Роман Артемьев - Рассказы по циклам и не очень

 - Наконец.

Стук распахнувшейся двери. Звук шагов двух людей, шелест одежды, другие посторонние звуки. Голос молодого лорда, обращающийся к собеседнице.

- Так о чем вы хотели поговорить со мной, леди Мариса?

- Перестаньте меня так называть - тихий и какой-то мертвый голос, в котором тонкими стальными пластинками звенит решимость. - Я уже давно не леди.

- Позвольте мне возразить. Ничего не зная о вашем прошлом, я не сомневаюсь в вашем благородном происхождении. Ваши манеры, легкость в общении с представителями высшего круга, образование, в конце концов.

- Тем не менее, мне неприятно слышать подобное обращение.

- Как вам будет угодно - еле ощутимый смех в голосе.

Молчание. Дворянин ждет слов гостьи, она нервно постукивает по подлокотнику кресла. Шум дождя за окном.

- Я пришла просить вас о помощи, лорд Дориан.

- Все, что в моих силах, и даже более.

- Благодарю... Скажите, тот амулет, подарок вашей прабабки... как-то раз вы демонстрировали его ... он все еще при вас?

- Конечно. Сокровища рода редко переходят в чужие руки.

- Вы позволите им воспользоваться?

- С какой целью? Здесь нет вампиров, от которых требуется защита, или темных магов, желающих прочесть ваши мысли. Вы боитесь ревнителя? Брат Дитрих известен своей честностью, я лично имел возможность убедиться в справедливости его репутации.

- Вы забыли о еще одном свойстве Ночного Ока.

Молчание, затем, медленный, тщательно взвешенный ответ.

- Простите, но я не могу выполнить вашу просьбу, миледи. Вы родом с юга, здесь нет ваших умерших родственников. Остальные мертвецы вас просто убьют.

- Здесь есть мои родственники - нервный сухой смешок. Гаснущие, задавленные рыдания в голосе. - Правильнее сказать, здесь все мои родственники. Я дочь предыдущего хозяина этих земель.

 Ревнитель пораженно посмотрел на невозмутимую перворожденную и снова прислушался к разговору.

- Но как это возможно?

- Возможно. Смерть моей семьи не была случайностью, равно как и продажа меня в рабство собственным дядей.

Пораженный выдох.

- Разве смерть дворянина столь высокого ранга не расследовалась?

- Не знаю. Я ничего не знаю! Все, чего я прошу, это возможность узнать правду!

Очень, очень долгая тишина. Иногда слышатся короткие судорожные вздохи, бульканье наливаемой жидкости, стук зубов о металл кубка.

- Так я могу рассчитывать на ваш артефакт?

- Можете. Конечно же, можете. Однако, миледи, какой бы ответ вы не получили от своего предка, я затребую соразмерную плату.

- Что ж, справедливо. Чего вы хотите?

- Вас.

- Хорошо - пауза была недолгой, в женском голосе не слышно удивления. Разве что горечь от сбывшихся ожиданий. - Вы желаете получить плату сейчас?

- Леди Мариса, мне не нужно ваше тело. Правильнее сказать, мне его недостаточно. У меня более чем достаточно наложниц из числа вассалов отца, и я слишком брезглив, чтобы добиваться расположения женщины в вашем положении таким способом. Я предлагаю вам стать моей женой.

- Что?!

 Ревнитель подавился очередным глотком воздуха. Латиссаэль впервые за все время улыбнулась. Не кончиками губ, еле заметно, а открыто, широко, искренне. С одобрением.

-Что вы сказали

- Я предлагаю вам стать моей женой. Что вас так удивляет?

- Но вы же баронет! А я... я...

- Вы - дочь барона. Неважно. Послушайте, мы знакомы уже два месяца, этого времени достаточно, чтобы составить друг о друге определенное мнение и принять решение. Я его принял, и теперь прошу вас сделать то же самое.

- Вы сошли с ума - констатация факта.

- Не будем спорить, лучше скажите "да".

- Зачем вам жена-ведьма с запятнанной репутацией? Бывшая рабыня, выкупленная из борделя искавшим себе ученика магом.

- Мою мать отец из монастыря похитил, ее туда родственники за колдовство упекли - деловитый, рассудительный тон. - Бабушка известной отравительницей была, прабабка, чей артефакт вы просите (кстати сказать, вот он, прошу) вообще храмовая проститутка, до конца своих дней молилась Лунному Змею. Втайне, конечно же. Так что, я могу надеяться на ваше согласие?

- Это безумие!

- Не будем спорить. Я полагаю, вам потребуется некоторое время, и очень рассчитываю на положительный ответ. Поверьте, я не шучу и хорошо обдумал свое предложение. Подумайте над ним, я не требую немедленного ответа, время у нас есть. Позвольте проводить вас...

 - Вероятно, впервые за свою карьеру я склонен принять на веру слова ведьмы - задумчиво проговорил Дитрих. - Он действительно сошел с ума. Даже для дар Котто его поступок слишком экстравагантный.

 - Они известны особенностями поведения? - леди неопределенно пошевелила пальцами в воздухе.

 - У них устойчивая репутация безумных магов, адептов черного знания - мрачно сообщил ревнитель. - Совершенно напрасно, между прочим, церковь не раз проверяла их на принадлежность к слугам Тьмы. Правда, родословная лорда Дориана действительно необычна, с этим не поспоришь. Леди, чего еще нам ожидать? Только ради Всевышнего, не говорите, что знаете не больше меня!

 Латиссаэль спрятала взгляд за неправдоподобно длинными ресницами.

 - Мне жаль разочаровывать вас, господин Дитрих, но я не имею права вмешиваться. Вы не в силах представить себе, как меня раздражает подобное положение, но это правда. Здесь происходит нечто большее, чем мелкая интрига лишенной наследства дворянки. - Светорожденная дева с нехарактерной для ее расы эмоциональностью отшвырнула в сторону маленькую чашку с дорогим восточным напитком, принесенным слугой. Вздохнула, с видимым усилием смиряя эмоции, и опять превратилась в ледяную и непостижимую королеву. - Иногда кажется, что я нахожусь в Зале тысячи кинжалов, и любое неверное движение приведет к глубокой ране. То действо, которое сейчас происходит в этом замке, повлияет на будущее куда сильнее, чем может представить любой мистик вашей расы. Умоляю, поверьте.

 - Ну хоть что-то вы можете рассказать!

 - Максимум, что мне дозволено, дать совет. Если Мариса обратится за помощью, не отталкивайте ее. Сами встречи не ищите, ничего не предлагайте, но если она попросит - постарайтесь помочь.

 - И все?!

 - Возможно, не стоило говорить и этого.

 Легкий порыв ветра, и креслице леди опустело. Древнейшие редко демонстрировали свою силу, всякий раз поражая воображение смертных невозможными, с точки зрения человеческих магов, последствиями. Однако в их среде существовал какой-то строгий и жесткий кодекс, тщательно регулировавший, при каких обстоятельствах дозволено использовать магию, в чьем обществе, с какой частотой. Леди Латиссаэль нарушила не одно правило этикета, раздвинув пространство в чужом присутствии, не попрощавшись с собеседником и Всевышний знает что еще.

 Бездействие претило натуре ревнителя, а возможности взять за глотку ведьму его только что лишили. Авторитет древнейшей в его глазах по-прежнему был очень велик, и он не осмеливался нарушить ее волю. Поэтому разговор с Марисой придется отложить на более удобное время, а до тех пор стоит порасспросить о ее предполагаемом отце (не забывая, что никаких доказательств родства с предыдущим бароном магессса не представила). Впрочем, усмехнулся ревнитель, можно ведь и не расспрашивать. В замке достаточно слуг, не защищенных амулетами.

 Конечно, стоило бы переговорить с лордом Дорианом, но Дитрих сомневался в разумности этого поступка. Молодой баронет еще в первую встречу показался ему умным и рационально мыслящим человеком, теперь же, имея собственный интерес к ведьме, он мог принять ревнителя за врага. Совершенно напрасно, между прочим. В отличие от многих своих коллег, Дитрих не любил "превентивное очищение", предпочитая карать за совершенные проступки. До тех пор, пока магесса не угрожает стаду Его, она в безопасности. Так что разговор с лордом ревнитель отложил, тем более, что вчера вечером уже успел обсудить все интересовавшие его на тот момент темы. Кстати сказать, хотя Дориан и уверял в благонадежности Марисы, защищал ее, никаких глубоких чувств в нем заметно не было. Или их вообще нет?

 Сканирование памяти прибиравшейся в комнате старой служанки выявило интересную картину. Девять лет назад в чудовищном пожаре, спалившем весь замок, погибла вся семья барона Михаила и большая часть слуг, за исключением четверых. Кстати сказать, очень хороший вопрос - как в заклятом магами-стихийниками строении могло загореться хоть что-то, способное причинить хозяйской семье. Ладно, разберемся позднее. Из тех четырех один погиб неделю спустя под копытами взбесившейся лошади, одна женщина служит в доме барона Кирилла в Клюве, конюха забрали в солдаты и дальнейшая его судьба неизвестна. Последний из удачливой четверки, мажордом барона, носил защитный амулет и прочесть его не удалось. Очень жаль.