Реванш титанов. Битва за грёзы - Алексей В. Мошков

Сказано — сделано, и Медведев, уже без особого удивления для себя, оказался на набережной. На секунду испугался: а вдруг дорога вниз вновь будет кем-то перекрыта? Потом повинился, что забыл рассказать деду о том, как его не пустили в собственный же сон. Любопытно, что Степаныч сказал бы по этому поводу? И кем был тот охранник?

Но, вопреки всем опасениям, лестница вниз призывно манила ступенями, запрещающих надписей возле нее не было, равно как и постороннего народа. Погода радовала, и, усевшись на песок, Барни принялся вызывать в памяти образ того газетного обрывка. Куда его зашвырнула Мэг? Кажется, в сторону моря. Но тогда штормило, и ветер, скорее всего, отнес легкий комок бумаги в дюны. А это значит, он в полной сохранности. Надо только, чтобы он вернулся обратно. Кто бы в этом помог?

Ветер ласково коснулся лба Бориса. Точно, все стихии здесь подчиняются ему. А значит, надо их только правильно попросить…

Легкий порыв — и вот что-то легкое вдруг ударилось о его затылок. Обернувшись, Медведев с радостью увидел бумажный шарик. Не забыв поблагодарить ветер за помощь, он развернул отрывок и вновь вчитался:

«…и совершил подвиг, вызвав огонь на себя. Под шквальным огнем, грамотно использовав существующие укрепления, он смог перебраться под их защитой вплотную к врагу и нанес удар, в корне преломивший ход сражения».

Убедившись, что он на сей раз дословно запомнил текст, Барни для верности положил газету в карман. А потом до самого пробуждения сидел и любовался тем, как море меняет свой цвет, и никуда не торопился. А зачем? Еще успеется…

Глава четвертая

Они всегда были рядом

— Привет, — Женя махнула рукой, приглашая Барни присоединиться.

— Здорово! — ответил Медведев, присаживаясь возле нее в обеденной части офиса.

— Как выходные провел? — поинтересовалась девушка и будто невзначай придвинула к Борису упаковку с пирожными.

— Оторвался на все сто, — не покривив душой, ответил Барни и, подумав, потянулся к лакомству. — Можно?

— Да, конечно же! — расцвела в улыбке Женя. — Я как раз большую коробку в кондитерке купила, а то маленькие закончились. А где ты был?

— Ездили с компанией на фестиваль рок-музыки. Вот только-только слух нормальный начал возвращаться, а то вернулся оттуда напрочь оглохший от низких частот.

— Ого, — восхитилась девушка. — Везет тебе, какой ты молодчина! А я все между домом и работой курсирую, ничего нового не происходит.

— Ты не одна такая, — неожиданно для себя подмигнул ей Медведев. — Если бы не Славик с женой, я бы тоже никуда не выбрался, но от этих ребят не отделаешься.

— Хорошо, что у тебя такие друзья, — вздохнула Женя. — А я со своими и вижусь-то раз в год по обещанию.

— А что так?

— Они далеко от меня живут. Я ж сюда недавно переехала. Сначала за тетей дохаживала. Потом схоронила ее. Потихоньку квартиру ремонтирую, насколько средств и сил хватает. Ха-ха, спойлер: недостает ни того ни другого, поэтому сплю на матрасе в кухне. Единственное, успела привести в порядок санузел. Туда хоть заходить не страшно. А в комнате можно фильм ужасов снимать, никаких дополнительных декораций не потребуется.

— Ты реально сама этим всем занимаешься? Ну ты крута! — Барни показал Жене большой палец, одновременно отметив, как трогательно та зарделась от немудреной похвалы. — Я за подвиг считаю полку повесить, а тут целый ремонт в одно лицо.

— Если вдруг снова соберешься в какое-нибудь интересное место на выходных, я в принципе, с удовольствием составлю тебе компанию. А то от этого ремонта я уже на стенку лезть готова, совсем одичала.

Борис едва пирожным не поперхнулся, когда это услышал. Ничего себе! Похоже, ему аккуратно дают понять, что не против познакомиться с ним чуть ближе. Как же ответить? Женю обижать ни в коем случае нельзя, это все равно что у ребенка конфету отобрать.

— Договорились, — как можно более нейтральным тоном сообщил Медведев и для верности еще улыбнулся. — Если мои неугомонные бандерлоги опять придумают, куда нам всем отправиться, я тебе обязательно скажу.

— Спасибо огромное, — обрадовалась Женя и от избытка чувств захлопала в ладоши, а потом неожиданно добавила: — Знаешь, а ты какой-то другой стал.

— Какой же? — удивился Барни.

Женя задумалась, трогательно наморщив лоб.

— Открытый. Раньше ты словно человек в футляре был. А сейчас на медведя похож. Проснулся в своей берлоге, зевнул, потянулся вольготно и отправился на прогулку по лесу. Идешь вразвалочку, солнышку улыбаешься, ничего не боишься, всем доволен.

— Да, логично. Кого еще может напоминать человек с такой фамилией?

Зачем он только это брякнул? Женя тут же стушевалась и, комкано извинившись, умчалась в сторону туалета. Тьфу ты, неладная. Надо было за языком следить. Знал же прекрасно, что у вчерашней стажерки, ныне младшего специалиста, с общением дела обстоят не очень: вечно смущается, лишнего слова из нее не вытянешь. Сегодня чудо какое-то случилось, коль она сама разговор начала. И тут он со своей тупой подначкой. Не мог, что ли, промолчать?

На собрании начальство неожиданно сообщило, что принято решение об экстренной миграции данных из старого облака в новое, извольте исполнять. Крайний срок переноса — четверг.

— Не было у бабы заботы, купила баба порося, — вполголоса бурчал Никита.

— Ага, прямо как в анекдоте: солнце всходит и заходит? Руками не трогай! Только все здесь выгладили, на тебе подарочек, — скривился Рушан. — Чем они там, наверху, вообще думают?

— Могли бы и вспомнить народную мудрость, что любой переезд по своим последствиям мало уступает пожару, — вторил коллегам Олег Петрович, самый старший из их конторы специалист, потихоньку подбирающийся к пятидесятилетнему рубежу.

Так что остаток рабочего дня прошел бурно, и про неловкость с Женей Барни уже и думать забыл; подстраховать бы команду и сдублировать самые важные куски кода. И заодно продумать, в какой последовательности все переносить, чтоб не уронить надолго всю структуру и не продолбать под шумок ничего ценного.

Со всеми этими проблемами он изрядно задержался на работе, даже с дедом не посидел и вновь забыл ему рассказать про охранника, не пускающего вниз. Ай, да не беда, успеется еще.

Хотя Борис не заказывал на сегодня глубокий сон, отчего-то он, закрыв глаза, обнаружил себя даже не на набережной, а сразу на пляже. И прямиком угодил в объятья Мэг.

— Вау, парень, аккуратнее! Я понимаю, скучал и все такое, но можно ведь и с цветами-конфетами к девушке прийти, а не как гром среди ясного неба свалиться ей на голову?

Из чистого хулиганства Барни тут же организовал персонально для Мэг громовой раскат, а затем