Сага о Мрачных Водах. Призраки Перламутра - Илья Сергеевич Ермаков

до сих пор путался в ее лабиринтах. Коридоры уходили глубоко под землю. Хоакин провел их мимо комнат очистки рыбы. Сотрудники усердно трудились, подготавливая ужин для пациентов, разделяя по ведрам очищенную рыбу и чешую.

— Пришлось спрятать новичка подальше от остальных.

— Его изолировали? — спросил Энтони.

— Да. И скоро вы сами поймете зачем. Давайте за мной!

Хоакин провел их через железную дверь в круглую темную комнату. Единственный источник света — белый фонарь, висящий над большим прозрачным аквариумом, по форме напоминающим толстую трубу. Аквариум располагался в центре комнаты, а вокруг — столы с записными журналами и мерцающие экраны, передающие изображение с камер видеонаблюдения «Первой Лагуны».

Матео и Беатрис, облаченные в синюю форму сотрудников «Лагуны», отлипли от стекла, увидев друзей.

— Какие люди! Долго же мы вас ждали! — насупился Матео, уперев руки в бока.

— Поблагодаришь за это моего дядю. Вам, кстати, «привет» от него, — ответил бодро Энтони.

— Идите скорее сюда! — Беатрис схватила Мису за руку и потащила ее к аквариуму. — Вы только посмотрите на это!

Энтони пожал Матео руку и вместе с ним прошел к высокому аквариуму, занимающему пространство от пола до потолка.

— Сперва я решил, что это какая-то болезнь, — заверил Хоакин, — но сейчас мне начинает казаться, что его таким создали изначально…

— «Создали»? — переспросил Энтони.

— В природе много жутких созданий, но это… способен создать лишь извращенный человеческий разум.

— Или нечеловеческий, — подметил Матео.

Энтони от этих слов стало не по себе. Он подошел к стеклу и вгляделся в синюю муть. Там что-то шевелилось. Оно плавало в толще вод. О стекло ударялись волны.

Темная тень внутри.

«Какого черта?!».

И оно выползло на свет.

У стекла, прямо перед носом Энтони, появилась ужасающая широкая длинная пасть, заполненная острыми кровавыми акульими зубами. Черное туловище, иссеченное зубцами и кровавыми порезами. За существом тянулся плотный вишневый шлейф. Красные кровавые рыбьи глаза с узкими кошачьими зрачками. Острые, словно ножи, плавники. И хвост-двузубец.

Энтони отпрыгнул в ужасе от стекла, но Матео быстро его поймал.

— Боже, что это?! — сглотнула Миса, посмотрев на Хоакина.

— Я же сказал: похож на дельфина, но только очень уродливого. Жуткого. Словно, его прокляли. Или что-то в этом духе. Сперва я подумал, что этот новый вид, неизвестный современной науке, покусал наших пациентов. Но это не так. У укусов, как я сказал, следы человеческих зубов. Это не он. Этот клиент — не тот маньяк, которого мы ищем.

— Маньяк среди людей? Вы так думаете? — нахмурился Энтони.

— Не знаю, — Хоакин пожал плечами и поправил очки на носу. — Мне сложно представить человека, способного нырнуть на глубину, поймать косатку и так жадно ее покусать. Зубы простого человека в принципе не способны на такое. Значит, это был кто-то или что-то, имеющее человеческие челюсти, но мощные, как у акулы. Отрицать факты я не могу. Думать, что появление этого жуткого вида и серийные покушения являются совпадением, глупо, на мой взгляд. Полагаю, эти события связаны. Вот только как?

— И мертвые туристы! — добавила Беатрис. — Тело студентки так и не нашли после той вечеринки. Я тоже думаю, что все эти три события связаны между собой. Жертвы среди людей. Жертвы среди обитателей моря. И этот… демонический дельфин! Вся опасность идет из воды.

Энтони сразу вспомнил предостережение дяди Альбедо. Но неприятнее всего осознавать, что вода — его вторая среда обитания, в которой он чувствовал себя свободным, — стала смертельно опасной зоной. И перед ним наглядные доказательства!

Энтони не сводил взгляд с жуткого дельфина, парящего в мутном пространстве и испускающего кровавые струйки.

Эти красные глаза… они пугали и манили его.

Было в этом что-то потустороннее. Что-то страшное, чудовищное, но такое… завораживающее.

Энтони захотелось коснуться этого дельфина. Погладить его. Уплыть вместе с ним.

Его рука потянулась к стеклу.

Мир растаял вокруг.

Стекло исчезло. Энтони плыл в толще мутной воды. Этот дельфин плывет перед ним. Его рука тянется к нему.

Уже близко… совсем рядом…

Он может дышать под водой. На него ничего не давит, словно он парит в воздухе.

В черных прорезях красных глаз Энтони видит свое отражение.

Пальцы почти касаются дельфина, как вдруг… раздается голос:

— Энтони! Хватит!

Он знает этот голос.

— Не пугай нас! — второй голос, мужской.

— Энтони, ты меня слышишь? — еще один мужской голос.

Голоса словно раздаются из пустоты. Они доносятся до него томным эхом.

Дельфин не двигается с места. Пальцы Энтони приближаются к нему… еще чуть-чуть…

— Сколько можно, в конце-то концов?!

И Энтони чувствует глухой удар в спине.

Реальность вторглась в мир иллюзий слишком резко.

Энтони заморгал и осмотрелся по сторонам. Он лежал на полу комнаты, а над ним висело сердитое лицо Беатрис.

— Ты чего завис? Ты вообще слышал нас?

— Что…

Энтони взглянул на Мису, Хоакина и Матео. Все трое выглядели обеспокоенными.

— Что случилось?

— Ты прилип к стеклу так, что тебя и не оторвать! — взмахнул руками Матео.

— Чего?

Энтони взглянул на Мису, ожидая от нее более вразумительных объяснений.

— Он прав, Энтони, — ей явно не хотелось это признавать, — ты будто… отключился. Покинул нашу реальность.

— Какого…

— Поднимайся, Энтони. Думаю, тебе стоит прогуляться.

Хоакин подал ему руку и помог встать на ноги.

— Вот так. Тебе уже лучше?

Но Энтони не ответил — он не мог понять, что чувствует.

Хоакин обреченно вздохнул.

— Нечего вам здесь больше делать. Беатрис, Матео, на сегодня вы свободны. Дальше я справлюсь сам. Идите ужинать, ребятки. Время позднее. И позаботьтесь об Энтони.

Матео подхватил Энтони под руку и повел прочь к выходу.

— Идем, дружище. Тебя явно пора на воздух. Может, запах рыбы так на тебя влияет? Я и сам к нему не сразу привык. Вонь та еще редкостная!

— Ох, Матео…

Избавившись от халатов, Энтони и Миса вернулись в холл, чтобы дождаться друзей. Энтони отошел от «приемной» подальше, чтобы Роза не слышала их разговор.

— Что со мной было, Миса? Неужели, я…

— Я не знаю, что это было, Энтони, но ты напугал нас всех, — Миса выглядела обеспокоенной. — Этот мерзкий дельфин тебя будто загипнотизировал!

— Не может быть…

— Энтони, послушай.

Миса положила свои руки Энтони на плечи и посмотрела ему прямо в глаза.

— Ты сам что-то помнишь? Что ты чувствовал в этот момент?

— В тот… момент…

«Я хотел потрогать его. Хотел… поплыть с ним. Хотел… стать таким же… Если признаюсь в этом Мисе… ей точно не понравится!».

— Я не помню.

Она продолжала выжидающе смотреть на него. Энтони понимал, что она раскусила его вранье.

— Правда, Миса! Я же был в отключке! Не