Время - Андрей Андреевич Вознин

– А город?

– А города не будет, – как-то легкомысленно поставил крест на мегаполисе Кербер.

Мы переглянулись с Гектором. Вот же…

– А нельзя ли что-нибудь починить, заменить на новые? – спросил я.

– Нельзя, – отрезал Кербер, – Кто ж против воли Верховного пойдёт? Да и где кого искать? Ремонтники разбежались давно.

Ситуация складывалась аховая. И безвыходная. Я посмотрел на панораму города в окне. С такой высоты строгая геометрия улиц образовывала лучистую фигуру, напоминающую восходящее из-за горизонта Солнце. Возможно, первыми переселенцами, разработавшими план города, это и предусматривалось.

– А может нам запустить завод? Это же такие «часы», что отовсюду будет видно… – предложил я.

– Ошалел? – искренне удивился Кербер, – В указе же чётко сказано – время остановилось такого то дня, такого то часа… Как же мы фабрику запустим?

Гектор с укором посмотрел на меня. Я поднял руки – мол, совсем не претендую на ваше остановившееся время.

– Может, чайку? Только что вскипел, – радушно предложил хозяин диспетчерской.

– Давайте, попьём, – одновременно огласились мы с Гектором. Всё-таки нас ещё ожидал долгий путь на землю.

Кербер поставил перед нами два стакана в металлических подстаканниках, сходил за чайником. И когда возвращался неожиданно запнулся о жгут проводов, свернувшийся на полу. Чуть не упал, и сохраняя равновесие, неожиданно уронил кипящий чайник прямо на меня! Ошпаренный я попытался отскочить и спиной налетел на рычаг «Не включай…». Тот как-то уж слишком легко поддался и перещёлкнулся в новое положение.

– Это что за… – расширенные от ужаса глаза Кербера смотрели на меня. Выйдя из ступора, он бросился к рычагу и попытался вернуть в прежнее положение. Но, видимо, я спиной слегка помял железяку, и та намертво заклинилась.

Пол неприятно задрожал… Диспетчерский пульт, мгновение назад ещё мёртвый, ожил огоньками и осветившимися мониторами. Мы дружно бросились к окну…

В небе происходило что-то невероятное – огромные бункеры начали перемещаться вверх-вниз, конвейеры побежали по направляющим, неся на себе руду и кое-где пустою породу… Искусственный интеллект тасовал имеющиеся мощности, перекрывая выбывших из строя. Фабрика работала!

Когда мы вышли на улицу, до того пустые улицы наполнились людьми, и все стояли задрав головы, наблюдая за огромными небесными «часами»…

– От редакции подарок. – Гектор протянул мне тяжеленную подшивку бумажных газет. – Весь тираж за последние пять лет.

– Спасибо, – вежливо поблагодарил я коллегу, уже прикидывая, куда бы незаметно выкинуть эту, сравнимую с весом пудовой гири, брошюру.

После случайного запуска фабрики в город начала возвращаться жизнь. И первыми от морока безвременья освободились простые работяги – дневная смена следующим же утром вышла на работу. Верховный, видимо, тоже заметил движение в небесах, и чтобы не портить своё реноме всемогущего правителя, задним числом выпустил эдикт о снятии с времени запрета на истечение.

Космопорт, где мы прощались с Гектором, наконец-то заполнился новыми людьми, а измаявшиеся пассажиры на Кносс благополучно убыли по назначению. И даже на лесах вокруг незаконченного фасада появились строители с вёдрами и мастерками.

– Пассажир, приобретший билет до Земли, пройдите на посадку. Пассажир…

Я приобнял Гектора и пошагал по бетону космопорта к ожидавшему меня кораблю…