Крис Картер - Пустыня цвета крови. Файл №226

— Этот?! Этот — мог. Еще как мог… срань господня! Бомбакс паршивый! Дур-риан вонючий! Поймаю — убью!.

— Не спеши. Без тебя поймают и убьют…

— Типун и тебе на язык!

— Типун, типун. Идем дальше. Зачем шифровать файлы, если они переданы тебе как раз для прочтения? Зачем такие сложности? Чесать левой рукой правое ухо? Этот твой приятель…

— Придурок он, а не мой приятель!

— Не нервничай… Этот твой приятель до конца их даже не прочел. Не говоря уже о том, чтобы их зашифровать. Так?

— Ну так, так!

— Не нервничай… Просто, значит, икс-файлы были закодированы изначально. А он ухитрился понять. Кто он, этот твой приятель? Кроме того, что анархист.

— Хакер…

— Вот ты сам и ответил на свой вопрос. Если он мог пролезть в директорию Министерства обороны, то уж прочесть…

— А что, крупица здравого смысла в твоих словах есть, м-да… Но я-то не хакер! И ты тоже! Взломщиков его уровня, может, вообще раз-два и обчелся!

— Не нервничай… Я, конечно, не хакер, но… шифр, кажется, узнаю. Весьма похоже на код «Навахо». Последовательность созвучий…

И вот это вот — ohrash… Типичный код «На-вахо». Использовался нами во Второй Мировой. Отец рассказывал, что это был единственный шифр, который даже японцы не раскрыли.

— Вот видишь! Даже японцы!

— Не нервничай… Если знать наверняка, что это «Навахо», то…

— Сможешь расшифровать?!

— Я — н-нет. Но несколько людей, способных на это, всегда отыщутся.

— О! Несколько — уже кое-что. Уже много. Найди мне хотя бы одного.

— Не нервничай… Слушай, Молдер, с тобой все в порядке?

— Да. Скалли, да. Я сказал: да, со мной все в порядке. Просто не выспался.

— Плохо спал?

— Не спал.

— И чудненько!

— Что чудненько?! Что не спал?

— Не цепляйся к словам. Что нервничаешь всего лишь из-за того, что не выспался.

— Я! Не! Нервничаю!!!

— Оно и видно, агент Молдер, оно и видно… Ладно, я пойду пока, а ты… Ты помнишь, что тебя Скиннер ищет?

— Ор-ригинально он меня ищет! Где угодно, кроме моего собственного кабинета. Р-ра-ботничек!

— Молдер, прошу тебя, хоть с Железным Винни не порть отношений.

— А с кем еще?

— Постарайся ни с кем.

— Постараюсь, Дэйна, постараюсь.

— Вот хороший мальчик! — и уже на пороге, покидая кабинет: — И… не нервничай.

Впрочем, то уже шутка. И надлежит отреагировать соответственно — схватить со стола органайзер и запустить в партнера: «Уйди, противная!» Шуткой на шутку.

Однако, сказано, в каждой шутке есть доля истины.

Изрядная доля истины… По поводу «не нервничай». Ибо, когда Молдер спохватился через десяток секунд — надо бы отдать Скалли дискету! — и метнулся вдогонку из кабинета в коридор, то нос к носу столкнулся с Железным Винни…

Помощник директора ФБР Уолтер Скин-нер действительно чем-то схож с Винни-Пухом. Косолапый увалень с пуговичками-глазками. Обширная лысина и массивные старомодные очки — и еще больше сходства с диснеевским медведиком. Хотя тот не лыс, а мохнат, и на зрение не жалуется, но это несущественные частности, лишь подчеркивающие общее: господин Скиннер — натуральный Винни.

— Агент Молдер! Как удачно! Весьма кстати! Мне нужно с вами поговорить!

Винни доброжелателен — дальше некуда.

— Полагаете, удачно? Сколько людей, столько мнений! Что ж, говорите.

Агент Молдер, напротив, недоброжелателен — дальше некуда.

— В коридоре? Не лучше ли в вашем кабинете, агент Молдер?

— А что так? У меня нет секретов от товарищей по оружию!

— У меня есть.

— Угу! Большой секрет для маленькой… для маленькой такой компании. Очередная почетная миссия для агента Молдера! Подите, агент, и вываляйтесь по уши в дерьме, а мы вам — благодарность, но морды при этом воротить и носы зажимать — не обессудьте. Да?!

— Агент Молдер, будьте добры блюсти субординацию!

— Есть, сэр! Виноват, сэр! Надрывное шутовство — оно оскорбительней откровенного неподчинения.

— Агент Молдер, прошел слух, что вами получены некие секретные файлы.

— Слух? До меня он еще не дошел. Ничего про это не знаю. Извините, спешу!

— Агент Молдер! — тяжелая лапа Винни легла на плечо. — Я с вами разговариваю!

Не на-адо хватать агента Молдера за плечо, когда он спешит. Руки прочь от агента Молдера. Непонятно?! Тогда — н-на!!! И с разворота, поднырнув и продлевая рычаг, — в челюсть!

Это круто! Начальству — в челюсть! Очки, само собой, — прыг и вдребезги. Увалень Винни, само собой, — брык на пол.

Но Молдеру и того мало — бросок на поверженного, перевод борьбы в партер. Суровой борьбы. Типа «удавлю гада!»

На звук товарищи по оружию — гурьбой из кабинетов в коридор. Что тут у вас? О! Начальство лупцуют! Когда еще увидишь?! Подспудное коллективно-бессознательное — присоединиться бы! Заманчиво, заманчиво. Но чревато… А тогда, если не помочь, то не мешать. Двое дерутся — третий не лезь.

Двое уже не дерутся. Исход схватки предрешен. Мистер Уолтер Скиннер по праву наречен не просто Винни, но Железный Винни. Оправившись от первого шока, довольно споро вывернулся из-под наседавшего Молдера, оказался сверху, зажал шею противника в мертвый захват-замок — чуть посильней, и асфиксия обеспечена

— Агент Молдер! Всё?! — с трудом дается Железному Винни увещевающий тон, с пыхтением и рычанием. — Всё или нет?

Взбрыкивающий Молдер готов на полную и необратимую асфиксию, но согласия на «Всё!» Железный Винни из него ни за что не выдавит. Нет, не выдавит, срань господня!

— Всё… — констатирует Уолтер Скиннер, ослабляя захват и аккуратно ссыпая противника на пол, когда налившиеся бешенством глаза Молдера начинают заволакиваться снулой рыбьей пленкой. — Всё…

Не нервничай, Молдер. Отдышись, попей водички, сосчитай до десяти и… не нервничай.

Штаб-квартира ФБР Вашингтон, округ Колумбия 13 апреля, день

За проступки поднадзорного всегда больше достается надзирающему. И вопрос Скалли «Сэр? Вы хотели меня видеть?» — риторический, из служебного этикета.

Разумеется, помощник директора ФБР хотел ее видеть. И сам директор ФБР хотел ее видеть. И еще парочка угрюмых высоких персон аналогичного пошиба хотела ее видеть. Для чего и вызваны вы, агент Скалли, не куда-нибудь, а в святая святых… Или просторный кабинет директора ФБР в данном контексте уместней назвать чистилищем?

— Сэр? Вы хотели меня видеть?

Против обыкновения Скалли не вперилась характерным птичьим взглядом в лицо Железного Винни. Деликатно уставилась куда-то на уровень скиннеровского галстука. Можно толковать как понурую голову. Хотя элементарно — поедать глазами начальство, у которого перекошена вздувшаяся скула… Зачем дразнить? Боевые отметины украшают мужчин. Однако дьявол кроется в деталях. Фотогеничный шрам у виска и припудренный фингал на скуле — почувствуйте разницу. Точно так же, как осколок, застрявший в плече, или осколок, угодивший в задницу. Оно конечно, разорвавшаяся граната не целит в строго конкретные части тела, но так уж устроена люде— кая психология: рана в плече — героическая, . рана в заднице — достойна осмеяния. Шрам у виска — ты мужчина, фингал под глазом или на скуле — ты мужчинка.