Побочный эффект - Вадим Юрьевич Панов

ничего. Рука Терри на пистолете, но пистолет лежит на полу. И у него есть несколько секунд, чтобы решить, стоило ли оно того? Или вспомнить что-нибудь хорошее. Или просто посмотреть на того, кто его убьёт.

Несколько секунд.

Паскаль улыбается, прижимая к себе Джаду. Бесс выглядывает из соседней комнаты. Иван начинает медленно подниматься.

— Убей, — злобно рычит Габриэль.

Альбертина опускает пистолет.

Мгновение, которое кажется вечностью. Замирают все. Не веря в происходящее.

Иван, который понимает, что будет дальше, делает шаг к Альбертине, но не успевает. Не может успеть.

Терри стреляет три раза. С такого расстояния он не может промахнуться даже с закрытыми глазами, и он не промахивается. Две пули в грудь, одна в голову. Альбертина начинает падать, её подхватывает Уваров, он оказывается сзади и ловит, не позволяя оказаться на полу, поэтому следующая пуля… Альбертина закрыла собой самую защищённую часть Уварова — грудь и живот, а неприкрытая голова должна была оказаться на прицеле, но следующую пулю Соломон посылает в Кармини. В того, кто не представляет для него угрозы. Что неправильно. Что ошибочно. Что стоило ему жизни. Однако Терри не мог поступить иначе: увидев смерть Альбертины, перепуганный Габриэль бросился к дверям и мог уйти, чего Соломон допустить не мог. Он стреляет еще три раза: две пули в спину, одна в затылок, чтобы наверняка. А больше Терри ничего не успевает, потому что Иван выхватывает из руки Альбертины свой пистолет и дважды стреляет Соломону в голову. Ни разу не промахнувшись.

* * *

Паскаль вталкивает Джаду в комнату к Бесс, захлопывает дверь, присаживается на корточки рядом с Альбертиной, снимает с неё умные очки, забирает коммуникатор и бежит к своему компьютеру.

* * *

Уваров перезаряжает пистолет и поворачивается к пролому, собираясь встретить врагов.

* * *

Дарвинистам не хватает совсем чуть-чуть времени. Минуты, может, двух. Их яростная атака завершилась полным успехом: они сломили сопротивление спецназа и ЧВК, сумели прорваться к биотерминалу и почти — в сам биотерминал. Их попытались накрыть гранатами, но дарвинисты перебили небольшую группу, которую Дед отправил во внутренний двор, подобрались к пролому, но в тот момент, когда они решили, что миссия выполнена, на них спикировали дроныубийцы. А с большого беспилотника ударил пулемёт. И группа, которая должна была вытащить Терри, погибла на месте.

Сражение за «Механическое напряжение» закончилось.

ТО, ЧТО БЫЛО ПОСЛЕ

— То есть ты не знаешь, с какой целью в твой биотерминал приехали Габриэль Кармини и миледи Альбертина Донахью? — Янг поднял левую бровь.

Паскаль тихонько вздохнул и голосом, в котором едва читалась дрожь, ответил:

— Нет, мой господин.

— Они предупреждали, что приедут?

— Нет, мой господин. — Ещё один вздох. — Кто я, и кто миледи Донахью? В честь чего ей меня предупреждать? — Робкая улыбка. — Вы ещё поинтересуйтесь, не спрашивали ли они разрешения.

— Я поинтересуюсь тем, что сочту нужным.

— Да, мой господин.

Янг поморщился и побарабанил по столу пальцами.

Сказать, что дело приняло скверный оборот, у него язык не поворачивался, поскольку дело приняло чудовищный оборот! Смерть владелицы одной из крупнейших корпораций — событие экстраординарное, смерть двух владельцев подряд вообще не поддаётся логическому осмыслению и должна была вызвать цунами такой силы, что мелкая сошка, вроде директора московского бюро Биобезопасности, даже не заметила бы, как захлебнулась, но… Но Янгу удалось разыграть свой единственный козырь — факт, что присланный из центрального аппарата детектив оказался радикальным дарвинистом. Он назначил Альбертине встречу, на которой и прикончил владелицу «MechUnited». И миллиардера Габриэля Кармини, изобретателя биочипа.

Для чего эти трое собрались в мелком биотерминале, оставалось загадкой, но узнав о подозрительной встрече, главы корпораций решили, что Альбертина готовила очередную интригу, что было абсолютно в её характере, и цунами даже на горизонте не появилось. Янгу намекнули, что расследование нужно провести так, чтобы его результаты совпали с желаемыми, и Джереми лично взялся за дело.

— Мне показалось, они не ожидали, что в городе начнутся беспорядки, и старик выбрал мой биотерминал из-за хорошей защиты. Им нужно было поговорить.

— О чём?

— Я в разговоре не участвовал, — развёл руками Паскаль. — Меня сразу же отправили в соседнее помещение.

А проверить слова фрикмейстера невозможно, потому что взрывом повредило компьютер, на который шла запись с камер безопасности. И не только его: взрывы и пули разнесли коммуникаторы участников встречи, доппель Альбертины оказался уничтожен, у остальных участников электронных помощников не было, записи они не вели, поэтому восстанавливать события приходилось с их слов.

Впрочем, Янга это устраивало.

— Как получилось, что в биотерминале оказались два детектива Департамента биологической безопасности?

— Они приехали первыми, привезли раненую гражданскую. Девушка словила три пули, они её спасли.

— Они или ты?

— Детективы вовремя привезли девушку, я ведь понятия не имел, что она где-то истекает кровью.

— То есть детективы оказались в биотерминале случайно? — чуть надавил Янг.

— С виду — да, — не стал отрицать Паскаль.

— С виду?

— Я тут подумал… — Фрикмейстер чуть подался вперёд, чтобы изобразить полнейшее доверие. — Наш детектив, Уваров, сказал, что пули в девчонку срикошетили, но по характеру ранений так не скажешь. Я бы поставил на то, что девчонку подстрелили намеренно.

— Чтобы оказаться в биотерминале?

— Да.

Это заявление полностью совпадало с показаниями Уварова: при спасении Бесс действия беспилотников контролировал Соломон, то есть он вполне мог ранить подругу напарника. Для чего? Чтобы, не вызывая подозрений, отправиться в «Механическое напряжение», а уж там объяснить Уварову, кто он и что мешать ему не следует.

«Но что они втроём могли обсуждать?»

Эта мысль то и дело посещала Янга, и ему приходилось постоянно её отгонять, поскольку именно эту мысль ему нельзя было думать ни в коем случае: тайны представителей высшего сословия остаются тайнами представителей высшего сословия — таков закон.

Янг потёр переносицу.

— Почему началась перестрелка? — спросил он и тут же опомнился: — Ах, да, ты ведь не присутствовал при разговоре…

— Позвольте ещё раз уточнить, мой господин, что я всего лишь оказался владельцем понравившегося им места, — осторожно произнёс Паскаль.

— Конечно.

— Но я обратил внимание, что эти трое вышли из комнаты разгорячённые и очень злые. Я не знаю, что произошло, но полагаю, что они не договорились. И когда женщина сказала что-то вроде: