Год 1914-й. Пора отмщения - Александр Борисович Михайловский

поднимает голову и расправляет крылья, - что британский король оказался ни при чем в вопросах, из-за которых его страна была втянута в войну. Заключать с таким государством хоть какие-то соглашения я считаю абсолютно бессмысленным и прямо опасным, потому что сменяющие друг дуга правительства лживы и недоговороспособны, а монарх не может быть гарантом договоренностей, ведь он всегда оказывается не при делах. Присутствующий здесь премьер Асквит - на самом деле существо эфемерное, как бабочка-поденка: сегодня он есть, а завтра, трах-тибидох - глядь, а на его месте уже сидит какой-нибудь Ллойд Джордж. И все это даже без выборов и политической борьбы - исключительно за счет внутрипартийных пертурбаций. С кого потом спрашивать в случае несоблюдения соглашений и прочего иудства, на которое так горазда зловонная британская политика?

- О да, герр Сергий! - воскликнул кайзер Вильгельм, сообразив, к чему я клоню. - Верить лимонникам нельзя ни в коем случае. Эти ради выгоды на пару пфеннигов предадут кого угодно, хоть самого Бога.

В ответ на это заявление за окнами прогремел отдаленный гром, подтверждая справедливость высказывания германского монарха. Заслышав этот звук, премьер Асквит втянул голову в плечи, а король Георг, растерянно глядя на мои нимб, крылья и прочие архангельские атрибуты, спросил:

- Так чего же вы хотите, мистер Сергий из рода Сергиев?

- Мы все, тут присутствующие, хотим, чтобы вы изменились, - ответил я, - и прекратили свою деструктивную политику, инспирирующую раздоры и войны по всему миру. Но это проще сказать, чем сделать, а потому вот вам программа из трех пунктов. Пункт первый: монарх в Великобритании должен стать главой исполнительной власти и верховным главнокомандующим, все министры, включая премьера, а также армия и флот подчиняются лично ему. Король лично назначает и отправляет в отставку правительство, определяет ему цели и ставит задачи, а потом спрашивает с министров за их исполнение. Пункт второй: парламент остается законодательной властью, которая принимает бюджет, спрашивает с министров отчет об их деятельности и проверяет финансовую чистоплотность. При этом у короля остается право законодательной инициативы, вплоть до принятия директивных указов, а также право накладывать вето на решения, принятые законодательной властью, ибо господа депутаты сегодня есть, а завтра нет, а король отвечает за страну перед Богом и грядущими поколениями британцев. Пункт третий: поскольку нынешний британский монарх слаб, безволен и склонен поддаваться постороннему влиянию, что в Основном Потоке уже приводило к тяжким последствиям, ему следует подать в отставку и уступить трон своей сестре Тори, о которой у нас гораздо лучшее мнение. Вот то, что вы должны исполнить, чтобы доверие к Великобритании начало восстанавливаться...

- Но это невозможно, мистер Сергий! - выпучив глаза, заорал премьер Асквит. - Наш парламент никогда не примет такую программу, прямо противоречащую древней Хартии Вольностей!

- Тогда мне придется объявить вашему парламенту и правительству войну на полное физическое уничтожение, - заявил я. - Жизнь царствующих особ бесценна, но вы, как переменные величины в политическом процессе, под это правило не подпадаете. У вашего парламента есть три дня на то, чтобы принять мои вполне разумные и справедливые требования, после чего, в случае отказа, я открою на вас охотничий сезон. Каждого поймаю - и, свернув хартию вольностей трубочкой, засуну в задницу вместе с осиновым колом до самых гланд. А теперь идите, я сказал вам все, что хотел. -Махнув рукой, я открыл портал прямо на улицу Даунинг-стрит. - Лондон там.

- Мистер Сергий, а как же... - промямлил король Георг.

- А вы останьтесь, Ваше британское Величество, - сказал я. - Команда «Пошел вон, пес» относится только к вашему премьеру. Я обещал вашему двоюродному брату, что позабочусь о безопасности вас и вашей семьи, и я сделаю это. Пока вашим политиканам не пришло в голову ничего дурного, необходимо эвакуировать сюда вашу жену и детей, а также сестру Тори. Впрочем, вы можете отказаться от моего предложения и гордо удалиться, но тогда конечный итог этого приключения будет совершенно непредсказуем. На самом деле безопаснее иметь дело с наемными убийцами и серийными насильниками, чем с вашими депутатами и министрами. Пример тому стоит рядом и похож на вас как брат-близнец, ведь в Основном Потоке его совместными усилиями британской и французской агентур не только свергли с трона, но и обрекли на смерть вместе со всей семьей, запретив вам давать им убежище в Великобритании. Все я про ваших вестминстерских деятелей знаю наперед, и ничего из этого нельзя назвать хорошим.

Король Георг посмотрел на Николая, тот кивнул, и тогда британский король сказал:

- Хорошо, мистер Серегин, я остаюсь, и полностью согласен с вами по поводу эвакуации моей семьи. Мой младший сын Джонни болен эпилепсией, и мы с Марией каждый день и час переживаем за его жизнь. Ники телеграфировал мне, что ваши врачи могут помочь моему мальчику...

- Это само собой, Георг, - сказал я. - Вашим сыном займутся сразу, как он окажется в Тридесятом царстве. С этого момента вам уже не надо будет переживать за его жизнь. Для наших врачей действительно нет ничего невозможного.

- Моя отцовская благодарность вам будет безмерна, - склонил голову британский король. -Что касается, моей сестры Тори, то я признаю за ней характер и ум значительно больше моего, а потому без колебаний уступлю ей трон и первым принесу ей присягу как верноподданный. Тори любит

Британию, а Британия любит ее.

- В таком случае мы договорились, - сказал я. - А сейчас объявляю спасательную операцию. Форма одежды походная, настроение боевое. Раз-два.

1 4 октября 1914 года. Три часа пополудни. Великобритания, Лондон, Букингемский дворец.

Принцесса Виктория Великобританская

Чрезвычайная суета началась в Букингемском дворце совершенно неожиданно для его обитателей. Только что было тихо, все занимались своими делами, как вдруг раскрывается дверь Белой гостиной, где мой царственный брат принимал премьера Асквита, и оттуда вместе с встревоженным Георгом появляется престранная компания: во-первых, наш русский двоюродный брат Ники, похожий на моего брата как близнец, во-вторых, весь такой серьезный мужчина в иностранной военной форме, чем-то похожей на русскую, и в-третьих, одетая по-мужски короткостриженая женщина-брюнетка в такой же форме, как и мужчина. А вот премьер Асквит куда-то подевался. Такие чудеса... Люди, которых в нашем дворце не могло быть - появились, а тот, кто был, бесследно исчез, будто его побрали черти.

Первым делом Георг распорядился собрать всю нашу семью в Белой гостиной, и когда это было сделано,сказал:

- Дорогие мои, позвольте представить вам