Одри Никсон - Тело Дженнифер

Проявила что? Героизм? Ага, как же! Я сняла с полки тарелку.

— Как утверждают свидетели, ребята, рискуя жизнью, спасали людей из адского огня. Благородный у нас рок-н-ролл, дамы и господа!

Вот! Именно поэтому я обратила ваше внимание на то, что эти трусы просто сбежали. И никому не помогли!

Я положила бутерброд на тарелку и разрезала по диагонали. В городе что, все с ума посходили? Кроме меня, никто не помнит, что случилось?

— Очень многие просили включить «Опасную обочину», и вот сегодня музыканты у нас в гостях! Как вы, ребята?

О, вот это уже интересно! Я медленно жевала горячую колбасу и слушала Николая.

— Мы держимся, хотя это непросто. Но настоящие герои — жители Дьявольской котловины. Надеюсь, мы сможем передать хотя бы частицу их души и мужества в нашем следующем альбоме…

Я выключила радио. Не могу больше это слушать! Села и бросила остаток бутерброда на пол. Тут же появился Спектр и схватил добычу. Мне вдруг стало плохо. Заболел живот. Возможно, и в самом деле начинался грипп.

В кухню зашла мама в пижаме.

— Мам, ты проснулась?

— Да опять приснился ночной кошмар! — она, моргая, оглядела кухню.

— Сейчас четыре часа дня, так что скорее это был дневной кошмар.

— Да-да. С тех пор как стала работать по ночам, в голове все перепуталось. — Мама села на стул с оранжево-зеленым виниловым покрытием. Выглядела она очень устало. Короткие тусклые блондинистые волосы торчат во все стороны, прибавилось седины…

— Что тебе снилось? — спросила я.

— Какие-то хулиганы пытались пригвоздить тебя большими колами к дереву. Как Иисуса Христа, — мама перекрестилась. Она все еще верила в Бога. — Но я не позволила! Такая мамаша, как я, им не по зубам.

Я улыбнулась. Она — лучшая мама на свете! Защищает меня даже во сне.

— Я и сама могу за себя постоять! — заверила я. С тех пор как ушел папа, я почти все делаю сама. Ведь маме очень нелегко на работе.

— Это пока. А когда-нибудь будешь звать на помощь, а меня не окажется поблизости, — она сжала мою руку.

Мама очень устала, и мне не хотелось ее волновать, но сказать все-таки было нужно.

— Ты утром после работы не смотрела новости?

Мама слушала меня, а сама не сводила глаз со Спектра — он схватил с бутерброда колбасу и оттащил ее в угол. Я рассказала про все: про пожар и про то, что погибли люди. Ну, то есть не совсем про все. Кое-что маме знать необязательно.

Вечером она снова ушла на работу, а я уселась в своей комнате и попыталась сосредоточиться на юмористической книге, которую мне дал Чип. Но в основном я занималась тем, что уплетала печенье. Днем сильно болел живот, а теперь резко полегчало, и жутко захотелось есть. Я глотала пищу, не жуя. Попадись мне сейчас кедровые опилки со двора, я бы и их съела. Пакетик с печеньем опустел, я перевернула его и потрясла над столом в надежде, что там все-таки осталось хоть немного шоколадных крошек.

Тут зажужжал сотовый — звонила Дженнифер.

— У меня прекрасное настроение! — на заднем фоне у нее так громко вопило радио, что я с трудом расслышала, что она сказала.

— Рада за тебя.

— Знаешь, такое бывает, когда целуешься с парнем в первый раз. Внутри все трепещет.

— Ага.

— Мне сейчас так же чудесно.

Потрясающе!

— Это хорошо, конечно, но я все еще немного переживаю из-за огромного погребального костра у нас в городе.

— Какая ты патриотка, Ниди! Все, пожара больше нет. А жизнь слишком коротка, чтобы убиваться из-за жаркого из «белых отбросов».

— Какая ты «добрая», Джен! — рассердилась я.

— Я говорю все, как есть. И потом, порадуйся за меня! Сегодня — самый счастливый день в моей жизни! — и она захихикала как сумасшедшая. С ней точно что-то было не так. Мою лучшую подругу заменили роботом. Тут сработал режим ожидания, и раздался звуковой сигнал.

— Кто-то звонит.

— Отклони! — приказала Дженнифер, и в другой раз я бы так и сделала. Но сегодня она меня бесила.

— Я ненадолго.

— Фу! Бедняжка Ниди в пролете!

Я не обратила на нее внимания и переключилась на другую линию. Звонил Чип.

— Нужно срочно увидеться! — взволнованно прокричал он. На заднем фоне что-то хлопнуло, и зазвучало пианино. Видимо, это сестренка Чипа, Камилла. Иногда она просто невыносима.

— Я тебя почти не слышу! — прокричала я.

— Камилла играет на пианино! — объяснил он.

А! Ну, я так и знала! Чип велел сестре немедленно прекратить и не мешать ему, на что она ответила то же самое. Дети!

— Приходи в парк Маккалма в десять, — крикнул Чип в трубку.

— В десять пятнадцать, хорошо? — на заднем фоне снова завопила Камилла, и я переключилась обратно на Дженнифер.

— Джен, мне пора.

— Я богиня! — ликовала она, но у меня не было времени слушать этот бред.

— Да, конечно! Но я сейчас встречаюсь с Чипом в парке Маккалма.

— Знаешь, а Чип начинает мне нравиться! Скажи, у него в штанах большой друг? Давай колись!

О боже! Нет! Только не это! Дженнифер не может нравиться Чип! Он — единственное, что принадлежит только мне!

— Мне пора, — я повесила трубку. Минуту сидела и молилась, чтобы Дженнифер забыла Чипа и оставила его в покое. Затем вскочила и схватила свитер.

Через десять минут я была в парке. Посреди леса располагались волейбольный корт, лужайка и посыпанная гравием парковка. Ночью здесь очень темно, поэтому парк обычно используют влюбленные парочки, но, судя по взволнованному голосу, Чипу сейчас было не до этого.

Я залезла на небольшой холм на лужайке и взглянула на соседний квартал. Там мерцали огни полицейских машин, а довольно большой участок был огорожен желтой лентой. Неподалеку стоял Чип. До меня наконец дошло: что-то случилось!

— Почему у твоего дома полиция? — я в ужасе схватила Чипа за руку. Она не дрогнула. «Чип здесь, — успокаивала я себя. — Он в безопасности! Не волнуйся!»

— Не у моего. У дома Джонаса Козелле.

Ах, Джонаса! Ну, тогда ничего страшного! Я немного успокоилась.

— Он опять пытался продать восьмиклассникам поддельные наркотики?

— Нет, Ниди, — у Чипа дрогнул голос. — Его убили.

Я снова крепко за него ухватилась.

— ЧТО?!!!

— Ай, — пробормотал Чип и, отцепив мою руку, взял ее в свою. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и сообщил все, что знал: — Кто-то расчленил Джонаса в лесу за школой, а потом… съел, что смог.

— Съел, что смог? — потрясенно повторила я. Джонаса Козелле кто-то съел?!!! — Но кто?

— Не знаю, — прошептал Чип. — Убийство произошло после уроков, подозреваемых пока нет. Мой отец разговаривал с полицейскими — мама Джонаса в шоке. Сидит у окна, как восковая фигура.