Вертел я ваши кланы! Том 3 - Андрей Розальев

приглашённых гостей читает лекцию, но в основном занимаемся сами. Учителя помогают учиться, а не учат. Зато на тех предметах, где практика магии и военной подготовки – вот там всё очень жёстко. Но там и не учёба, а скорее тренировки.

— И как, это работает? — удивилась Марика. — В смысле, студенты не забивают на учёбу?

— Так если не учиться, то как баллы заработаешь? Здесь с этими баллами система примерно как с социальным рейтингом. Те, у кого больше всего баллов, имеют привилегии, у кого меньше всего – лишаются удовольствий. Так что даже те дебилы, которые в обычной школе из двоек не вылезали, здесь стараются. Мы уже Мише объясняли: после Академии ты легко поступишь в любой ВУЗ, какой захочешь. И экзамены сдашь на максимальный балл без лишней подготовки, одной левой. Если захочешь.

— Так при таком раскладе все руководящие должности должны быть магами заняты с великолепной подготовкой? — что-то в объяснении Лёни не сходилось с теми реалиями жизни, которые я наблюдал.

— Так магов вообще совсем немного. И далеко не все хотят кем-то руководить. Но среди тех, кто реально меняют судьбы людей, магов действительно много. Да ты же с несколькими даже знаком!

— Ну да, корпорация, генпрокурор... Кажется, я начинаю понимать, как это работает.

Следующим уроком был иностранный. Здесь мы разбились по группам, кто какой язык изучает, и перемешались с несколькими другими группами. Если кто-то хотел изучать второй язык, для этого в расписании был отдельный час для предмета по выбору.

Хотя бы на английском, я думал, всё будет привычно. Началось всё с того, что англичанка оказалась... англичанкой. Саманта Бартон, на вид лет 35-40, невысокая, стройная шатенка. На русском она говорила превосходно, но урок вела полностью на английском. И заключался урок в том, что мы посмотрели короткую сцену из фильма, и потом его обсуждали. Мне школьной подготовки хватало, чтобы понимать, о чём идёт речь, но говорить самому было сложно. Поначалу. Похоже, Саманта поняла, что мне не хватает разговорной практики, и сосредоточила на мне своё внимание. Пришлось рассказывать о себе, своей семье. Коснулся разговор и моего кланового, точнее, внекланового статуса. Я немного путался в терминах, но с подсказками Саманты, смог в конце концов объяснить, что как и почему.

В процессе разговора я заметил, как Лёня ударил себя по лицу ладонью, как сползла с кресла Вика. Начали перешёптываться парни и девчонки из нашей и параллельных групп.

«Миша, может, не стоило об этом рассказывать?»

«Всё равно бы узнали. Если не можешь предотвратить хаос – возглавь его!»

А вот у Саманты не дрогнул на лице ни один мускул. И вскоре я понял, почему – она сама внеклановая. Поэтому живёт вдали от родины. Но рассказывать свою историю она не стала.

— Ну и нахрена был нужен этот каминг-аут? — спросил меня Лёня на большой перемене.

— Они бы всё равно узнали, а так пусть знают, что я не стыжусь и не боюсь, и прятаться не собираюсь.

— Лёня, — Марика положила свою руку ему на плечо, — а скажи, что круче: родиться в клане или войти в клан по личному приглашению патриарха?

— Хм... ну так-то да, согласен, личное приглашение – это личная заслуга, а удачно родиться большого ума не надо!

— Вот так это и объяснишь, когда спросят.

— Марика, а ты? — с беспокойством спросила Вика.

— А я с вами. И пока что никому ничего объяснять не собираюсь. Должна же быть в девушке загадка, — хихикнула наша целительница. — Про бабушку вот мою сколько родственнички говорили, что она ведьма, а она так и осталась для всех загадкой. А мама обычной родилась, я у неё спрашивала.

— Получается, твоя мама знает, что у тебя дар, и где ты учишься? — я как-то упустил из виду этот вопрос.

— А ты думал я беспризорница, или меня из дома выгнали? — Марика рассмеялась. — Нет, всё в порядке, мама в курсе. С ней Маргарита Николаевна разговаривала, долго, часа три, наверное. А о чём – мама мне не рассказала, возможно, Маргарита Николаевна с неё клятву взяла. Но мама совершенно точно мной гордится, она мне сама сказала, со слезами на глазах, так что я верю.

— Здорово! Значит ты у нас, если что, практикующая целительница, завидовать можно, но молча.

— Да мне всё равно, — пожала плечами Марика. — Пойдёмте, пока время есть, чаю попьём.

Последними двумя уроками было обществознание и магическое право. Вёл их Марсель Львович Ефремов, дородный мужчина неопределённого возраста, в джинсах и потёртом пиджаке. Про такой пиджак говорят «видал виды». Как и хозяин, похоже.

Мои догадки подтвердил Лёня, на этот раз севший рядом.

— Марсель Львович – в прошлом адвокат, — шептал он мне на ухо, пока все рассаживались. — Он нам такие истории из своей практики рассказывал, закачаешься! Очень интересный человек. Только он порассуждать любит, и если с ним языком зацепиться – это всё, капец, можно и про обед забыть. К нам кучу раз с других предметов преподаватели заходили, забрать от него, так заслушивались и с нами оставались!

— Ого! Ну я знаю, что у него спросить!

— Миша, хотя бы не на первом же уроке! Пожалуйста! Сегодня это последний урок, за нами же никто не зайдёт! Мы здесь до утра останемся!

— Зато будет интересно, ты сам только что говорил!

— Ну это да... а про что спросить хочешь?

— Узнаешь!

Когда все расселись, Марсель Львович начал урок.

— Какие вы все отдохнувшие! — он добродушно улыбнулся. — А поднимите руки, кто из вас не связан никакими магическими клятвами, помимо хранения клановых секретов, конечно?

Поднялось десяток рук.

— Обратили внимание, как я задал вопрос? Может кто-нибудь объяснить, почему именно так? Новенькие?

— Потому что сама клятва может содержать отдельный пункт о сохранении её в тайне, — ответил я.

— Правильно, молодой человек. Как Вас звать?

— Михаил Медведев.

— Вы не подняли руку, а значит, я могу сделать вывод, что клятвы на Вас, скорее всего, имеются. Но если бы я спросил прямо, имеются ли они, Вы бы мне ответили?

— Про некоторые... — этот намёк дался мне с некоторым трудом.

— Я вижу, спасибо, не мучайте себя, — мне сразу полегчало, а учитель обратился ко всей аудитории. — Смотрите, что мы