Виктор Моключенко - Слияние Граней

- Признаться, не ожидал что мою кандидатуру утвердят. По крайней мере так быстро.

- Напрасно, процедура рассмотрения предельно упрощена. Мы заинтересованы в широком сотрудничестве и обмене опытом. Как только найдется встречный специалист, милости просим. Разумеется, пройдя процедуру биосканирования для адаптации.

- Это колокольчик на шею, что ли? - улыбнулся Логинов.

- Также вакцинация. Ваш иммунитет может быть восприимчив к некоторым штаммам вирусов, которых у вас не было. В случае заболевания или несчастного случая будет оказана своевременная бесплатная помощь, но лучше предупредить. Это для вашей безопасности, но вы можете отказаться. Касаемо колокольчика, так и есть, чтобы не потерялись. Наш мир связан Кольцевыми станциями сделавшими доступными любой уголок, и с непривычки можете потеряться.

- А если я вдруг захочу остаться и просто сбегу?

- Были и такие случаи, но гостей находили и отправляли домой, с ними разбирались ваши власти, мы лишь просили, чтобы наказание было не слишком суровым. Мы делимся достижениями, но не хотим заменить одно человечество другим.

Часть третья

Обмануть змия

- Пролог - 

Скоротечна южная ночь. Огромные как маслины звезды мерцали на предутреннем сереющем небе. До рассвета еще долго, пробирало до кости, лишь лохмотья спасали от холода. Согбенная человеческая фигура у камня шептала последние прощания. Тьму прорезал дрожащий огонек, приблизился гудящей толпой, когда коптящий факел поднесли ввысь оборванцы на земле заворочались и схватились на ноги. Подталкиваемая грубой рукой худощавая фигура вылетела в толпу оборванцев повиснув на руках.

- Радуйся, раввуни.

- Берите его - раздался голос стражника в кожаных доспехах с металлическими набивками.

 Несколько кинулось брать того, кого назвали раввуни, принявшись заламывать руки. Оборванцы словно встрепенулись, один с истошным криком выхватил нож и кинулся в горло, но поскользнулся и лезвие черкануло стражника по уху.

- Хватит крови, спрячьте мечи, се час тьмы.

- Да сейчас – отрезал чей-то громкий голос, заставив растерянных пленением предводителя подпрыгнуть, а стражу обнажить короткие гладиусы.

- 01 -

Тьму прорезали слепящие вспышки, высветив кривые маслины, заставив рухнуть в ужасе наземь, прикрывая глаза руками.

- В бога душу мать! Говорил же, сад кишит вышними, а вы история, история. Они же и сдали его на казнь.

Любопытство сильнее страха, сквозь пальцы были видны огненные исполины метающие молнии, от которых покрученные узловатые маслины разлетались белесым пеплом.

- Бери мессию, он подавлен Гефсиманской молитвой.

Высокая, окутанная в пламень фигура, подошла к распростертым в благоговении ниц и поставила раввуни на ноги.

Снова раздалось вспышки куда сильнее прежнего, будучи видны даже со стороны темнеющей кляксы города. Одна из фигур подошла ближе, взглянула в спокойные, слегка растерянные глаза раввуни, и обращаясь к остальным кратко произнесла.

- Встать.

Лежащих будто вздернули вверх, и они, жалкие и испуганные, косились на исполинскую, словно из ожившего камня, фигуру.

- Значит так, товарищи жиды. Внемлите и запоминайте - все что рек сей, есть истина святая, ибо Он есть Сын Божий. Всякого косо на него смотрящего будем воспитывать круто и сурово. Ясно?

Ясно было или нет, но все согласно закивали головами, боясь даже вздохнуть.

- Ты хоть соображаешь - прошептал по-русски другой - как дико звучит твоя речь на арамейском?

- Мне фиолетово. Вышним можно кроить нашу историю, а мне нет? Да, счаз - и добавил по-арамейски - Объявляю второе пришествие и каждому по делам его. Запоминайте, вторично повторять не буду. Иуда, иди сюда, разговор есть.

Дрожащий как лист, тощий Иуда из Кириафа подошел к огненному мужу, тот перестал вергать дым спрятав окурок в карман.

- Вот из-за таких как ты вся история вкривь и вкось. Да не трясись, не трясись, не меня надо бояться, а тех, кто подбил на это дело. А знаешь ли ты, рака, что они тебя потом повесить собрались? Не знал, ну так знай, это судьба всех предателей. Так, товарищи стражники, ведите нас во дворец к Каифе, будем устраивать евреям ответный коммунизм.

- Простите, мне нужно готовиться к казни - неожиданно подал голос раввуни -  земля и небо пройдет, а ни одно из слов моих...

- Хватит - прервал исполин - давай без фанатизма. Ну распнут тебя, ну воскреснешь и что, много измениться, покуда миром будет вертеть Изгнанник? Присмотрись, ничего не напоминает?

Исполин наклонился к мессии и тот посмотрев в его лицо изумился.

- Нам надоело тебя ждать, и мы пришли сами. Все что ты задумал, свершилось. Очень непросто, через пень-колоду, но свершилось. Так что распятие отменяется, нам пора самим вершить свою судьбу. Эй, чего стали, любезные, тронулись.

Окрестности Иерусалима вымерли, всякий видевший молненный взблеск на Елеонской горе спешил спрятаться поглубже в глинобитные хибары, заслоняя лице руками и не видеть, как по узким пыльным улочкам шествует небесный огонь. Дворец первосвященника выглядел скромнее чем на реконструкции, но имел толстые стены, помешавшие видеть творившееся на горе. Огненный муж довольно скромно постучал в ворота, и услышав в ответ угрозы и ругань, ибо ждали совсем не их, взмахом руки вынес внутрь и расправил плечи оглядывая двор.

- Первым идет Каифа! Каифа, я сказал! Не идет? Ну мы люди не гордые, сами войдем. Дружинники, оцепить дворец и что бы ни одна собака не выскользнула и не вошла. Ферштейн? То-то мужички, это вам не юродивых брать.

Новообращенные стражники сияя диким фанатизмом в глазах, имея поддержку элоимов были готовы по первому приказу вырезать весь римский манипул и маму с папой в придачу. Пророки были правы - мессия явился во славе огненной и кивни сейчас, притащили бы и Каифу и прочих первосвященников. Явленое чудо, умноженное на силу, быстро меняет приоритеты и идеалы. Первосвященники народа иудейского успели сообразить, что-то пошло не так, поскольку ворота разметало на щепки с громким треском и не услышать это мог только глухой, увидев подсудимого побагровели от негодования, но едва шагнул огненный исполин тут же поблекли и бухнулся вместе со всеми ниц.

- Ты, Господи, садись на престол, ибо дана тебе всякая власть на земле и на небе, и над духами огненными.

Мессия нахмурился, он все еще был в ожидании смерти и не ждал такой разительной перемены сюжета, но сел, разглядывая трепещущих у ног первосвященников. Брама (ну а кто другой имел подобное неуважение к религиозности?) немного приглушил сияние Божьей Славы и зычным голосом приказал подняться.

- Сей, готовимый вами на заклание, есть Сын Божий, милосердный и непреклонный. Сердца ваши погрязли в распутстве и гордости, забыв заветы пророков, ну и так далее и тому подобное. Сделать им обрезание по самую шею, Господи?

Дрожащие первосвященники встали, они были предельно испуганы и видом измазанного в кровь преступника, неожиданно оказавшегося обещанным мессией, и тем более огненного элоима. Они ни разу не видели воплощение Божией силы, но улыбалось оно совсем недобро, заставляя сердце убегать в пятки и лихорадочно перебирать прегрешения и оправдания.

- Поступайте так, как хотите, что бы и с вами поступали. Усвойте это малое, и будите прощены и иметь награду на небесах.

Первосвященник Анна подобострастно закивал, проповеди мессии ему были в печенках, но сейчас могут снять голову, ждет их кара лютая и на этом свете, и тем более на том.

- Анна, Каифа, скоро Пасха Господня. Откройте утром храм и раздайте все что имеете беднякам и вдовам.

- Давно пора реформы вводить, развели шиш за грош, нищий и убогий для них как пес смердящий. Вам за это Бог подаст.

- Как Бог, если все что имеем отдадим, на что жить будем?

Брама махнул рукой и прямо перед Анной оказался туго набитый золотом кошель.

- Вопросы есть? Вопросов нет. Исполняйте, я стражу небесную приставлю, ибо искренность ваша под сомнением. Надеюсь, не надо напоминать, что вы принародно должны признать сего Иисуса из Назарета Сыном Божиим? Если забыли, то напомню.

Первосвященники гурьбой вывалились в двери, а нежданный мессия сидел в глубокой задумчивости.

- Не рано ли объявлять меня царем иудейским? Мне нужно пострадать за грехи людские и воскреснуть третьего дня.

- Господи, ты как и Лист с прибабахом. Тот тоже норовил пострадать. А знаешь сколько из-за тебя пострадало, из-за слов от имени твоего вкривь и вкось трактованных? Из слов простых и понятных, вышние, переплюнувшие в лицемерии даже Изгнанника, сделали ярмо для духа и сердца людского? Это преисполнило меру совести и нам пришлось призвать небо к ответу. Тех, кто им прикрывался пожиная жатву кровавую, пока в отчем доме не нашлись подобные тебе. Не помирать нужно, а совершать царствие божие тут и сейчас, не откладывая на потом. Ибо ты до вечери не знал, что Иуда предаст тебя, откуда же знать во что вывернут твою смерть для человечества вышние?