Степан Вартанов - Путь в тысячу ли (цикл)

Адвокат, который, несмотря на жаркий день, был в дорогом белом костюме, с достоинством кивнул. В это время идея искупаться пришла и в голову Тосико. Гастон же, напротив, не найдя никого в бассейне и оранжерее, направился в спальню. Так что они опять разошлись. Сидящий в шкафу Джошуа впервые за девять с половиной часов задал себе вопрос: а зачем ему собственно, здесь сидеть? Он – силач, штангист, красавец мужчина, предан этой девчонкой… Да он по стенке размажет ее ухажера!

Глава 3

Доской можно здорово вмазать…

Так получилось, что пока Гастон осматривал прихожую, Кувалда был в спальне один. Он не слышал, как приоткрылась дверца шкафа, и почуял неладное, только когда Джошуа опустил ему на бритую голову случившуюся почему-то в спальне сковородку.

– Они в бассейне! – Гастон вошел в спальню и замер, глядя на распростертое на полу тело. Сомнений не было – Билли встал на пути у подменыша и поплатился за это…

– Билли, друг мой! Очнись!

Кувалда застонал и открыл глаза. Сначала в его глазах отражалось лишь тупое непонимание, затем они помутнели от ярости.

– Я убью этого сукина сына!

– Надо действовать осторожно!

– Голову оторву! – Кувалда попытался подняться.

– Где твой пистолет? – перебил его Гастон. – Запомни, девчонка – свидетель… Так что… ее не трогать. А парня – только по ногам.

Сидящий в шкафу в обнимку со сковородкой Джошуа начал понимать. Это гангстеры! И они хотят убить его любовь… Ну ничего, он, Джо, покажет им, из какого материала сделаны китайцы. Джошуа был китайцем лишь на четверть, но очень этим гордился. Сжав в руке сковородку, он неслышно двинулся следом за налетчиками. По дороге он подхватил с туалетного столика початую бутылку виски и сделал несколько больших глотков. Для храбрости.

Эсмеральда и Тосико плескались в бассейне, а Томас и Тим беседовали, полулежа в шезлонгах.

– Ваш случай сложен, – говорил Томас, – но не неразрешим. Очевидно, вас ищут как важного свидетеля по делу об убийстве телепата, а вовсе не как обвиняемого.

– Но как же быть с разгромом моей квартиры?

– Я полагаю, там была засада, засада, организованная преступниками. И спецназ просто спасал вашу жизнь. Квартира застрахована?

– Кажется, да.

– Я с удовольствием займусь вашим делом, – кивнул адвокат. – Если бы вы знали, как надоедает эта рутина – сплошные бракоразводные процессы… – Он почему-то кивнул в сторону Эсмеральды. – А сейчас, если вы меня извините… на пять минут…

Адвокат направился в сторону выхода. Когда он скрылся за дверью, секунду спустя оттуда раздался звонкий удар, но Тим не обратил на это внимания.

– Еще один, – отметил Гастон. – Этот тип опаснее, чем я ожидал. Бери его на мушку сразу, как войдешь, а я возьму его девицу. Может быть, он тогда… – Не договорив, Гастон оставил начавшего уже шевелиться сэра Томаса и скользящей походкой направился в сторону бассейна. В руках у него был «плацдарм», самый грозный пистолет, и самый запрещенный всеми международными соглашениями. «Плацдарм» был основным пистолетом террористов, так же как «никонов» был их любимым автоматом. «Никоновым», к слову, был вооружен Кувалда.

– Всем оставаться на местах! – негромко скомандовал Гастон, ловя на мушку Тосико, стоящую на вышке для прыжков в воду. Билли так же профессионально навел свое оружие на Тима. Все замерли.

– Ты, – так же тихо сказал Гастон, он вообще любил говорить тихо, по его мнению, это лучше соответствовало образу профи, – на выход. Руки за голову.

Тим покорно поднялся. Он был напуган, у него тряслись колени и руки…

– Не стреляй пока, – распорядился Гастон. – Он нужен нам живым…

– Нам тоже!

Новые действующие лица появились на сцене – пятеро вооруженных головорезов из банды Хирурга.

– Всем лечь, кроме этого! – Гиря, а именно он руководил операцией, был доволен. Похоже, это будет легко и… – Стоять! – заорал он, но было поздно. Этот чокнутый, его клиент, сорвался с места так быстро, что ребята просто не успели выстрелить. Он пронесся по комнате, перепрыгнул – кроме шуток – через шестиметровой ширины бассейн и вылетел наружу. Снаружи раздался звонкий удар, словно кого-то приложили сковородой по лбу, но тут ребята открыли огонь, и пошла потеха…

Спустя пятнадцать минут Гастон лежал за гигантским цветочным горшком в оранжерее и судорожно перезаряжал свой пистолет. Хорошо еще, что это «плацдарм», с таким оружием можно драться хоть с танковой дивизией, были бы патроны. Пистолет изобрел сумасшедший голландский оружейник в начале века, калибр и соответственно мощность пули у этого чудовища были переменными.

Где был, и был ли еще жив Кувалда – Гастон не знал. Он знал зато, что сэру Томасу удалось захватить автомат одного из бандитов и сейчас он мужественно защищал женщин в зале с бассейном. Ему сильно повезло в том смысле, что за женщинами в общем-то никто не охотился.

Охотились за Тимом. Гастон с неудовольствием покосился вправо, где за кадкой с пальмой приходил в сознание главный приз настоящей перестрелки. Задним числом шпион вынужден был признать свою ошибку – Кувалду и сэра Томаса нокаутировал вовсе не этот парень, если только потом он не сделал самого себя. Вся левая половина лица у Тима была сплошной синяк, Гастон еще раз подивился силе неведомого ниндзя и тому, как хорошо у того поставлен удар. В том, что работает именно ниндзя, не было ни малейших сомнений, вот только на кого он работает?

– Ты жив, приятель? – осведомился Гастон.

– Да… – удивленно отозвался Тим.

Не теряя времени и иногда постреливая для острастки в сторону входа, шпион ввел своего собеседника в курс дела.

– ЦРУ… – Тим ощупал свою голову, нашел результат неудовлетворительным и принялся ощупывать ее еще раз. – А зачем я вам нужен?

– Ты спасибо скажи, – возразил Гастон, невольно втягивая голову в плечи, когда пущенная из-за декоративной коряги очередь сбила несколько листьев с приютившей его пальмы. – Если бы не мы, ты бы сейчас во-он с ними разговаривал.

– А это кто?

– Ну, парень, такие вещи знать надо! – укорил его Гастон. – Это ребята из банды Перкса.

– Хирурга?! – в ужасе вскричал Тим. Он читал в газетах об ужасах, которые творила мафия в его родном городе.

– Ты для них – свидетель в деле об убийстве того телепата.

– По крайней мере их я понимаю, – не согласился Тим, – а вот вас – нет. Только не говори мне, что ЦРУ защищает налогоплательщика.

Гастон задумался. Парень, казалось, говорил правду…

– Так ты что же, – спросил он, – ничего не помнишь?

– Нет, – признался Тим, вжимаясь в кафельный пол, поскольку бандиты решили теперь подстричь его пальму. – То есть что-то меня гнетет, я потому и ходил к телепату…

– Нашел куда ходить! – фыркнул Гастон. – Твое счастье, что его пришили так быстро.

– Не понял?

– Все телепаты в таких конторах работают под крышей, то есть под защитой гангстеров, – пояснил Гастон. – Он бы на тебя настучал, если бы понял, кто ты такой.

– Да кто я такой?!

– Ладно, – сказал после паузы Гастон, – давай попробуем разобраться. Понимаешь, я и сам не уверен на сто процентов, так что лучше будет, если ты не будешь знать моего мнения, а вспомнишь сам. Ты готов?

– К чему готов-то?

– Я, – пояснил Гастон, осторожно выглядывая из-за колоды, – погружу тебя в гипнотический сон. И прикажу подавленным воспоминаниям восстановиться.

– Я думал, – удивился Тим, – что ты шпион.

– Я – шпион, – подтвердил Гастон. – Я проходил обучение у лучших учителей. Я… я справлюсь.

– Для этого нам сначала надо отсюда выбраться.

Гастон задумался. То, что он собирался проделать, не делал еще никто, а он любил быть первым. К тому же он знал, как гипнотизировать, но не имел ни малейшего представления о том, как покинуть оранжерею под огнем четырех автоматов.

– Нет необходимости, – сказал он наконец. – Ложись на спину и расслабься.

– Ты шутишь?

– Делай.

Глава 4

Ну вы представьте себе горное озеро, а я пойду покурю.

Воистину, это был самый необычный сеанс гипноза в истории человечества. Вообще говоря, расслабляться можно разными способами и в разной обстановке. Гастон предпочитал армянский коньяк и девочек. Психолог, у которого он брал уроки внушения, отдавал предпочтение мягкой кушетке и негромкой музыке, периодически прерываемой тихим жужжанием – у него была специальная запись. Кобра, партнер Гастона по операции в Шампани, как-то пошел на дело в светящейся маске монстра из магазина ужасов. Выйдя на торговцев похищенными у НАТО военными секретами, он ограничился приказанием: «Поди сюда, собака! На колени!» – и лишь затем сказал стучащими от ужаса зубами заговорщикам о покое и расслабленности, которые они должны чувствовать. Полиция в аналогичной ситуации рассказывает, что вы, мол, можете не отвечать на вопросы… Тоже действует, особенно совместно с парой наручников.