Овцы смотрят вверх - Джон Браннер

и желанием спасти гонорар и увеличить собственное благосостояние. Он сделал выбор в пользу второго варианта, более разумного – вскоре ему предстоял переезд в Новую Зеландию.

– Я не хотел вас обидеть, – произнес он мягким тоном. – Просто я должен был сказать, что сын ваш не страдает от чего-то… экстраординарного. Его не били, не морили голодом, не пытали. Он обязательно поправится.

Подозревая в словах врача наличие иронии, Бамберли во все глаза смотрел на него, после чего, подумав, спросил:

– Он что-нибудь говорил о своих похитителях?

– Да почти ничего, – ответил доктор со вздохом.

– Вы опять что-то недоговариваете. Но я знаю, как выбить…

– Ну что ж, – проговорил доктор, вновь облизав пересохшие губы. – Он, конечно же, упомянул эту девицу, Китти. Она, по всей видимости, его и лишила девственности.

– Лишила девственности! И кто? Проститутка!

– Но, сэр, он, вероятно, был не против, а даже наоборот! Женщина не может изнасиловать мужчину.

– А другие? Вы уверены в этом?

– А, вот вы о чем!

Доктор почувствовал, насколько ему трудно сдержать усмешку.

– Можете быть совершенно уверенным в том, что ваш сын не был объектом гомосексуальных домогательств.

– В противном случае я поотрывал бы этим ублюдкам головы! – прорычал Бамберли, глядя на часы. – Что еще Гектор успел вам сказать с тех пор, как попал сюда? Давайте, говорите. Полиция заканчивает осмотр места, где его удерживали, и тогда вам уж точно придется все выложить.

Доктор мялся. Наконец он сказал:

– Есть еще одно обстоятельство…

– И какое, черт побери?

– Он постоянно повторял, что его похитил Остин Трейн.

Доктор покачал головой и добавил с сомнением в голосе:

– Вряд ли это так. Скорее всего, это у него от температуры.

Сдвиг в акцентах

Все мы, конечно, знаем, каким отличным подспорьем для тех, кто стремится похудеть, является продукт «Ленабикс», являющий собой идеально сбалансированное сочетание питательных веществ, оздоравливающих витаминов и искусно избранных транквилизаторов! Но приходило ли вам в голову, что наш продукт является отличным ответом на вопрос, который все чаще и чаще приходит в голову современной домохозяйке, у которой нет проблем с избыточным весом? «Чем я могу скомпенсировать дефицит продуктов в доме, особенно в условиях ограниченного семейного бюджета?» Да, ответ только один: это «Ленабикс»! За относительно невысокую цену вы получаете отличный питательный продукт с полным набором необходимых витаминов, и, что самое интересное, «Ленабикс» поможет не только накормить, но и успокоить вашего малыша, если среди ночи он проснется и попросит есть, вернуть ему спокойный, освежающий сон. «Ленабикс» для вас – на все случаи жизни! «Ленабикс»!

И преданы враги мои во власть мою

О, чудесно! Бесподобно, невероятно, фантастика, обалдеть! У Петронеллы Пейдж ни для одной части речи уже не осталось превосходных степеней. И как ей теперь выразить то, что она чувствует? А ведь могла и проворонить свой шанс – не взять трубку, когда зазвонил телефон, а она в этот момент разносила все в пух и прах оттого, что ее дом уже третий раз за месяц подвергли обыску. Господи! Да трейнитов нужно искать там, где они реально обитают, – в трущобах!

И все-таки ей повезло – тем более что на имя Пег Манкиевич сработали самые тонкие струны ее профессиональной памяти, и вот – о-ля-ля! Сам Остин Трейн! Реальный, не самозванец! Вся страна ждала, когда этот человек явится на ее шоу и прервет молчание после сорока месяцев добровольной ссылки. Исследовательский отдел вышел на нее с этой провокативной цифрой – сорок, и это был удар в точку, благодаря библейским ассоциациям. Да, эта цифра была, что называется, нагружена смыслами – и базовыми, и побочными. Сорок дней изливал дождь на землю Господь Бог, сорок дней искушал Спасителя демон зла, сорок недель…

– Зрители подумают, что ты притащила на шоу самого Иисуса! – шипел Ян Фарли во время обычных перебранок, сопровождающих работу над сценарием шоу.

– И что? Так оно и есть!

Ян умирал и вновь оживал. А что, команда палачей тоже готовится? Но Петронелла не собиралась устраивать распятие во время первого шоу, хотя Ян на это и рассчитывал, и ей пришлось два дня убеждать его, а через него – и Большого Босса в том, что это непрофессионально. Распятие должно состояться во время второго раунда – разве они не слышали о такой вещи, как право на ответ?

Но зацепят ли они зрителя?

Никогда за всю историю телевидения ни один участник шоу не вызывал столь острого интереса. Это касалось и истории «Эй-би-эс», и истории самой Петронеллы Пейдж. Компания шла ва-банк. Готовясь к передаче, они задали исследовательскому отделу два вопроса: сколько человек, узнав, что на шоу приглашен Остин Трейн, собирается смотреть первый раунд, и сколько собирается смотреть второй – из тех зрителей, кто увидит первый раунд или же по какой-то причине его пропустит.

Количество зрителей зашкаливало – в обоих случаях цифра дошла до шестидесяти миллионов.

Естественно, как только по ящику показали анонс программы, пошли угрозы. Кто-то грозил взорвать студию, кто-то предупреждал, что вооруженные волонтеры ворвутся на передачу и устроят над Трейном самосуд за измену родине. Поэтому, чтобы избежать сбоев в самую неподходящую минуту, команда, готовящая программу, ввела особый режим на все студиях «Эй-би-эс» в радиусе пятисот миль от Нью-Йорка, проложила несколько наземных и УКВ-линий к своим главным передатчикам – чтобы за полчаса до объявленного времени у них была возможность выбора разных вариантов технического обеспечения шоу. После этого они выбрали точку, из которой будет вестись программа. Поскольку Трейн наотрез отказался выступать в записи, команда выбрала место, откуда никогда до этого не работала, – небольшой захудалый театрик, который студия купила для репетиций и который они все равно собирались обустроить перед осенним сезоном. Даже техники, которые монтировали кабели и устанавливали микрофоны, не догадывались, для чего готовится помещение. Не показались им странными и экстра высокие заработки – нынче осталось совсем немного специалистов их профиля!

– Шестьдесят миллионов? Нисколько не удивлен, – сказал Трейн, и его словами управляло отнюдь не завышенное самомнение. Говорить так у него были серьезные основания. Они с Петронеллой сидели в тщательно охраняемом пентхаузе, куда (за счет фирмы) поместил его Большой Босс, узнавший, что он живет вместе с Пег Манкиевич в дешевом отеле. Пег постоянно находилась рядом с Трейном. Словно телохранитель. Нет, не любовница: «Эй-би-эс», повсюду имевшая прослушивающие устройства, установила, что Трейн и Пег спали каждый в своем номере. Ничего удивительного, подумала Петронелла. Она сама была разочарована внешним видом Трейна – лысина во всю голову и жуткие шрамы на голове. Его