Майк Мак-Кай - Хьюстон, 2015: Мисс Неопределённость

— В этой стране несколько иная правоприменительная практика, — возразил юрист, — Поверьте: ни в Советском Союзе, ни в России ещё никого и никогда не штрафовали за неверные данные по запасам. Одно дело, если компания искажает финансовую отчётность. Аудиторы и налоговики слетятся — как вороны на падаль. А запасы — кого волнует эта чепуха! Проверить, что под землёй? Ревизора в скважину закачать, чтоб поглядел, сколько там газа?

— Неужто Правительство России не хочет знать, сколько газа осталось? — спросила Сандра.

— Не хотят они знать. Меньше знаешь — крепче спишь, — кивнул юрист, — Бюрократы в Правительстве живут сегодняшним днём, а в головах — только секретные счета в швейцарских банках. Если речь идёт о внутренней информации, для руководства компании, знать запасы совсем не вредно. Например, чтоб не инвестировать лишний баблос в пустое месторождение. Но выносить сор из избы? Ни к чему это Ланц затеял! Ладно, если вам позарез надо прикрыть задницу на случай внепланового снижения добычи, поменяйте циферку в статистической отчётности. Всего и делов: выйти на правильного человечка, да проплатить оговорённую сумму. Ваши отчёты в архиве Статистического комитета тихонько заменят, базы данных обновят, — и нет проблем.

— А если — выплывет такая подмена? — спросила Сандра: — Жуткий скандал?

— Пункт один. Не выплывет, — заверил юрист, — В России, архивы открыты для публики только теоретически. На практике, для получения доступа в любой годный архив, средний гражданин с улицы должен полжизни отдать. Одновременно продав левую почку, чтоб заплатить кому надо. В архивах работают хорошо проверенные кадры, и о чём надо молчать — молчаливее рыбы. Пункт два, скандала не будет. Даже если кому-то из молчаливых захочется вякнуть, тут же укоротят язычок. Вместе с головой — по самую задницу. Просто в назидание коллегам, чтобы другие не дёргались. Ну и пункт три: где вы видели реальные цифры российских запасов полезных ископаемых?

— В ежегодном статистическом отчёте «Бритиш Петролеум»?[35] — спросил я и махнул бармену.

Юрист беззвучно рассмеялся. Самый неприятный тип смеха, по-моему: полуоткрытый рот, резиновая улыбка, голова дёргается вперёд-назад, и — тишина. Как манекен в комнате ужасов, у которого по недосмотру крякнул усилитель звукового сопровождения.

— Мы как-то обсуждали, Аластаир, — напомнил Вик, — Откуда «BP» данные берёт, науке неизвестно. Я подозреваю, процедура включает полторы тысячи фарфоровых чашек с кофейной гущей на донышках. Ежели серьёзно, они должны писать обращение в Правительство России и просить выдать официальную оценку. Но в России данные по запасам считаются государственной тайной. Разглашение — уголовная ответственность, со всеми вытекающими. Значит, бюрократ в Правительстве имеет только две возможности: выдать дезинформацию — с офигенным завышением, естественно, либо вежливо послать в задницу. «BP» прекрасно понимает, в отчёте туфта, но выбора-то нет. Враньё публикуют, и оно становится как-бы правдой. По остальным странам ситуация ничуть не лучше, кроме разве США и Канады.

Я открыл рот, поведать, что в машине рассказал профессор Тихонов, но вдруг передумал. Не нравится мне юрист. Беззвучный смех — мелочь. Рукопожатие как плевок — хуже, чем у нового вице, но тоже чепуха. А вот взгляд! Будто карманник, непрерывно оглядывается: не видно ли где полицейской фуражки с шашечками или чёрного шлема патрульного бобби. Как юрист сказал: «Выйти на правильного человечка? Проплатить оговорённую сумму?» Вероятно, из тех крючкотворов, кому все средства хороши.

Удачно подскочил бармен, так что я произнёс: — Пинту «Гиннеса», будьте любезны, — и мудро захлопнул пасть.

Глава 5. Э. Смайлс, вице-президент НХЭЛ

Взрыв и пожар на буровой в Оклахоме: два человека погибло, два — тяжело ранены.

Ранним утром в пятницу, от взрыва и пожара на нефтяной вышке в юго-восточной Оклахоме погибли два человека. Ещё два работника буровой — тяжело ранены. Власти заявили, взрыв произошёл в двух милях к западу от городка Коалгейт в отдаленном сельском районе графства Коал, примерно в 100 милях [около 160 км] к юго-востоку от Оклахома-сити.

Мэтт Скиннер, пресс-секретарь Корпоративной Комиссии Оклахомы, осуществляющей надзор в нефтяной и газовой промышленности, в заявлении сказал, эвакуации местных жителей не потребовалось. Он также заявил, об ущербе для окружающей среды данных пока нет, и нужна ли очистка от розлива нефти — пока устанавливается. «Мы не знаем, продолжается ли пожар на скважине», — сказал Скиннер. Брайан Джамп, Шериф графства Коал, уже выехал к месту аварии и недоступен для интервью.

В офисе судебно-медицинской экспертизы тела погибших были идентифицированы: Гэри Кинен, 26 лет, из города Эйда, и Келси Белл, 27 лет, из Талсы. Скиннер сказал, ещё два рабочих тяжело ранены, но не назвал имён. Сгоревшая буровая принадлежала компании «Пабло Энержи», со штаб-квартирой в Амарилло, штат Техас.

«Пабло Энержи» на телефонные звонки не отвечает.

Представители Комиссии США по безопасности труда и гигиене (OSHA) проведут расследование причин аварии, сказал Скиннер.

Я не мог поверить, что Ланц о себе вообразил! Добрался до уровня директора — значит, всё можно?

За долгие годы трудного менеджерского опыта, у меня выработалась практика «трёх проколов». Мы не обсуждаем ошибки простые и лёгкие, какие каждый совершает в спешке по десять раз за день, и легко поправить. Поправили — забыли. Мы говорим про ошибки стратегические: понял проблему, собирал данные, долго думал, советовался с коллегами и подчинёнными, однако принял неверное решение, и с серьёзными последствиями.

Первый звоночек Ланцу прозвенел, когда Технический Директор недоглядел за Шориным и Мак-Брайдом и поддался на идею снизить запасы. Поначалу я считал, дело поправимое. Переговорю с Ланцем наедине, он нажмёт на гиков, и всё само собой утрясётся. Оказалось, не так просто. Сэм Паттон тоже недоглядел, а может ему было уже пофиг перед отставкой из НХЭЛ. Русский отчёт ушёл на экспертизу в Институт Нефти. Разумных аргументов упрямец Ланц слушать не стал. Заявил мне: «Мы, в нефтяной индустрии, — уже заврались по темечко. Надо же кому-то говорить правду, хотя бы изредка».

Ну ладно, на русской Комиссии свет клином не сошёлся. Главное, Ланц должен понять, в американскую SEC отправлять подобные отчёты несвоевременно, особенно учитывая тяжёлую ситуацию с нефтяными ценами.

Буровые гики, навроде моего напарника Брента, наловчились быстро и сравнительно недорого бурить горизонтальные скважины. Добыча из ранее считавшихся бесперспективными месторождений «сланцевой нефти» в США попёрла. Мелкие, но агрессивные компании затопили рынок планеты дешёвой нефтью, и цена рухнула. К декабрю 2014, «Брент» опустился до шестидесяти долларов, «Уэст Тексас Интермuдиат»[36] — как ни странно, на пять баксов ниже. Соответственно упали доходы нефтяных компаний. Посыпались акции. В таких условиях, показать ещё и уменьшение запасов — немыслимо. Капитализация упадёт в разы, и придётся сокращать штат. Выбрасывать людей на улицу? Не первая кампания увольнений в моей карьере. Топ-менеджер должен заниматься и таким грязным делом иногда. Однако, если можно избежать — я всегда предпочту плавное решение проблемы.

В июле 2014, прозвенел второй звоночек. Технический Директор отправил на север совершенно ненужную геологическую партию! Я не против мотивировать личный состав. Бог с ним, если доктора-геологи желают недельку побродить по лесу и постучать молотками по камням. Устройте познавательные экскурсии в окрестностях Ново-Холмска. Местная турбаза в десяти милях от города, недавно перестроенная на деньги НХЭЛ, — просто шикарное место. Моя жена Рэнди дважды ездила с дочками в воскресные турпоходы. Судя по фото — виды что надо, скалы и камни в наличии. Рэнди нашла окаменелость, вроде как отпечаток листика в глинистом сланце. Соф утверждает, видели медведя, правда далеко и сфотографировать на «айфон» не успели. Нэт подозревает, это бродячая собака, а не медведь.

А ездить на север — ни к чему, пустая трата денег и расход рабочего времени. Уже после поездки, Сандра объяснила мне проблему. Русские геологи считали, восточный и западный фланги Пинежского сильно отличаются по геологическим свойствам. Продвинутой геофизики ещё не было, а в качестве аргумента приводили наблюдения: выходы аналогичных горных пород на поверхность. Геологи называют это не вполне политкорректным словом «обнажение». Но от обнажений до месторождения — почти сто миль! Здесь на суше, фланги могут быть разные, а на шельфе — одинаковые. Специалисты «Маратона» провели специальную морскую сейсмику и доказали: под водой фланги ничем не отличаются, отсюда и увеличение запасов.