СССР 2061 - СССР-2061. Том-8

— Не знаем, — тут же ответил Пашка.

— Неужели? — хитро сощурилась Светка. — Может, скажешь, что и этого никогда не видел?

Девочка нажала заранее подготовленный файл у себя в планшете и на доске появилась знаменитая, имеющаяся в любом учебнике истории, фотография. Имена героев, изображённых на ней, были известны всем в классе, просто Светке запрещалось хвастать, и все думали что однофамильцы. Однако сегодня был повод рассказать семейную легенду, и девочка не могла им не воспользоваться.

Светкину бабушку сбили в небе над Вашингтоном. Как она оказалась в отряде, который поднимал красное знамя над американским рейхстагом Наталья Белова и сама не сумела ответить. Но факт оставался фактом и фото семи бойцов на крыше Капитолия имеются не только в учебниках истории. Его видел весь мир! Шестеро мужчин в форме ВДВ и девчонка с косичками в порванном лётном комбинезоне.

За тот случай лейтенант Наталья Белова и получила свою первую медаль. И не только её. Звёзды Героев Советского Союза им всем тогда тоже дали.

Дети смотрели на одноклассницу и не могли поверить. Как?! Как они сразу не догадались?! Ведь сходство с бабушкой на фотографии было абсолютно очевидно.

— А почему тут одно пустое место? — спросил всё тот же Пашка, когда стальная шкатулка вернулась к нему.

— Для пятой медали, — ответила девочка.

— И где она?

— Пока нет. Когда мы улетали на Марс, бабушка подарила мне эту шкатулку. И ещё взяла обещание, что следующая медаль будет моей.

Затем ученица отложила в сторону свой планшет, встала перед классом, подняла руку в приветствии и очень серьёзно произнесла:

— Я, юная пионерка Светлана Белова, перед лицом своих товарищей торжественно клянусь выполнить данное бабушке обещание. Когда закончу школу, поступлю в военно-космический флот СССР и сделаю всё от меня зависящее, чтобы не посрамить славных предков и заслужить такую же медаль.

Класс замер в молчании. Такими клятвами просто так не разбрасывались. Затянувшуюся паузу нарушила учительница:

— Белова! У СССР нет военно-космического флота.

— Марья Петровна, я учусь только в пятом классе, — чуть ли ни со снисхождением ко взрослой непонимающей простейших вещей ответила девочка. — До окончания школы – целая вечность. Конечно же, к тому времени построят.

— Но у СССР нет врагов, для защиты от которых нужно строить космический флот, — попыталась убедить свою ученицу классная руководительница.

— Враги будут всегда! — твёрдо ответила девочка. — И отвага будет всегда!

Потом задумалась и добавила:

— Я читала историю. Когда в прошлый раз разваливали Советский Союз, тоже рассказывали, что у него нет врагов.

Светка тогда много чего ещё наговорила и теперь сидела перед кабинетом директора. Но на этот раз не собиралась ни раскаиваться, ни брать своих слов обратно. А уж клятву тем более. Девочка твёрдо верила в светлое будущее и была готова за него сражаться. Значит, у будущего имелись неплохие шансы.

Лукина Виктория

Всему своё время (209)

Бледное Солнце оторвалось от линии горизонта. Как и четыре миллиарда лет назад, в его лучах загорелись красноватыми мазками сотни кратеров. Небо зарделось оранжево-розовым цветом, и лишь вокруг самого диска набирал силу голубовато-фиолетовый ореол. Равнина, лоскутом гофрированного шёлка, распласталась у подножия горы Олимп, устремлённой вверх на двадцать семь километров, — самой высокой во всей солнечной системе. Заискрились полярные ледниковые шапки, вздохнули вулканы, а тончайший снежный наст от нахлынувшего тепла испарился легкой дымкой.

Марс просыпался, и зеленоватой рассветной звёздочкой подмигивала ему далёкая планета Земля.

По безжизненной пустыне закружили пылевые вихри. Один из них, крутящейся воронкой добрался до обитаемой зоны и взорвался у её границы красно-черным конфетти. Ударившись об ограждение, все они рассыпались на морозном воздухе в снежную пыль, и только один сумел проникнуть в грунт и спустя время со скрежетом пробурил в стене крошечное сквозное отверстие. Очутившись в пункте назначения, «лазутчик» перевернулся на свою выпуклую спинку и поджал лапки.

* * *

Столица Марсква, пробуждаясь ото сна, напоминала сказочный мир под сверкающим, словно гигантский мыльный пузырь, климатическим куполом. Солнечные батареи на крышах домов-сфер перемежались оранжереями и сонно крутящимися флюгерами. Мириады ярких невиданных цветов, с чувствительными тычинками-антеннами и веерами зеркальных листьев, разворачивались к Солнцу в почтительном поклоне.

Неподвижные проспекты и бегущие тротуары умылись брызгами поливальных вертушек, над центральной площадью, под парящими в воздухе торами автомагистралей, кружилась стая полиэтиленовых белоснежных голубей, а из невидимых динамиков лилось:

«Союз нерушимых республик свободных…»

На перекрёстке улиц Космонавтов и Энтузиастов, в доме номер 12345, утро заблестело глянцем на белоснежном полу, пригрелось в мягком ворсе ковра-поляны, заиграло золотистыми прожилками на гранях стен-трансформеров из оргстекла.

Электронный лабрадор Фобос, виляя хвостом и приговаривая «завтракать пора» запрыгнул на хозяйскую кровать.

— Фоб, я же тебя заряжал вечером, какой ты обжора, — светловолосый парнишка потрепал пса за уши и, вставив его хвост в зарядное устройство, выставил программу: «Кролик, запечённый с овощами и злаками»

Лабрадор замер и, улыбаясь во весь рот, стал насыщаться электрическими «калориями».

Фоторамка на прикроватной тумбочке посигналила синей кнопкой и, изображённая на ней смеющаяся девушка, сказала:

— Привет, Фрол! Сегодня – аттестация по архитектуре, а потом – формирование стройотрядов на лето! Наш проект Храма Всех Религий утверждён!

— Рад тебя видеть! — парень ласково провел рукой по фото.

— Ты чего это меня разлохматил? — девушка, улыбаясь, взмахнула рукой, и одеяло вмиг слетело с Фрола на пол.

— Ах, вот ты как! — он вскочил с постели и, отключив Фобоса от сети, подтолкнул его к фотографии.

Тот приветственно залаял и лизнул изображение.

— Ой, — девушка нахмурилась, — обслюнявил всю! Ладно-ладно, я вам отомщу!

Синяя кнопка погасла, и фоторамка видоизменилась в куб с горящим циферблатом.

— Завтрак через десять минут и не забудь установить систему влажной уборки в комнате! — распорядились часы маминым голосом и преобразились в аквариум.

— Не забуду, — буркнул Фрол, высыпая в него щепотку разноцветных горошин. Он дождался, пока они размокли, покрылись радужной чешуёй и стали носиться друг за другом среди силиконовых водорослей, как настоящие рыбки… потом взял полотенце и пошёл в душ.

* * *

Кухня-столовая напоминала кают-компанию: большой овальный стол, полукругом – диван и несколько разномастных кресел, предназначенных для задушевных вечерних посиделок. Одно – из красной кожи, с уютными подлокотниками и тиснёными символами на высокой спинке, другое – авангардное, словно сплетённое из металлической лозы, а третье – из бурого дерева, с коваными когтистыми лапами на каждой изогнутой ножке.

На открытых полках – модели космических кораблей, глобусы Марса, Земли, Луны… масса причудливых сосудов из цветного вулканического сплава, коллекция удивительных инопланетных камней и минералов. Бытовая техника и холодильные шкафы – до самого потолка, а стена напротив – сплошной сенсорный экран.

Фрол включил изображение: трёхмерная церковь с золотым куполом и витражами-иллюминаторами взлетела ракетой и, рассекая оранжевое небо, взяла курс на Венеру.

— Это общий вид, — объяснил Фрол родителям, — есть ещё два десятка полномерно-тактильных чертежей: интерьеры, планы коммуникаций и алтарь, в котором мы использовали мотивы всех мировых конфессий.

— Гав-гав, — Фобос уставился на экран, — гениально!

— Уверена, что летающий Храм займёт достойное место в средствах дипломатического сотрудничества, — заметила мама, — для развития межгалактических связей это – необходимый аспект! Я буду рекомендовать руководству включить твой проект в санаторно-курортный комплекс на побережье Ацидолийского моря. Оздоровление сознания и души советского человека должно базироваться на доверительных отношениях с Высшим Разумом!

— Ма, ты можешь хоть дома говорить нормальным языком? — Флор выдавил на блюдце из тюбика яичницу с беконом.

— Могу, сынок. Умничка! Ты – мой самый любимый марсианский архитектор! — улыбнулась мама.

Папа, гладко выбритый, с остатками мыльной пены под носом и микротелефоном-серьгой, в виде красной звезды в правом ухе, пил дымящийся энергетический напиток чёрного цвета. Перед ним стояла тарелка с выпечкой и банка с надписью «Десерт «Система Менделеева плюс» Он намазал сладкую массу на бисквит, хлебнул из чашки и сказал: