Гайя Антонин - Легенда

   Однако писалось мне с трудом. Моя героиня выглядела какой-то деревянной, ей совершенно не хотелось ни сочувствовать, ни симпатизировать. Промучавшись два часа (из которых час я просидела на Башорге, читая пресные шутки), я закрыла Word и запустила свою любимую игру - Dragon Age Origins.

   Я играла до того момента, когда в начале седьмого вечера Иван зашевелился на диване и застонал, просыпаясь. Я вышла из игры, сняла наушники и повернулась в своем вращающемся кресле к мальчику.

   - Доброго вечера, - сказала я ему.

   Ваня сел, отбросив одеяло. Выглядел он не очень приветливо.

   - Я хочу есть, - сообщил он несколько жалобно.

   Я встала.

   - Идем, - и поманила его за собой.

   В кухне я разогрела стакан крови в микроволновке, подала юному вампиру. Принюхиваясь, Ваня поднял на меня подозрительные глаза:

   - Это не человеческая.

   - Человеческую я не нашла. Пей. Пока что другого выбора нет. Хотя... Ладно, попозже расскажу, - и я вышла, чтобы не видеть, как он ест. От вида крови меня слегка мутит.

   Уходя, я услышала "Беее", что означало одно: Ваня попробовал кровь, и она ему не слишком пришлась по вкусу.

   В зале я тем временем начала готовить растворы ретарпена и прокаина для инъекций. Я решила, что лучше уколоть сразу и то, и другое. Для верности.

   Когда Иван вошел в зал с довольно-таки довольным видом, я вручила ему шприц. Мальчик взял его рукой в перчатке и недоуменно воззрился на меня.

   - В общем, я рассудила так. Если вампиров не берет ни одно лекарство, если даже обычная еда внутри вас начинает только гнить, - начала я, - и лишь кровь способна поддерживать в вас жизнь, то необходимо давать вам кровь с лекарством.

   - Это вряд ли поможет, - Ваня лишь пожал плечом. - Мне сказали, что вылечить вампира нереально. Думаешь, они не пытались?

   - Думаю, пытались и не раз. Но спросить-то мы не можем, верно? Так что нам остается лишь пробовать и надеяться. Другого пути я не знаю, да и в голову ничего больше не приходит.

   - Мне также сказали, что кровь, смешанная с лекарством, не помогает.

   - А мы не будем смешивать. Вот эти растворы в шприцах не выводятся из организма человека неделю и сутки, - говоря это, я расстегнула джинсы. - Ты уколешь мне лекарства, а я буду давать тебе свою кровь. Может, что и получится.

   Ваня вытаращил на меня глаза.

   - А тебе плохо не станет?

   - Не-а. Я крепкая, очень редко болею, да и то - чепухой всякой. Потом, это просто антибиотики, - я не стала вспоминать о целом перечне малоприятных побочных действий бициллина и пенициллина. - Уколешь?

   - Да, - поколебавшись, ответил Иван.

   Что ж, иного выхода у него не было.

   - По-моему, это дебилизм.

   - У тебя неправильный настрой, Ваня, - я протерла место укола на ягодице ватой со спиртом. - Так, слушай. Колешь строго в верхнюю часть, вот сюда. Иглу вгоняешь до упора. Нюанс - когда введешь иглу, верни ее назад, не выводя до конца. Надо убедиться, что ты не попал в кровеносный сосуд. Эти лекарства надо вкалывать исключительно в мышцу, иначе мне будет очень плохо. Усек?

   - Я... усек... - зря я сказала ему. Скосив глаза на стоящего надо мной Ивана, я увидела, как испуганно он пялится на мою задницу. Хотя не зря. Лучше пусть потрясется немного, чем терпеть малоприятные последствия введения препаратов в кровь.

   Подумав, он сказал уже спокойнее:

   - Я смогу не попасть в сосуд.

   - Вот и славно, используй свое чутье. Давай уже, - я оперлась правой рукой о стол, левой придерживая джинсы.

   Ваня промычал что-то. Мне было страшновато. Я ощутила укол. Иван повертел иглой.

   - Крови не вижу и не чую.

   - Тогда до упора и вводи лекарство. Медленно.

   Он хмыкнул весело. Похоже, ему и впрямь удалось.

   - А у тебя симпатичная попа.

   - Это ты по ее голой четвертинке определил?

   - Да нет, и раньше тоже замечал, когда она была в джинсах.

   - Хватит уже о моей жопе.

   - Тогда, может, о сиськах?

   - Ваня!

   - Ну, тогда о глазах? У тебя серые глаза.

   - Голубые.

   - Нет, серые. Очень красивые. Как лед на реке. Готово.

   Он намеренно отвлекал меня болтовней. Все-таки он отличный парень. Волна тепла прошла под сердцем.

   Натянув джинсы, я снова начала беспокоиться.

   - Если мне станет плохо - вызывай скорую сразу же, - велела я Ивану.

   Он, напуганный, весь вечер не спускал с меня глаз. Когда я провела в туалете больше минуты, он начал стучать и спрашивать, все ли со мной в порядке. Когда я легла спать, то, уже засыпая, услышала, что дверь в мою комнату приоткрылась. Ваня прислушивался - видимо, у всех вампиров обострены чувства. Дверь закрылась. Я дышала нормально, значит, была жива. Улыбаясь, я заснула.

   Будильник затренькал в четыре часа утра. Я встала. Теперь мне предстояло еще одно непростое задание. Нужно разрезать руку и собрать немного крови для Ивана. Глоточек, не больше. Надеюсь, такой дозы будет достаточно.

   Однако когда я закрылась в ванной, провожаемая Иваном до самых дверей (можно было попросить его вскрыть мне вену, но я не могла ручаться за его сдержанность), то решила дать ему ударную дозу.

   Минут десять я собиралась с духом. Разрезать запястье так, чтобы собрать стакан крови - такое у меня впервые. Я мысленно поздравляла себя с этим сомнительным достижением. Закрыв глаза, я чиркнула лезвием по коже. На мой крик немедля отреагировал Ваня и затарабанил пальцами в дверь.

   - Все нормально, - отозвалась я, созерцая неглубокую царапину на коже.

   После второй попытки я разозлилась. И полноценно нанесла себе глубокий порез. Кровь капала в стакан. Капала медленно. Рана начинала затягиваться. Я, раз за разом вскрикивая, тормошила ее. Кровь полилась быстрее. Я переживала, что не смогу остановить кровь вовремя. Впрочем, об этом можно было не беспокоиться, рана быстро затягивалась, чтоб ее, и приходилось снова терпеть боль.

   150-граммовый стакан накапал за 10 минут.

   - Ваня!

   Он влетел в ванную, по лицу было видно, что мальчик переживает. Увидев меня, он расстроенно и очень грязно выругался.

   - Тебе больно? - спросил он, глядя, как я утираю слезы.

   - О, да они незаметно как-то набежали.

   Я протянула ему стакан. Иван моментально забыл обо мне и обо всем на свете, увидев кровь. С первым же глотком он скривился, но быстро выпил все до дна.

   - Ну и вкус... - грустно пробормотал он, но глаза его начали отливать алым.

   Я завороженно уставилась на мальчика, держа руку по-прежнему над раковиной, чтобы рана затянулась. Впрочем, спецэффекты в его глазах быстро закончились.