Реванш титанов. Битва за грёзы - Алексей В. Мошков

новая тема для общения, последний день перед похоронами пролетел быстро, а ночь подарила им совершенно волшебную встречу, мечтать о которой наяву они пока побаивались. Однако в иллюзиях оба полностью раскрепостились, и Медведев мысленно поставил себе еще одну звезду. Вторая ночь любви с девушкой по ту сторону грани. И он даже себе не мог дать отчета в том, какая же из двух ночей ему понравилась больше.

Поездка в морг выдалась совершенно кошмарной. Нет-нет, все происходило по регламенту, заранее расписанному ушлым агентом. Но Барни казалось, что он попал в дурную иллюзию, откуда нет выхода. Он искусал себе все губы, лишь бы хоть как-то контролировать свое состояние. Помогало, правда, это плоховато.

Осунувшееся донельзя лицо лежащего в гробу человека и усохшие пальцы, похожие на птичьи лапки, никак не могли принадлежать Степанычу, которого знал его внук. Борис держался как мог, но, увидев дедушку в зале прощаний, мгновенно расклеился и расплакался, как маленький. Впрочем, никто его не останавливал и не одергивал, даже мать, явившаяся сюда под руки с Ритой и Костей.

Уже на кладбище Медведев заметил Вована в компании очень худой девушки под темной вуалью, заправленной под черный берет. Надо же, пришел. Откуда только узнал про похороны? Ах да, он же сам ему все рассказал еще в первый день, и про кладбище выбранное тоже сболтнул, не удержался. Ладно, пусть футболист и относится к вражескому лагерю, но лично он ничего плохого Борису не сделал. Даже роскошный букет темно-бордовых роз приволок. А раз так, надо хотя бы подойти поздороваться.

— Мои соболезнования, — горестно скривился Вован. — Я ведь правильно понимаю? Именно твой дед нас тогда из этого вертепа выкинул? А сам выбраться, получается, не смог.

— Все верно, — подтвердил Барни, гадая, почему его до сих пор не представили костлявой спутнице Вована и зачем эта дамочка поперлась в разгар жаркого дня на кладбище, раз ей отчетливо нехорошо.

Она так вцепилась в локоть мужчины, что со стороны казалось: она просто висит на нем, и не будь этой опоры, тут же рухнет на колени или скатится в обморок.

— Я же говорила, — произнесла она, обращаясь к Вовану. — А ты заладил: сиди дома! Нельзя такое пропустить. Мы ведь ему жизнью обязаны. Ему и Барни. Поэтому надо его проводить по-человечески. Он это сто раз заслужил!

— Машенька, я просто боюсь за тебя. Но ты ведь все равно меня переспорила, и мы с тобой уже здесь, так о чем разговор?

— Мэг? — осторожно осведомился Медведев. — Это ты?!

— Она самая, — подтвердила незнакомка, мало чем напоминающая девушку из иллюзий, которая во многом и открыла для него прелесть пребывания по ту сторону яви.

— Ты вышла из комы?!

— Это ты меня оттуда вытащил, практически за шкирку, — хмыкнула она, и только вот по этой кривой ухмылке, которую ни с чем нельзя было спутать, Борис наконец-то окончательно уверился, что это именно она. — Очухалась на больничной койке, к всеобщему изумлению эскулапов, которые только-только планировали поставить надо мной очередной эксперимент. А еще через полдня меня нашли, — кивнула она на Вована. — И тут начались разборки самого высокого уровня, потому что я оставаться в палате не хотела просто категорически, Вова меня в этом желании полностью поддерживал, а вот тамошнему люду было жалко в одночасье лишиться своей любимой лабораторной мышки. Но в итоге, как видишь, мы победили и я на свободе.

— Вы, кстати, в курсе, что ваше начальство совсем берега потеряло? — не удержался от вопроса Медведев. — На днях попытались матери внушить, что мой младший брат помирает, денег на операцию просит. И угадайте с трех раз, откуда я должен их взять и как с этим монтируется обещанная мне безлимитная карточка?

— Во-первых, у меня из начальников только тренер, — набычился Вован. — И то я его регулярно с петровским загибом посылаю, когда он меня придирками достает. А во-вторых, они там что, совсем с головами набекрень бегают из-за этих титанов? Короче, надо все хорошенько обмозговать. Сегодня, я так понимаю, тебе не до этого будет?

— Почему же? Давай сразу после поминок. Разумеется, вы на них тоже идете.

— Договорились! — веско заключил Вован и от души пожал руку Бориса, так что тот еле удержался, чтоб не скривиться. Силушкой футболист обижен не был.

Глава одиннадцатая

Ты не один

На импровизированном военном совете, помимо самого Барни, Вована и Мэг, оказались еще и Женечка, а также Ляпушины, чего Медведев совсем уж не ожидал. Но выпроваживать друзей из дома он счел в корне неправильным, поэтому пришлось прочитать им импровизированную вводную лекцию о снах. Благо это было нетрудно, после того как он буквально несколько дней назад проводил ликбез по этой теме для Жени.

— Ого! — восхищенно произнесла Аня. — Значит, тогда на фестивале мы все видели сон, который ты для нас придумал!

— Типа того, — кивнул Борис, польщенный тем, как именно это было сказано.

— Я бы решил, что ты гонишь, — добавил Славик, — но, похоже, ты и впрямь можешь такие штуки проворачивать.

Ляпушин поцеловал жену в щеку.

— Так что, если от нас будет хоть малейший толк, поможем тебе во всем.

Барни оглядел гостей, рассевшихся вокруг стола, который ради такого случая пришлось выдвинуть на середину кухни. Как-то непривычно было ощущать себя вожаком, да еще предлагать план действий. Раньше он бы сказал, что хочет только одного: чтобы от него все отстали. Но теперь, после смерти Степаныча, Медведев всерьез планировал наказать тех, кто заманил его в ловушку, чтобы им впредь неповадно было лезть к людям с утопическими идеями. Но для этого требовалось сначала кое-что разузнать…

— Я вот одного не понимаю. Как сонное сообщество вообще меня нашло?

Мэг и Вован переглянулись.

— Мы и сами не до конца все тонкости знаем, — начал футболист. — Но искали тебя долго, года два минимум. Я бы даже сказал, землю носом рыли.

— Нестыковка, — заметил Борис. — Два года назад я в этом плане из себя ничего еще не представлял.

— Зато твой дед был неимоверно крут, — вздохнула Мэг.

— Хочешь сказать, нас с ним перепутали?

— Вполне вероятно, — поразмыслив, допустил Вован. — Я краем уха слышал полгода назад примерно, как Игорь распекал по телефону частного детектива за то, что тот не может собрать о человеке элементарные сведения.

— Стоп! — замотал головой Медведев. — Так вы, значит, и обычными методами разведки не брезгуете, коль частных детективов к делу привлекаете?

— Друже, давай еще раз, — насупился Вован. — Мы с Машенькой к той братии отношение имели лишь постольку-поскольку. И они нам не