Майкл Суэнвик - Лето с трицератопсами

После всего этого я пошел в банк и перезаложил дом.

У меня ушло некоторое время на то, чтобы убедить Арта Летурно в серьезности моих намерений. Я вел с ним дела довольно долго, и он знал, как я отношусь к долгам. К тому же я очень уклончиво говорил о том, для чего мне потребовались деньги. В итоге он начал подозревать, что у меня что-то вроде запоздалого кризиса среднего возраста. Но документы были оформлены на мое имя, и цены на недвижимость в наших краях резко шли вверх, так что в итоге сделка состоялась.

По дороге домой я посетил ювелирный магазин и цветочную лавку.

Глаза Делии широко распахнулись, когда она увидела цветы, и сузились до размера камня в кольце. Она выглядела совсем не так, как, по моему мнению, должна была бы выглядеть.

— Надеюсь, новости хорошие, — сказала она.

Тогда я уселся за кухонный стол и рассказал ей все. Когда я закончил, Делия долго молчала, как молчал утром я. сам.

— И сколько времени у нас есть? — спросила она наконец.

— Три месяца, если повезет. Десять недель наверняка, так сказал Эверетт.

— Ты ему веришь?

— Похоже, он знал, о чем говорил.

Если я и обладаю какой-нибудь способностью, так это способностью верно оценивать людей, и Делия это знала. Когда Грета только въехала в отремонтированный сарай по соседству, яс самого начала сказал, что ужиться с ней будет непросто. И это произошло еще до того, как она засыпала всю траву на своем участке тремя видами разноцветной мульчи или начала вдруг ни с того ни с сего возмущаться, будто я оставляю свой фургон на подъездной дорожке.

Делия на некоторое время задумалась, хмурясь так, как она хмурилась всегда, сосредоточиваясь на чем-то, затем улыбнулась. Это была неуверенная, почти незаметная улыбка, но все-таки улыбка.

— Что ж, я всегда мечтала о том, чтобы мы смогли позволить себе первоклассный отпуск.

Я был рад услышать от нее эти слова, потому что именно в этом направлении двигались мои собственные мысли. И обрадовался еще больше, когда она всплеснула руками и воскликнула:

— Я поеду в «Диснейуорлд»!

— Черт, — сказал я, — да у нас столько денег, что мы можем поехать в «Диснейуорлд», «Диснейленд» и в «Евродисней» сразу. Кажется, что-то подобное есть еще и в Японии.

Тут мы оба расхохотались, Делия стащила меня со стула, и мы заплясали по кухне, все еще немного напуганные всем этим, но по большей части взволнованные и счастливые, как дети.

На следующее утро мы собирались поспать подольше, но от закоренелой привычки сложно избавиться, к тому же Делия чувствовала себя обязанной предупредить об уходе и отработать в свадебном салоне еще неделю. Так что, когда она уехала, я отправился на поиски трицератопсов.

Но вместо них обнаружил Эверетта, стоящего у дороги с поднятым большим пальцем.

Я притормозил.

— В институте не нашлось никого, кто смог бы тебе пригнать машину? — спросил я, пока мы снова ехали вместе.

— До института машина не добралась, — ответил он угрюмо. — Эта женщина, которая вчера была с тобой, заехала на ней в кювет, сорвала сцепление и помяла корпус. Она заявила, что не попала бы в аварию, если бы мои динозавры не вывели ее из себя. Потом она бросила трубку. Я недавно на этой работе. У меня денег не хватит на новую машину.

— Возьми напрокат, — посоветовал я. — Расплатишься кредиткой и будешь выплачивать какой-то минимум следующие два-три месяца.

— Мне это как-то в голову не приходило.

Мы какое-то время ехали молча, потом я спросил:

— А как она умудрилась найти тебя?

Грета уехала раньше, чем он успел представиться.

— Она позвонила в институт и спросила о парне с кошмарными волосами. Ей там дали мой домашний номер телефона.

Парковаться на стоянке перед Институтом передовой физики можно было только по карточкам, поэтому я высадил Эверетта на обочине.

— Спасибо, что никому не сказал, — произнес он, выбираясь из машины. — О том… Ну, ты понимаешь.

— Мне показалось, что так будет разумнее всего.

Он пошел прочь, потом внезапно развернулся и спросил:

— А у меня в самом деле настолько кошмарные волосы?

— Ничего такого, с чем не справился бы парикмахер, — сказал я.

До института мы ехали по главной трассе. Обратно я двинул в объезд, через фермы. Добравшись до того места, где мы видели трицератопсов, я подумал, что там произошла авария — столько автомобилей стояло по обочинам дороги. Но оказалось, что это в основном зеваки и телевизионщики. Значит, стадо ушло недалеко. По всей дороге были выставлены телекамеры, а перед ними суетилось множество хорошеньких молодых женщин с беспроводными микрофонами в руках.

Я подъехал ближе, чтобы посмотреть. Один трицератопс подошел к самому ограждению и щипал там высокую траву. Судя по всему, он нисколько не боялся людей, наверное, потому, что в его времена млекопитающие никогда не вырастали крупнее барсука. Я подошел поближе и похлопал его по спине, которая оказалась твердой, бугристой и теплой. Главное во всем этом было тепло. Благодаря ему ощущение приобретало реальность.

Ко мне подошла тележурналистка, за ней — оператор.

— У вас совершенно счастливый вид, — заметила журналистка.

— Что ж, я всегда мечтал увидеть настоящего живого динозавра, — сказал я, повернувшись к ней лицом, но все еще держа руку на воротнике животины. — Надо сказать, тут есть на что поглядеть. Они не умнее коров, зато наблюдать за ними гораздо интереснее.

Она задала мне несколько вопросов, и я постарался ответить на них как можно лучше. Потом, после того как съемка завершилась, она достала блокнот, записала мою фамилию и спросила, чем я занимаюсь. Я сказал, что вообще-то я подрядчик, но когда-то работал на молочной ферме. Кажется, это ей понравилось.

Я еще немного посмотрел, потом поехал в Берлингтон забрать книгу. Магазин был еще закрыт, но Рэнди открыл мне, когда я постучал.

— Ах ты негодяй! — воскликнул он, запирая за мной дверь. — Ты хоть представляешь, за сколько я мог ее продать? Тут у меня был один чужак, — я понял, что он имеет в виду кого-то из штата Нью-Йорк или, может быть, Нью-Гемпшир, — так он предлагал мне за эту книгу две сотни. И я мог бы получить еще больше, если бы мне было что дать ему взамен!

— Я твой должник, — сказал я и заплатил ему бумажными банкнотами. Он скинул с суммы налог, но удержал пять центов. — А ты уже ездил смотреть на них? — спросил я.

— Ты спятил? Тысячи людей едут в наш штат, чтобы взглянуть на этих тварей. Там будет настоящий сумасшедший дом!

— Мне показалось, что дороги несколько перегружены. Но все не настолько плохо, как ты думаешь.

— Еще слишком рано. Вот подожди немного.

Рэнди оказался прав. К вечеру образовалась такая пробка, что Делия добиралась до дому лишний час. Когда она приехала, в духовке подогревалась запеканка, а на кухонном столе передо мной лежала книга.

— У самцов более длинные, направленные вверх рога, тогда как у самок рога короче и обращены скорее вперед, — сообщил я Делии. — Кроме того, самцы крупнее самок, но самки превосходят их численностью в соотношении две к одному.

Я, улыбаясь, откинулся на стуле.

— Две к одному. Только представь себе! Делия толкнула меня:

— Дай-ка посмотреть!

Я протянул ей книгу, и это напомнило мне те времена, когда мы только поженились и ходили изучать повадки птиц. До того, как у нас появилась куча дел. Потом позвонила подруга Делии, Марта, и сказала, чтобы мы срочно включали Третий канал. Мы включили, и там я говорил свое «не умнее коров».

— Так ты, значит, теперь еще и фермер? — спросила Делия, когда сюжет подошел к концу.

— Я совсем не то говорил. Она все свалила в одну кучу. Кстати, смотри, что у меня есть. — Днем я успел побывать в трех разных туристических агентствах. И вот теперь разложил перед ней проспекты: Париж, Дубай, Рим, Австралия, Рио-де-Жанейро, Марокко. И даже «Диснейуорлд». Я брал все, что казалось мне интересным. — Выбирай, и завтра мы будем уже там.

Делия казалась смущенной.

— В чем дело? — удивился я.

— Ты же знаешь, в июне у нас горячие деньки. Столько юных невест. Франческа уговорила меня остаться до конца месяца.

— Но…

— Это не так уж долго, — сказала она.

Пару дней это было похоже на Вудсток, чемпионат Национальной футбольной лиги и Мировую серию по бейсболу, вместе взятые, дороги между штатами превратились в сплошную пробку, попытка добраться куда-либо могла стоить жизни. И тогда губернатор вызвал Национальную гвардию, и военные оцепили округ Читтенден, так что приходилось предъявлять удостоверение личности, чтобы выехать и вернуться обратно. К этому времени динозавры разбились на небольшие группки. Потом дюжину или две отловили и отправили в зоопарки разных штатов, где увидеть их было проще. Так что все вернулось на круги своя, более или менее.