Алекс Змаев - Песок под солнцем

Безучастно наблюдаю, как наманикюренные пальчики сминают картонный стакан.

— Ребята, это срочно? Сколько еще я могу на нее пялиться и молчать?

— Извини Мих, уже ухожу.

Бри все-таки не выдерживает и отводит взгляд. Вовремя. «Немая сцена» и коши здорово помогли мне справиться с изумлением.

— Ты хотела рассказать о поездке на остров?

— Что? А, да, — она берет себя в руки, и становится чрезвычайно серьезной молодой особой, занятой важным делом. Достает из сумочки бумаги и пластиковую карточку, протягивает мне:

— Сначала вот. Папа написал для тебя приглашение на практику. Это в ваш деканат. А вот это — студенческий пропуск на остров и в гостевую часть посольства кошратов. В ближайшую неделю у папы дежурство и он все время будет там. Спросишь Романа, помощника посла.

Хлопает замком сумки, берет со стола второй стакан коктейля и, не пользуясь трубочкой, выпивает залпом половину. Смотрит сейчас совсем по-другому, даже пытается улыбнуться:

— Не пугай меня больше такими взглядами, пожалуйста. Нам все-таки вместе работать.

— Конечно. Не передумала?

Мой подслушанный у нее деловой тон несколько успокоил девушку. По крайней мере, бледность с лица сошла.

— Нет. Мне нужно. Ну и потом… Хотя, давай все-таки по порядку.

Бри потребовалось еще пару минут, чтобы успокоиться. Я не перебивал ее и не «пугал взглядами». Коктейль за это время был допит окончательно. Наконец, она достала из сумочки зеркальце, заглянула в него, убрала, вздохнула и продолжала:

— Поселок на острове мне не понравился. Одинаковые домики, узкие улочки, пустота и заброшенность. Хоть и чисто, но не живая чистота, а как в давно запертой комнате. Это, конечно, мои личные вкусы и впечатления, только я не знаю, чем можно было бы привлечь кошей в любой из них. А дальше по берегу нашлась чудесная вилла в историческом стиле. Но она не продается.

— А аренда возможна?

— Возможна. Собственно, хозяйка мне сама предложила аренду. Правда, на необычных условиях. Первое — не делать существенных изменений в дизайне и архитектуре… — я сделал жест, мол, что же тут необычного? Она продолжала:

— Это условие как раз понятно. Там не вилла, а настоящий музейный экспонат из прежних времен.

— Ух ты! Классно!

— Рафа, не отвлекай.

— … и портить его, конечно, не разрешат. А вот остальные два условия я не понимаю. Второе — аренда не менее чем на пять лет. Третье — делать все своими руками, и не нанимать никаких работников.

— И зачем такое?

— Не знаю. Может, тебе какие мысли в голову придут.

— Мысли…

— … Ребята, есть мысли?

— Ерунда какая-то. Вот разве что… Багир, ты искал в сети информацию на Бри? А если поискать про эту виллу и ее хозяйку?

— Запросто. Только как ее зовут?

— Бри, а как зовут эту странную даму?

— «Странную даму»? — она снова делает попытку улыбнуться. — Да уж, ты спросил. В самую точку. Слышал что-нибудь про Эрканов?

— Багир, это кто такие?

— … ага, вот. «Клан Эркан-Беним контролирует предприятия по добыче и переработке цветных металлов и редкоземельных элементов на Основе на протяжении двух столетий. В течение большей части этого периода — монопольно. Последние несколько десятилетий клан Эркан-Беним считается несуществующим, однако наследники по-прежнему держат в руках контрольные пакеты акций всех профильных корпораций.» Неслабо! Мих, выспроси у девушки все, что она знает.

— Э-э… Эркан… Платина, молибден, вольфрам, — вроде бы как-то связаны с именем. Подробнее не помню.

— «Связаны», — по лицу ее ничего не прочтешь, но в голосе слышится опаска: я для нее выгляжу каким-то мальчиком-тормозом, и одновременно признание моей «эрудиции». — Точнее, владеют всем, что с ними связано. Так вот, хозяйку зовут Лавиния Элизабет-Констанциевна Эркан. В прежние годы была главой клана. А вилла «Русалка» — их старое владение.

— Багир, эта Лавиния была раньше главой клана. Что это нам дает?

— Очевидно, в деньгах она не нуждается. Значит, вы, ребята, ей нужны для чего-то другого. Отсюда понятны и длительный срок аренды и требование отсутствия наемных работников, то есть посторонних. «Чистота эксперимента». Понять бы еще какого.

— А может, ей нужны не ребята, а мы? Отель-то «для кошратов».

— Может быть. Как думаешь, Мих?

Проверяю.

— А как хозяйка отнеслась к тому, что в ее доме будут гостить коши?

— Коши? — Бри задумалась, припоминая. — Кажется, никак. Не заинтересовалась.

— Но ты ее предупредила об этом?

— Да. Я рассказала про твой диплом. Она покивала, но ничего не спрашивала.

— И не спросила, почему мы думаем, что коши придут?

— Нет. Она, как мне показалось, вообще не поверила в нашу затею. Но ей вроде бы все равно.

— Багир, получается, дело все-таки не в вас. Хотя не понимаю — она не верит в успех этого отельного бизнеса, но тем не менее сдает виллу.

— Я думаю, старушка решила, будто это у вас с Бри игра такая, в бизнес. Как это у людей сейчас принято. В этом случае успех — удовольствие игроков.

— В ее среде такие игры вполне могут быть обычными.

— Мальчики, заметьте, сейчас она сама игру затевает. С Михом и Бри в качестве фишек. Насколько опасно для нас в нее вступать?

— Ты неверно расставляешь акценты, Рафа. Мы уже в игре. И надо решить, что лучше: оставаться или выходить. Я за то, чтобы остаться. Уж больно любопытно все выглядит. Да, я посмотрел еще и по нашей базе. В ней есть пометка — пятнадцать лет назад Лавиния обращалась к Теодрану с предложением встречи. Тема — покупка технологий. Теодран отказал. Надо будет у него спросить, почему.

— Хорошо, играем. Только осторожнее, Мих. Пожалуйста.

— Мих! Ты уснул?

— А? Извини, Бри; задумался.

Снова этот испуганный взгляд. Но голосок уже живой и быстрый:

— И что надумал? Соглашаемся на предложение Лавинии? Деньги твои, тебе решать.

— Соглашаемся.

Мне показалось, или она вздохнула?

— Тогда зайди к ней, когда будешь на острове. Заодно и виллу посмотришь.

— Как я могу встретиться с помощником посла Романом?

— А вы к нему по какому вопросу?

— Я его студент. На практике.

— Минуточку подождите, сейчас выясню… — секретарь неслышно исчез за дверью, и бесшумно вернулся спустя минуту. — Сейчас, по всей видимости, никак — он занят с кошратами.

— Мих, приветствую. Это я Романа держу. Попробуй пробиться, может получиться интересно.

— Привет, Багир. Я попробую, но если не выйдет, ты его отпусти.

— Дело в том, что Роман ждет меня. Вы не могли бы передать ему, что я здесь? А дальше пускай сам решает.

— Хорошо. Ему сообщат, — конторский работник сама невозмутимость.

Сижу в кресле, пялюсь на часы на стене. Больше задержать взгляд негде. Холодно, пусто.

— Багир, что там у тебя? Мне обещали передать информацию для Романа.

— Да вот, какой-то мальчик бежит. Попробую вмешаться.

Сижу еще минут десять. Появляется посыльный, похоже, тот самый «мальчик», о котором говорил Багир.

— Студент Михаил?

— Да.

— Роман приглашает вас пройти на территорию кошратов, — торжественно провозгласил он. Оглядел меня с ног до головы и, по всей вероятности, остался не слишком доволен увиденным. — Вы когда-нибудь с кошратами встречались? Правила знаете?

— Встречался, а вот правил не знаю. Особые какие-то?

— Конечно, особые! Они же не люди… Впрочем, подробно вам Роман расскажет, раз вы его студент. А пока прошу запомнить три момента. Там с Романом молодой кошрат. Так что имейте в виду: в глаза — не смотреть. Подходя, поклониться. За шесть шагов. Первому не заговаривать.

— Экие у вас строгости.

— У нас Михаил, у нас, — он необычайно важен. Да, посольские все такие. — Мы здесь поддерживаем честь Основы!

— Да понял я уже, понял.

Короткая улочка из десятка домиков упиралась в бетонный забор, за которым высилась туманная полусфера защиты. Сразу за проходной стало понятно, что купол вовсе не опирается на забор, как казалось издали, а поднимается прямо из земли в полуметре за ним. Над тем местом, где пешеходная тропинка скрывалась под краем купола, из глубины тумана всплывали радужные разводы, намечая вход. Мой провожатый шагает прямо в туманно-радужное марево, я следом. Миг белой слепоты… и прямо в ушах прозвучало:

— Пришел-таки, — останавливаюсь, оглядываюсь. Вокруг никого нет. Где-то я уже слышал подобный неживой голос. Вот только где?

Идущий со мной парень, похоже, не слышал ничего и бодро топает дальше по тропинке. Оглядываюсь на купол. Изнутри он прозрачен и почти невидим, отмечен только легким дрожанием воздуха. Тропинка идет к небольшому одноэтажному дому привычного для людей вида, а дальше за ним виднеется несколько сооружений, по форме напоминающих капли какой-то густой полупрозрачной зеленой массы, упавшие на поверхность стола и частично слившиеся между собой. Зеленая поверхность похожа на стекло. Вспоминая комнату Рафы, прихожу к выводу, что где-то там должны быть окна, но снаружи этого совершенно не видно.