Патрик О'Лири - Невозможная птица

– Ш-ш-ш, – прошептал Дэниел и потрепал его по руке. Почему этого вопроса нет ни в одной книге? Должна же быть хоть одна книга об этом?

– Скажи, что?

Дэниел хотел посмотреть Шону в лицо, но его глаза ещё не приспособились к темноте. Он мог только смутно различить фигуру Клиндера, стоявшего около двери. В его левой руке поблёскивал металл.

– Что ты име… – начал было Дэниел, но тут увидел, что мальчик смотрит на него снизу вверх, слушая его с доверием, или по крайней мере пытаясь доверять его словам. Должен ли, может ли он действительно ответить на этот вопрос?

– Ну… – начал он, – довольно трудно сказать…

Он увидел, как разочарование поселяется в глазах Шона. Он вспомнил, как тот сказал: «Потому что вы лжёте». Дэниел потёр поясницу и сказал:

– Боль.

Шон удовлетворённо кивнул.

– А потом?

– Я не знаю, – сказал Дэниел, прижимая его к себе. – Никто не знает.

Знаешь что, а ведь мне совершенно все равно, кто твой отец. На самом деле все равно.

– Черт, – сказал Клиндер, роясь в пижаме. – Оставил сигареты наверху.

Крик, прозвучавший очень близко. Выстрел. Стук упавшего тела. Громыхание ног, бегущих по ковру: топ-топ, топ-топ, топ-топ, топ-топ.

Дэниел смотрел на золотистую полоску света под дверью рядом с ногами Клиндера.

Тишина.

Одна тень.

Две тени. Три тени.

Потом золотистая полоска опять стала целой.

Кто-то постучал в дверь. Три раза.

Стул скрипнул, когда Дэниел соскользнул с него с Шоном на руках и скрючился за столом.

Шорох пальцев, набирающих код.

Дверь распахнулась настежь.

Столб белого света из коридора моментально ослепил Дэниела, несмотря на то, что он был в тени, в углу.

В дверь просунулся пистолет, за которым следовала полная женщина в футболке с надписью «7-Eleven», держащая его обеими руками. Её прикрывал со спины молодой парень с рыжими волосами и дробовиком. К несчастью, женщина целилась не в ту сторону. Парень шлёпал по стене рукой в поисках выключателя.

Клиндер выстрелил парню в лицо. Потом – в женщину, начавшую поворачиваться. Пистолет женщины отлетел по линолеуму в сторону и ударился о ногу Дэниела, притаившегося за столом. Дэниел чувствовал, как Шон вздрагивает при каждом выстреле.

Кто-то высунул из-за угла зеркальце, прикреплённое к линейке. Сначала низко. Потом начал поднимать его вдоль по косяку до уровня глаз. Один выстрел из пистолета Клиндера разнёс его вдребезги.

Какой-то человек сунулся внутрь.

Клиндер дважды выстрелил. Звуки сотрясали маленькую комнатку, как взрывы. После второго выстрела раздался вскрик.

Знакомый голос:

– Выходи, Клиндер.

Пауза, потом Клиндер ответил:

– Кио? Что ты здесь делаешь?

– Давай, выходи наружу.

Дэниел узнал этот голос. Агент Такахаши. Человек, который извинялся.

Клиндер издал стон разочарования.

– Ты же был моей правой рукой! – Он рылся в карманах в поисках патронов. – Как ты мог? – Он тянул время. – После всего, ради чего мы столько трудились?

– Все это кончается здесь, доктор. Давай – у тебя осталась одна пуля.

– Подойди – и ты получишь её, – провоцировал Клиндер.

– Отдай нам мальчика.

Рука Дэниела потянулась к пистолету, лежащему у его ноги.

– Его здесь нет, – сказал Клиндер.

Дэниел прошептал Шону:

– Сиди тихо.

– Он нам нужен прямо сейчас, – сказал Такахаши.

Доктор метнул взгляд в Дэниела, словно говоря: «Вот видишь!»

– Живым или мёртвым? – спросил Клиндер.

– Пойдёт и мёртвый. – Это был новый, спокойный голос: мужчина. Он произнёс это слово, подумал Дэниел. Как он сделал это?

Клиндер приподнял брови, глядя на Дэниела, как бы говоря: «Ты понял?» Он открыл патронник и пытался тихо перезарядить пистолет.

– Майк? – сказал он.

– Привет, док.

– Что ты здесь делаешь?

– Я присоединился.

– Не могу поверить, что ты настолько глуп. Чем они заманили тебя? Едой? Сексом?

– Правдой.

Дэниел слушал спокойный голос брата. Он был рад слышать его снова. И он боялся увидеть его лицо. Он произнёс его. Майк произнёс слово на букву «С».

– Правдой, – фыркнул Клиндер, перезаряжая пистолет. Два патрона. Три патрона. – Терроризм – это не правда, Майк. Это безумие.

Пять патронов. Готово.

– Но не стоит верить мне в этом на слово, – Клиндер со щелчком закрыл патронник. – Спроси своего брата, – он кивнул Дэниелу, словно говоря: «Теперь он твой».

Через секунду:

– Денни?

Через секунду:

– Привет, Майк.

– Как ты там?

– Нормально. А ты?

– Со мной все в порядке.

– Где Шон? – спросил Майк тихо.

– Иди и возьми его, – сказал Дэниел, поднимая пистолет над столом и мягко отодвигая Шона подальше к стене.

– Не надо, – прошептал Шон, словно он снова привёл его в замешательство.

Такахаши кувырком вкатился в комнату, приник к полу и выстрелил – только один раз, перед тем как Клиндер срезал его двумя пулями.

– Ублюдок! – выкрикнул он, оседая на пол. Пауза.

Потом агент рассмеялся:

– Вы не поверите, куда уходят желтокожие. Пауза.

Кио перестал дышать.

Стремительная рука скользнула в комнату и щёлкнула выключателем.

Майк стоял на пороге. Пистолет в его руке был направлен на Клиндера. Доктор попятился назад, направляя пистолет на Майка.

Майк целился в Клиндера. Клиндер целился в Майка. Дэниел целился в Майка. Кадр для Джона By[60], сказал бы Майк, Все целятся друг в друга, подумал Дэниел. Почему же никто не стреляет?

– Брось пушку, Клиндер, – сказал Майк. И тот действительно бросил свой пистолет на пол и поднял руки над головой.

– Опусти свои долбаные руки, мудак, – сказал Майк. Клиндер уронил руки. Он тяжело дышал.

– Я говорил тебе, Дэниел, – сказал доктор.

Глаза Майка скользили по куче тел в комнате. Долгое время он не отводил взгляда от агента Такахаши. Шон скорчился на полу, нервно ёрзая. Майк повернулся и направил пистолет на Дэниела.

– Брось пистолет. Дэниел твёрдо держал руку.

– Ты первый.

Словно они опять были мальчишками, играющими в полицейских и грабителей. Повисла одна из тех долгих пауз, которых никогда не увидишь в кино. Если бы это было в кино, можно было бы подумать, что кто-то забыл свою реплику.

– Где мальчик? – спросил Майк.

– Я говорил тебе! – предупреждающе сказал Клиндер, его глаза были широко раскрыты в немой мольбе.

– Отойди от стола, – сказал Майк.

– Нет, – сказал Дэниел.

Майк опустил руку, держащую пистолет.

– Какого черта, Денни. Дэниел продолжал целиться.

– Не могу поверить, что ты действительно хочешь этого.

– У меня нет выбора.

– Дэниел, – сказал Клиндер сквозь стиснутые зубы. – Давай!

– Заткнись, – сказал Майк, направляя пистолет на Клиндера. – Это не твоё дело.

– Прекрати! – крикнул Майку Дэниел.

– Что прекратить?

– Прекрати разыгрывать из себя крутого. У тебя рука дрожит.

Майк улыбнулся и фыркнул.

– У тебя тоже.

– Дэниел, – сказал Клиндер.

– Денни, послушай меня… – сказал Майк, сглатывая. – Я это умею. Обещаю тебе – это будет чистый выстрел.

Дэниел набрал воздуха в лёгкие и сказал:

– Тебе нужно кого-нибудь застрелить? Стреляй в меня!

– Нет! – сказал Клиндер.

– Стреляй в меня, ты, ублюдок ебаный! Кончай это!

Майк на мгновение лишился дара речи. Дэниел не мог припомнить, когда Майк в последний раз слышал, как он матерится.

– Я не стану стрелять в тебя, Денни.

– Ты не станешь стрелять ни в кого.

– Дэниел! – молил Клиндер. – Он хочет убить нас всех!

Майк, нахмурясь, смотрел на пистолет, дрожащий в его руке. Его лицо говорило: какого черта я здесь делаю? Он с отвращением покосился на Клиндера.

– Это не настоящая смерть, ты, лжец. Ты знаешь это.

А потом Майк закрыл рукой лицо и уронил руку, держащую пистолет.

Вся атмосфера в комнате изменилась. Она внезапно перестала быть безумной.

Я сделал это, подумал Дэниел.

Я не могу поверить, что сделал это.

Я уговорил его не делать этого!

Он засмеялся про себя. Если бы только люди чаще говорили друг с другом!

– Сынок, – сказал Клиндер. – Он убийца!

– Закрой рот, – сказал Дэниел.

– Он Корректор!

– Закрой рот! – сказал Дэниел.

– Он трахал твою…

– Закрой! Рот! — проревел Дэниел, дважды стреляя в Клиндера. – Ты говоришь о моем брате!

Тело доктора сползло на пол, тяжело распластавшись поверх тела Такахаши, как гигантский мешок с мукой. Его голова была красной.

Дэниел был поражён тем, как мало это его беспокоило.

Через некоторое время он понял, что, глядя на тело Клиндера, лежащее на полу, все ещё целится в то место, где Клиндер стоял до того. Его рука дрожала от плеча до кончиков пальцев. Он засмеялся, осознав, как нелепо это выглядит, и опустил пистолет.

Теперь речь шла только о его семье. Его брат. Шон. Он сам. Дэниел был уверен, что они смогут найти выход.