золотые лучи казались холодными, холодными, словно лед.

Тем вечером мне было так холодно, что я отправился спать пораньше. Пытаясь согреться, я укрылся сразу несколькими одеялами.

Как только мои глаза сомкнулись, меня приветствовал Джек Фрост.

— Добро пожаловать назад, в настоящую зиму! — провозгласил он. Я охнул, увидев, что вместо ногтей на его пальцах красуются острые голубые сосульки. — Айда кататься на санях!

Я вслед за Джеком поднялся на длинный и скользкий холм. Ветер бушевал еще неистовее, чем в первом сне. Я дрожал. На вершине холма нас ждали ярко-красные сани. Я залез на них и сел позади Джека Фроста. Меня так трясло, что я едва мог за него держаться.

— Поехали! — крикнул эльф.

Сани понеслись с холма. Все быстрее и быстрее мчались они, и холодный ветер бил мне в лицо. Я чувствовал, как замерзают щеки. Сани выписывали зигзаги по крутому склону.

Я держался изо всех сил. Я посмотрел вперед. Сани устремились к обрыву.

Мое сердце заколотилось.

— Стой! — завопил я. — Стой!!!

Я проснулся. Солнце уже стояло в зените, посылая лучи в окно. Но мое лицо было холодным и влажным, а зубы стучали.

Я взглянул на домик Джека Фроста.

Я почувствовал, как по спине ползет холодок. От одного взгляда на украшение мне стало еще холоднее.

Я открыл шкаф и принялся рыться в нем, ища одежду из прежнего дома. Я надел под джинсы кальсоны, потом рубашку с длинными рукавами, потом свитер, потом фуфайку. И все равно мне было так холодно, что я еле шевелил пальцами.

Я снял украшение. Я больше не хотел держать его в своей спальне. Я отнес его вниз и повесил на елку в гостиной.

— Какая прелесть! — воскликнула мама.

— Это Джек Фрост, — ответил я.

Мама прищурилась.

— Кстати, о Джеке Фросте: зачем ты закутался во все эти одежки?

— Я страшно мерзну! — отвечал я.

— Мерзнешь? — переспросила она. — Как ты можешь мерзнуть? На улице плюс двадцать! — она прижала ладонь к моему лбу. — Вроде, не лихорадит, — сказала она. — Но ты лучше посиди дома, на всякий случай.

Я провел весь день у себя в комнате — смотрел телевизор, пил горячий бульон и кутался в одеяла.

Я решил, что мама была права. Я, должно быть, заболел. Вот почему мне так холодно. Все что мне нужно, чтобы поправиться — хороший, крепкий, долгий сон.

— Пошли, Джэред, снежных ангелов делать! — приветствовал меня Джек Фрост. Я не мог поверить, что вижу еще один сон про зиму!

Я вышел за эльфом в метель. Джек Фрост толкнул меня в глубокий, влажный снег.

— Очерти руками круги, — сказал он. — Сделай ангелу крылья!

Мои руки размашисто задвигались вверх-вниз. А потом я осознал, что тону в снегу. Я посмотрел вверх. Джек Фрост стоял теперь высоко-высоко надо мною. Снежные стены возносились вверх, пока я погружался все глубже и глубже.

Я отчаянно пытался сесть. Но чем больше я возился, тем глубже увязал, тем холоднее мне становилось.

Я в ужасе смотрел, как Джек бросил на меня сверху лопату снега. Снег ударил меня в лицо и залепил глаза. Я оказался погребен заживо! Погребен заживо в снежной могиле!

Когда я проснулся, было утро. В окно лился яркий солнечный свет. Я протянул руку и коснулся оконного стекла. Оно было холодным, словно кусок льда.

Дрожа, как осиновый лист, я облачился во все свои зимние одежки. Потом надел толстую куртку и вязаную шапку, и спустился вниз.

Домик Джека поблескивал на рождественской елке. Я сдернул его с ветки и запихнул в карман. Я поспешил на задний двор. Кактусы изнывали под жарким солнцем. Но я не чувствовал ни малейшего тепла. Я чувствовал только холод, пронизавший все мое тело.

Я вышел на аллею. Я сдвинул крышку с помойного бака и поглубже запихал украшение в месиво из гниющих апельсиновых корок и яичной скорлупы.

— То-то же! — сказал я вслух. — Прощай, Джек Фрост!

Тем вечером мы с родителями засиделись допоздна, разворачивая рождественские подарки. Я так страдал от холода, что не снимал варежек. Я бился в ознобе и думал, смогу ли сегодня уснуть.

Но стоило мне закрыть глаза, как Джек был тут как тут.

— Пошли, Джэред, — позвал эльф. — Айда в снежки!

— Нет! — завопил я. — Не хочу! Оставь меня в покое!

— Ни за что! — вскричал Джек Фрост. Он схватил меня за руку. Кожа на ней немедленно примерзла к его пальцам. Мне пришлось последовать за ним — в холодное снежное поле.

Там, в снежной крепости, меня уже поджидал мой приятель-снеговик.

— Давай, Джаред! — крикнул он. — Снежный бой!

Нет, подумал я. Не буду! Но тут же осознал, что помимо своей воли поднимаюсь в снежную крепость. И началась бесконечная снежная битва.

Спустя некоторое время на меня нахлынула такая сонливость, что я едва мог двигаться.

— Я хочу спать, — сказал я Джеку Фросту.

— Ты можешь выспаться в моем доме, — отвечал Джек.

Он повел меня через снежное поле. Под сенью огромной ели стоял знакомый старинный домик. Я понял, что это тот самый дом-украшение!