Андрей Прусаков - Печать ворона

— Привет, Ваня. Гуляю.

— А-а… с тобой можно погулять? — спросил Иван. Вопрос прозвучал довольно глупо, Иван понял это и покраснел. Наташа улыбнулась:

— Конечно, можно. Куда пойдем?

— Не знаю, — растерялся Иван. Он посмотрел на афишу. — Может, в кино сходим? Только денег у меня с собой нет. Домой надо зайти.

— А ты где живешь?

— Да вот здесь, рядом, за углом!

— Тогда пошли! — запросто сказала Наташка.

Иван был несказанно рад. Мало того, что он встретился с Наташей наедине, так она еще и согласилась зайти к нему домой! Пока они поднимались по лестни-це, Иван не отводил глаз от аппетитной Наташиной попки, и в голове мелькали эротические картинки. Как хорошо, что мать неделю живет у сестры! Мамина сестра часто болела, и мама оставалась у нее, тем более что работала неподалеку.

Дома нашлась початая бутылка вина, и вскоре Иван болтал с Наташкой на равных, неожиданно обнаружив, что по интеллекту и начитанности превосходит предмет страсти на два-три порядка. Зато Наташка была веселой, непосредственной и немного вульгарной — но это лишь больше распаляло Ивана. Он показывал какие-то книги, она, рассматривая обложки, касалась его бедром или полной грудью, и сердце прыгало от восторга. Иван рассказывал веселые истории из жизни великих, Наташка — похабные анекдоты, лукаво стреляя накрашенными глазками. Он пил вино осторожно, она выпила бокал быстро и, дымя сигаретой, предложила ему сбегать и купить еще бутылочку. Про кино не напоминала, чему Иван был только рад. Зачем им это кино?

— Слушай, а почему тебя «Меченым» зовут? — вдруг спросила она. — Говорят, у тебя след какой-то на груди?

Иван замялся. Ладно, если девушка просит…

— Могу показать, — наконец, сказал он.

Иван расстегнул рубашку и открыл Наташе черный знак на коже под соском.

— Ни фига себе! — проговорила она, рассматривая след птичьей лапы. — Круто. Это татуировка такая?

— Нет.

— Тогда что? — разочарованно произнесла Наташа.

— Родимое пятно, — проговорил Иван и тут же пожалел, что не соврал. Татуировка бы ей понравилась!

— Странное какое-то пятно, — сказала Наташка. Она протянула палец и медленно провела по черному следу. Сердце Ивана забилось сильнее.

— Странное, — согласился он, ожидая продолжения. Но продолжения не последо-вало. Утолив любопытство, Наташка быстро забыла о пятне и через минуту увле-ченно болтала о чем-то другом.

За окном стемнело и, когда Иван надеялся, что Наташка без лишних уговоров останется на ночь, девушка изъявила желание идти домой.

— Почему? — разочарованно протянул Иван. — Давай еще посидим.

— Не могу, Ваня, — ответила Наташка, — мне позарез домой надо! Проводишь?

— Конечно, провожу.

Разгоряченный от вина и несбывшихся желаний, Иван вышел из дома, жадно вдыхая прохладный осенний воздух. Наташка вышла следом и закурила. Они двинулись темными дворами и вышли на Литейный. Желтые огни фонарей освещали мокрый от прошедшего дождя асфальт, отражаясь блестящими размытыми полосами.

— Где ты живешь? — спросил Иван.

— На Лиговке, — выдохнув дым, сказала Наташка. — Тут близко.

— Понятно.

Они прошли до Невского проспекта и повернули налево. Невский был пуст, редкие прохожие проходили мимо них, неясными тенями отражаясь в стеклах не-мытых витрин.

Не доходя до Московского вокзала, Наташа свернула направо на улицу, на которой Иван никогда не был. Звуки шагов поглощал ковер из мокрых листьев, и Иван подумал, что такого чудного вечера у него не было никогда.

— Вот моя улица, — сказала она. — А вон там мой дом.

— Может, еще погуляем? — предложил он. Наташа сложили губы бантиком, раздумывая над ответом. Потом улыбнулась:

— Ладно, подожди здесь, я схожу домой и попробую отпроситься. О» кей?

— Хорошо, — ответил Иван, и лишь когда она ушла, скрывшись в черноте дворовой арки, подумал: «А если не отпустят? Так и буду здесь стоять?»

Он стоял и ждал, поглядывая на часы. Скоро полчаса, как ушла. Ну, может быть, что-то случилось? Его внимание привлекли звуки из соседней подворотни. Бренчала гитара, и доносились голоса подвыпивших парней. Наташка все не появлялась. Зато из подворотни вынырнули двое. Парни подошли к нему.

— Ты чего тут делаешь? — спросил один. Под откровенно враждебным взглядом Ивану стало не по себе. Он понял: они подошли не случайно.

— Стою, — ответил он.

— Нечего тут стоять. Топай отсюда, бегом, понял?

— Мне ждать надо, — твердо сказал Иван.

— Катись, тебе сказано! — начал один, но второй парень прервал его:

— Погоди, пусть гонит червонец — и ждет, сколько хочет!

— Точно! — довольно сказал первый. Он был покрепче Ивана и на полголовы выше, — Слышь, ты, гони червонец!

— Ребята, я девушку жду, — сказал Иван, надеясь, что они поймут. Но они не поняли.

— Какую еще девушку? — спросил второй, заходя сбоку. Сердце Ивана забилось сильнее, адреналин потек по сосудам, обостряя чувства. Он понял, что будет драка, и приготовился.

— Здесь живет, — кивнул Иван на Наташкин дом.

— Ты еще и с нашими девчонками гуляешь! — сказал первый. Они синхронно схватили Ивана за руки и потащили в подворотню. Он понял: если втащат во двор — конец. Судя по мату и хохоту, там сидело еще человек десять…

Иван рванулся и смог освободить руку. Другой парень все еще крепко дер-жал его. Иван сцепился с ним, пытаясь вырваться, и тут же получил по уху. Противник зря времени не терял. Зато Иван освободился от захвата, оттолкнул противника и отскочил. Первый замахал ногами, но Иван спокойно отступал, уворачиваясь от размашистых нелепых ударов. Второй насел с кулаками, и Иван почти без замаха съездил ему по губе. Парень охнул и отступил, потом полез в карман. В руке его что-то блеснуло.

— Пацаны, давай сюда! — крикнул первый. Гитара затихла. Послышался топот множества ног.

Сжимая кулаки, Иван стоял в темноте. Сейчас его в лучшем случае размажут по асфальту, а в худшем… Хотелось бежать. Но бежать он не мог. Не мог. Ведь здесь живет Наташа! Если в училище узнают, что он бежал… Если узнает Наташа…

Шелест крыльев нарастающей волной возник за спиной Ивана. Он не успел обернуться, как темноту вспороли острые когти и клювы. Иван понял, кто это, и замер, глядя, как стая пролетает сквозь арку, сбивая с ног вопящих от ужаса пар-ней.

Через минуту стало тихо. Вороны исчезли, будто и не было. Лишь несколько тел недвижно лежали на асфальте. Гопники разбежались. Иван расслышал чей-то жалобный стон, но не подошел. Ему не было их жаль. Что бы они сделали с ним, если б не вороны?

Он повернулся и вышел на улицу, на свет. Кончики пальцев дрожали. Ему стало жарко, и Ваня расстегнул куртку. Наташа так и не появилась. Ясно, что и не появится. Он посмотрел наверх, пытаясь найти на карнизах и деревьях крылатых спасителей, но не увидел ни одного. Хватит. Надо идти домой.