Девятнадцать сорок восемь Том VI - Сергей Викторович Вишневский

оправдываться: — Но, мы старались добиться идеального результата.

— До идеального далековато, но уже вполне приемлемо, — кивнул спутник главы клана. — У вас сегодня только одно блюдо или…?

Ребята переглянулись.

— Есть еще борщ… домашний, — осторожно произнес Петров. — Но сразу предупрежу — нам помогали.

— Помогали? — удивился профессор некромантии.

— Уборщик… — осторожно произнес Невский.

— В смысле мой единокровный брат, — тут же поправил его Кирилл. — Он, в отличае от нас, готовить умеет.

— Вот как? — удивленно спросил глава рода. — С удовольствием бы попробовал.

Ребята тут же засуетились и спустя пару минут, перед двумя некромантами стояло по тарелке еще теплого борща и баночка со сметаной.

— А неплохо выглядит, — удивленно произнес Александр и взглянул на своего старшего товарища. — Если то, что ты рассказывал правда, то красный цвет борща, уже почти победа для этих ребят.

— Не стоит много на них ставить, — хмыкнул Буранов, взял ложку и зачерпнул борща. — Но консистенция и внешний вид — да. Вполне.

Осторожно принюхавшись к нему, он засунул ложку в рот и молча принялся жевать. Его спутник поступил подробнейшим образом.

Несколько минут, оба некроманта молча закидывали одну ложку за другой. Затем, глава рода отложил ложку и положил руки на стол, сплетя пальцы.

— Что касательно борща, — произнес он и покосился на сметану. — Вполне удовлетворительно. На мой вкус излишне много томатной пасты, однако, вполне приемлемо.

— Простите, — тут же вмешался Вешкин. — Мы не зря упомянули, что он «домашний». У моего брата в семье его готовят так.

Александр с улыбкой взглянул на своего коллегу. Тот нахмурился, кашлянул, а затем кивнул.

— По этому и говорю, что «на мой вкус». У нас его готовят с большим количеством свеклы и меньшим количеством томатной пасты.

— Именно по этому, я называю борщ твоей супруги свекольником, — хмыкнул некромант со шрамом на щеке, за что получил недовольный взгляд от главы рода.

— Тем не менее, я должен сказать, что это очень достойное блюдо, — произнес он и оглядел ребят. Заметив за спинами парней свою ученицу, он спросил: — Маргарита, скажи мне пожалуйста, ты тоже участвуешь в сборах этих ребят?

— Ну, как бы… — смутилась девушка.

— Говори как есть, — кивнул ей учитель.

— Поначалу, я стала невольным участником, так как они почему-то решили, что единственное подходящее место для их «кулинарных изысков» это прозекторская. А потом как-то… втянулась.

— И ты тоже, вместе с ними, готовила этот борщ? — поинтересовался Александр Буранов.

— Я занималась чисткой овощей, — кивнула Маргарита. — Кирилл был ответственным за подготовку бульона.

Вешкин тут же расправил плечи и с довольной мордой выпятил грудь.

— У нас пока не все получается, — призналась девушка. — Но мы пытаемся и постепенно у нас это выходит гораздо лучше.

— Это не относится к учебе, — заметил преподаватель. — Зачем тебе это?

— Не знаю, — пожала плечами девушка. — По началу нам очень понравилась домашняя кухня… Брата Кирилла. Это намного вкуснее того, что зачастую подают в нашей столовой. Ну, а потом… После первых проб и ошибок это… это превратилось в какое-то хобби. Просто интересно и приятно этим заниматься. Особенно вместе с друзьями.

Двое некромантов переглянулись.

— Кто у вас за главного? — со вздохом спросил Буранов.

Ребята переглянулись. Никто не успел ничего сказать, как вперед вышел Вешкин и гордо заявил:

— Пока им буду я. Я взял на себя организационные моменты.

— Ходатайство готово?

— Да.

— Ручка есть?

— Да, пожалуйста, — протянул небольшую папку с бумагой и ручкой Кирилл.

Буранов взял ручку, пробежался глазами по тексту и поставил размашистую подпись внизу.

— Можете отправляться к ректору, — кивнул он.

Вешкин с улыбкой до ушей повернулся к ребятам и показал большой палец, отчего от них послышался облегченный вздох и даже тихий счастливый визг.

— Разрешите мы… — осторожно указал на дверь Кирилл.

— Разрешаю, — кивнул Буранов.

Ребята тут же ломанулись на выход, но слегка притормозили, когда услышали голос некроманта:

— Маргарита, задержись на пару минут.

Члены будущего «Кулинарного» клуба молча переглянулись. Девушка махнула им рукой и после того как они покинули прозекторскую подошла к учителю.

— Маргарита, — начал некромант, взяв в руки банку со сметаной. — Признаться я рад, что ты увлеклась кулинарией.

— В смысле вы не…

— Я не злюсь и очень рад, — кивнул ей учитель. — Ты должна понять, что я очень волновался за тебя.

— За меня? — удивилась девушка. — Почему?

— Знаешь, наша работа… работа с мертвой плотью, зачастую связана с тем, что эту плоть… приходится умерщвлять. Тебе ведь тоже приходилось работать с еще живыми кроликами.

— Да, но это же кролик.

— Не все так просто. Рано или поздно, мы подошли бы к работе с человеческой плотью. Более того, в твоей программе есть практика жертвоприношения, для критического усиления создаваемой нежити. Понимаешь, к чему я веду?

— Пока не особо.

— Я к тому, что… — тут преподаватель умолк, подбирая слова, но на выручку ему пришел коллега, отчаянно работавший ложкой.

— Если ты видишь артефактора, что не вылезает из мастерской — значит это хороший артефактор. Если видишь боевика не вылезающего с полигона — с таким лучше не связываться и не встречаться в бою. Если видишь целителя, не вылезающего из госпиталя — если умирать, то неподалеку от такого. Но! Если ты видишь некроманта, что не вылезает из прозекторской, значит скоро вокруг него будут трупы.

— Вы хотите сказать, что…

— Это называется эмоциональное выгорание,