Стальной пляж - Джон Варли

вошёл туда, а следом за ним и я. Туннель оказался коротким — длиной, наверно, метров двадцать — а в высоту метров пять. На полпути его перегораживала металлическая решётка. За ней был виден дощатый настил, на котором стояли койка, стул, стол и унитаз. Мебель выглядела так, будто её заказали в каком-то дешёвом магазине посылочной торговли. По нашу сторону решётки находилась портативная установка подачи воздуха, и, похоже, она работала: при проходе сквозь нуль-поле мой скафандр исчез. У стены были сложены запасные баллоны кислорода и несколько упаковок продуктов.

А на койке, глядя на экран телевизора, где показывали трансляцию матча по слеш-боксингу, сидел Эндрю МакДональд. Он на мгновение отвлёкся и взглянул на нас, но вставать не стал.

Возможно, это какое-то новое правило этикета. Должны ли мёртвые вставать, приветствуя живых? Не забудьте спросить об этом на следующем сеансе связи.

— Привет, Эндрю, — сказал Смит. — Я кое-кого привёл повидаться с тобой.

— М-да? — откликнулся Эндрю без большого интереса. Его взор обратился ко мне и ненадолго задержался. Но ни искорки узнавания не промелькнуло в нём. Хуже того, в нём больше не было той пронизывающей силы, что поразила меня в день, когда… чёрт побери, ну как ещё об этом сказать? В день, когда Эндрю погиб. На некоторое время мне показалось, что это не он, а просто кто-то очень похожий на него. Полагаю, я ошибалась лишь наполовину.

— Извини, — обронил Эндрю и пожал плечами. — Не знаю её.

— Не удивительно, — ответил Смит и взглянул на меня. Я почувствовала: он как будто ждал, чтобы я изрекла нечто умное и проницательное. Вероятно, он предполагал, что я догадаюсь, к кому он меня ведёт.

— Что за хрень здесь творится? — воскликнула я, и это прозвучало намного лучше, чем едва не сорвавшееся с губ "оп-панькииии!" Впрочем, моя первая реакция крайне редко бывает вразумительной.

— Его спроси, — кивнул Эндрю на Смита. — Он думает, я опасен.

Я шагнула было к решётке, но Смит удержал меня за предплечье и покачал головой.

— Поняла, о чём я? — спросил узник.

— Он опасен, — подтвердил Смит. — Едва он появился здесь, чуть не убил человека. И убил бы, не вмешайся мы вовремя. Не хочешь рассказать об этом, Эндрю?

Тот пожал плечами:

— Он мне на ногу наступил. Я не виноват.

— С меня хватит, — напустилась я на Смита. — Какого дьявола вы и ваши люди здесь творите? Я видела, как этот человек умер! Или его близнец…

Смит собирался что-то ответить, но тут Эндрю наконец проявил ко мне интерес. Он встал, подошёл к решётке, одной рукой ухватился за неё, а другой принялся лениво поигрывать со своими гениталиями. Так порой ведут себя старые алкаши или бродяги, притворяющиеся шизиками, на нижних уровнях городского дна. У нас свободная планета, не правда ли? Никто не запрещает им делать это, но люди стремятся побыстрее пройти мимо — вы же не будете стоять и пялиться на то, как кто-то блюёт или ковыряет в носу? Я никогда ещё не видела, чтобы внешне здоровый мужчина так подчёркнуто вызывающе мастурбировал. Что же с ним сделали?

— А как я сдох? — спросил меня Эндрю, не прекращая работать рукой. — Всё, что мне сообщили, это что я погиб на ринге. Ты была там? Близко стояла? Кто меня прикончил? Чёрт, хоть бы запись боя дали, что ли!

— Вы правда Эндрю МакДональд?

— Так меня зовут, спроси снова, и я отвечу так же.

— Это он, — тихо ответил Смит. — В конце концов, после долгих раздумий, я пришёл к такому выводу.

— А прошлый раз ты говорил другое, — возразил узник. — Ты сказал, что я только часть прежнего Эндрю. Его злобная часть. Но я не считаю себя злым.

Он утратил интерес к своему пенису, вытянул руку сквозь решётку и указал:

— Кинь-ка мне банку говяжьей тушёнки, начальничек! Я давно на неё глаз положил.

— У тебя там хватает еды.

— Да, но хочется тушёнки.

Смит взял пластиковую банку и запустил ею в решётку; узник поймал добычу и сорвал крышку. Зачерпнул большую горсть мяса, запихнул в рот и принялся шумно жевать. Рядом с ним, прямо на виду стояли стол и печка, лежали столовые приборы, но ему, похоже, было наплевать.

— Я не видела, как вы сражались, — наконец ответила я.

— Вот дерьмо. А знаешь, ты бы понравилась мне, не будь такой толстухой. Хочешь трахнуться? — и измазанная соусом рука снова скользнула в промежность. — Давай в зад, душечка.

Пропущу остальные его ужимки. Они до сих пор живо стоят у меня перед глазами и по-прежнему смущают. А ведь когда-то я хотела заняться с этим мужчиной любовью. Когда-то он казался мне таким привлекательным…

— Я была в вашей раздевалке, когда вас принесли с ринга, — сообщила я.

— Старый добрый квадратный круг. Бокс! Я знал всю его подноготную, вот правда, всю. Как тебя зовут, жирняшка?

— Хилди. Вы были смертельно ранены и отказались от лечения.

— Каким же козлиной я, должно быть, был. Отступить — не значит сдаться, ага?

— Я всегда так и думала. И мне казалось глупым то, чем вы занимались — то, как рисковали жизнью. Мне тоже казалось, что вы гибнете напрасно, но вы объяснили мне, почему решили так, и я уважаю ваше решение.

— Козлина, — повторил Эндрю.

— Когда для вас, можно сказать, настало время платить по счетам, я тоже подумала, что вы сглупили. Но я была поражена. Я была тронута. Не могу сказать, что согласилась, что вы поступаете правильно, но ваша решительность впечатляла.

— Ты тоже коза.

— Знаю.

Он продолжил есть руками, снова напихал полный рот тушёнки, и в его взгляде, обращённом на меня, я не заметила ни малейшего проблеска человеческих чувств. Я повернулась к Смиту:

— Пора бы уже вам наконец объяснить, что здесь происходит. Что сделали с этим человеком? Если это пример того, о чём вы говорили по дороге…

— Так и есть.

— Тогда я не хочу иметь с этим ничего общего. На самом деле, чёрт бы вас подрал, я помню, что обещала ничего не рассказывать о вас и ваших людях, но…

— Минутку, Хилди, — перебил Смит. — Это пример эксперимента над человеком, но провели его не мы.

— ГК, — после долгого молчания выговорила я. Кто же ещё?

— С ГК что-то всерьёз не в порядке, Хилди. Не знаю, что именно, но вижу результаты. Один из них — этот человек. Это клонированное тело, выращенное из трупа Эндрю МакДональда или из образца его тканей. Когда он был в настроении поболтать, рассказал кое-что, мы сверили это с записями о нём, и оказалось, что