Девятнадцать сорок восемь том III - Сергей Викторович Вишневский

Ладно, потом разберемся. Больше ничего не происходило?

— Пока нет. Тебя-то когда выписывают? — Пробасил Митин.

Мне конечно очень уж не понравилось его «Пока», но я решил не заострять на этом внимание.

— Послезавтра уже выпишусь. Врач мне обещал, не дольше двух дней держать под наблюдением. Ещё один день-то справитесь там без меня? — Адресовано это было, конечно, Гоше, но я очень рассчитывал, что если возникнут какие-либо проблемы, Маша не даст ему пропасть.

— Дык. А куда мы денемся⁈ — С улыбкой проговорил Гоша и видимо по привычке хрустнул пальцами на кулаке.

* * *

— Семен Дмитриевич, рад встрече, — с улыбкой произнес худощавый мужчина лет сорока. Высокие скулы, торчащий кадык и легкий блеск в глазах.

Орлов, принимавший гостя с улыбкой пожал руку и произнес:

— Максим Александрович, взаимно. Крайне рад приветствовать члена рода Громовых в нашем провинциальном городке. Как добрались?

— Спасибо, вполне неплохо и даже с комфортом, — кивнул Громов.

— Поужинаете с нами? — спросил Орлов.

— Увы. Сегодня у меня еще три встречи, — развел руками гость. — Поверьте, я бы и рад, да только дела рода.

— Понимаю, — поджав губы кивнул Семен Дмитриевич. — Тогда может пройдем в кабинет?

— Это было бы оптимально, — кивнул Максим Александрович.

Двое мужчин прошли из холла поместья по небольшому коридору и оказались в небольшом уютном кабинете. Стены отделаны зеленым сукном, темный насыщенный цвет дерева в мебели. И пара кожаных диванов у которых расположился небольшой столик с шкатулкой и принадлежностями для сигар.

— Что-нибудь выпьете? — спросил Орлов, взглянув на Громова.

— Если есть односолодовый виски, то с удовольствием, — кивнул мужчина и покосился на шкатулку. — Кубинские?

— Да, угощайтесь, — кивнул Семен Дмитриевич, подойдя к бару, где принялся перебирать бутылки. — Шолоховы везут оттуда кофе. Табак не их дело, но по просьбе иногда привозят.

Громов уселся на диван, открыл шкатулку и с заметным удовольствием провел сигарой под носом, втягивая ее аромат.

— Не знаю, что там их дело, но сигары они вам возят отменные, — кивнул он со знанием дела.

— Есть у наших Шолоховых пунктик на счет качества, — подошел к дивану напротив Орлов. — Не любят идти на ширпотреб. Принципиально.

— И я их в этом прекрасно понимаю, — хмыкнул Максим Александрович. — Знаете, как-то был я за океаном. И говаривали мне, зайди в Сент-Луисе в кафе Амиго и попробуй там миндальное мороженое.

Тут громов принял протянутый бокал и поставил на стол.

— Знаете, я вот думал, но что в этом такого? Ну, мороженное. Ну, миндальное. Простите, мое бескультурье, — тут же опомнился гость, поднял бокал и отсалютовал хозяину дома. — Ваше здоровье!

— Ваше, — с улыбкой произнес Орлов.

— Так вот, я добрался туда уже из принципа. Было не по пути, я сердился, но дядя настаивал и у меня не было выбора. Понимаете?

— Дядя, в смысле…

— Тот самый, — кивнул Громов, поставил бокал и взялся за маленькую гильотинку. — И вот, я… человек в котором течет пусть малая доля, но императорской крови, с совершенно отвратительным настроением добираюсь до этого заведения, покупаю миндальное мороженое и…

— … И? — уже не вытерпел Семен Дмитриевич паузы.

— И сижу улыбаюсь как идиот после первой же ложки. Я съел три порции и съел бы четыре, если бы не мой желчный пузырь. Оно было довольно жирным.

— Вот как…

— Это было три года назад и с тех пор, я как дурак в каждом заведении пробую миндальное мороженое. И знаете, что?

— Не то пальто?

— В точку. Я за три года не доел еще ни одного мороженного, — с грустью произнес Громов, раскуривая сигару. — И так со всем. Каждый раз, пробуя высококлассный продукт, высшего качества, ты после всегда ищешь то, что было похоже на эталон. Черт подери, я готов слетать за океан только ради того, чтобы снова попробовать то мороженное.

— Возможно, Шолоховы такого же мнения о кофе, — кивнул Орлов. — Потому, и не признают суррогатов и смесей. Хоть иногда под заказ и возят.

— Увы… увы…

Максим Александрович тяжело вздохнул, пыхнул сигарой и взял бокал.

— Тем не менее, слава богу у нас есть возможность наслаждаться и отличным кофе и сигарами. Если мороженное я готов терпеть наше, то вот кофе и сигары — это уже за гранью добра и зла, — вздохнул Громов и, выпустив очередное облако табачного дыма, взглянул на Орлова. — Что-то мы с вами пустились в диспуты. Давайте к делу. Что вы хотите за Алису?

— Что мы хотим? — задумчиво произнес Орлов. — Все очевидно. Покровительства. Покровительства от вашего рода, а также содействие в приобретении патентов на право разработок новых месторождений.

— Не мало, — кивнул Максим Александрович, придвинув к себе пепельницу.

— Штучный товар всегда стоит дорого, — хмыкнул Орлов, пригубив виски. — Насколько я знаю, вы уже лет пять как ищете себе супругу.

— Увы, — горько усмехнулся Громов. — Когда-то я думал, что всегда успею. Потом я думал, что не больно то и надо. А теперь я думаю, что могу не успеть. Еще немного, лет пять, и буду уверен в том, что не успею обзавестись наследником.

— Понимаю, — кивнул Семен Дмитриевич. — Однако, ваша дотошность удивляет. Столько медицинских показаний. Если на счет девственности я еще могу понять, то полную проверку у целителей с составлением слепка…

— Был неудачный опыт, — хмыкнул Громов. — Две скончавшихся при родах супруги… заставляют быть крайне осмотрительным. Еще немного и начнут судачить о проклятье каком-нибудь.

— Увы, длинные языки подобного шанса не упустят, — кивнул Орлов.

Тут в кармане пиджака гостя раздался легкий звук колокольчика. Он спокойно вытащил телефон и тяжело вздохнул.

— Увы. Время, — произнес он, туша сигару. — Я вынужден откланяться. Я понял, что вы хотите. Да, цена немалая, но при том, что я видел, считаю она оправдана. Однако, хотелось бы еще раз взглянуть на товар.

— Признаться, мне не приятно обсуждать свою дочь в таком формате, — вздохнул Орлов. — Все же, человек — это не товар.

— Это фигура речи, — улыбнулся Громов. — И не более того. Знаете, как у простолюдин на свадьбах говорят? У вас товар, у нас купец… или