Белое перо - Гектор Шульц

слезы, – усмехнулся он. – О, не удивляйся. Здесь у многих выступили слезы на глазах.

– А у тебя?

– Демоны никогда не плачут, Виктория. Это ваша слабость, которой мы лишены, – рассудительно сказал Элигос. – Но мне понравилось. Дивный город, дивный кофе, дивное мороженое, дивная музыка и омерзительные люди.

– Отчасти ты прав, – задумчиво вздохнула девушка, заставив демона поднять бровь. – А, ничего. Не обращай внимания. Ты еще будешь слушать, или пойдем?

– Еще пару поэм. Уверен, они будут так же прекрасны, как и эта, – буркнул он, копаясь в телефоне. – Я уже добавил её к себе в плейлист.

– А как же твои слова о неживой музыке? – тихо рассмеялась Виктория.

– Теперь она живая. Потому что я сам её слышал, – загадочно ответил Элигос и снова приложил палец к губам, когда дирижер взмахнул палочкой. – Слушай и сама все поймешь.

– Как скажешь, – покачала она головой, но глаза закрыла. И снова её душу обволокла музыка. Прекрасная и величественная.

После концерта Элигос словно изменился, а Виктория удивилась, куда делся тот циничный мужчина, ворчащий по поводу и без. Но изменения были налицо. Демон улыбался, мурлыкал себе под нос симфонии, которые услышал ранее, и рассеянно вертел головой, рассматривая фасады домов, когда они шли к вокзалу.

Впрочем, девушка и сама заметила, что стала чаще улыбаться, а предстоящая встреча с братом уже не так её пугала, как раньше. Наоборот, она ждала её с трепетом. Это и подметил Элигос, когда они вошли в здание вокзала и направились к кассам, чтобы выкупить забронированные билеты.

– Неужели господин Бедржих пленил и твою душу? – спросил Элигос, стоя за полноватой женщиной, обмахивающейся большим веером с китайскими иероглифами. – Куда девались робость, страх и слезы?

– Не знаю, Элигос, – ответила Виктория, склонив голову и следя за пассажирами, погруженными в свои мысли. – Это путешествие, оно словно меняет меня.

– Любое путешествие меняет душу, – улыбнулся демон и поморщился, когда поток воздуха от веера стоящей впереди женщины чуть растрепал его укладку. – Есть цель в конце пути, к которой мы движемся и благодаря этой цели меняемся. Даже если нам попадаются милые старушки, ворующие кольца соседей, наркоманы с трехдневной щетиной, вляпавшиеся в долги, и толстые дамы с веером, гоняющие соленый пустынный воздух в наши лица.

– Элигос вернулся, – покачала головой Вики и улыбнулась, когда стоящая впереди женщина повернулась к демону с недовольным лицом.

– Простите, вы назвали меня толстой? – визгливо спросила она. Элигос задумчиво изучил её лицо и, улыбнувшись, кивнул.

– Вам не нужно просить прощения. Я сказал правду, – ответил он и прищурился, когда лицо женщины стало пунцовым. – Вам не нравится правда?

– Вы назвали меня толстой! Я не толстая, а страдаю из-за болезни, – рявкнула она, отчего по очереди прошли взволнованные шепотки.

– Нет, нет, – покачал головой Элигос. – Болезнь выдумана вами, чтобы оправдывать собственную лень. И этот запах, который вы разносите по вокзалу веером, не является следствием выдуманной болезни. Вам просто лень вымыть тело, не так ли?

– Хам! – буркнула она и, сложив веер, отвернулась.

– С давних пор правду величают хамством, – улыбнулся демон и подмигнул Виктории, на губах которой застыла натужная улыбка. Девушка изо всех сил пыталась не рассмеяться в голос.

– Элигос, иногда правду не стоит говорить, – ответила она, переведя дыхание. – Так жить легче становится.

– И скучно, – кивнул Элигос, после чего улыбнулся кассиру, которая моментально растаяла от улыбки демона. – Добрый вечер. Я бронировал два билета до Берлина и жажду получить их.

– Да, конечно. Ваш паспорт и паспорт пассажира, – мило улыбнулась девушка, после чего, взяв паспорт Элигоса и Виктории, сверила данные с экраном компьютера и протянула их обратно, как и два билета. – Пожалуйста, господин Эрртруар. Ваши билеты.

– Какая полезная вещь, – хмыкнул Элигос, когда на экране его телефона появилось сообщение о том, что билеты выкуплены. – Это чудо сообщило мне, что билеты куплены, Виктория.

– Элигос, это просто уведомление, – рассмеялась девушка и побледнела, когда к кассе подошел рослый полицейский в знакомой черной форме и, наклонившись к кассиру, что-то сказал ей на ухо. Затем, кивнув, он перевел взгляд на Элигоса и внимательно посмотрел на него.

– Добрый вечер, офицер, – улыбнулся тот. – Ваш взгляд говорит мне о том, что вас мучают вопросы. Но мы уже сказали вашим коллегам, что непричастны к козлиной голове.

– Не знаю, о чем вы, но прошу пройти со мной в комнату для досмотра, – вздохнул полицейский и указал рукой на скромную серую дверь неподалеку. – Простая формальность.

– Видимо, непростая, – вставила Виктория.

– Обычная проверка, – недобро улыбнулся полицейский и подошел ближе. – Прошу.

– Вы просите недостаточно вежливо, – блеснул глазами Элигос, сменив улыбку на плотно сжатые губы, но расслабился, когда его взяла под руку Виктория. – Скажите спасибо юной леди, офицер.

– Спасибо, – усмехнулся тот. – Прошу в комнату, господин Эрртруар.

Комната для досмотра оказалась аскетичным помещением, в котором из мебели был только серый стол и три серых стула. Полицейский, проводивший их, вышел, но вошел другой и, заняв один из стульев, кивнул на оставшиеся и, дождавшись, когда Элигос и Вики сядут, раскрыл черную папку. Он закурил, нахмурил брови и взял в руки белый листок, на котором была фотография Виктории, после чего положил его перед удивленным демоном.

Полицейский был неприятным человеком. Жесткое лицо с недельной щетиной, плотно сжатые губы и безразличные, водянистые глаза, внимательно смотрящие на Викторию. Его нос был когда-то основательно перебит, а над верхней губой белел шрам, словно полицейского когда-то ударили чем-то тяжелым.

– О, загадки начинают отгадываться, – улыбнулся Элигос, придвигая к себе листок. – «Виктория Якубова… так, так… сбежала из приюта Горни…[20] хм… предположительно будет искать…». Браво, детектив. Ваша проницательность делает вам честь.

– Не юлите, – отрезал полицейский и, подойдя к Виктории, резко приковал её руку наручниками к стулу. – На всякий случай. Если и отсюда она соберется бежать. А теперь, господин Эрртруар, поговорим о вас. Как вы объясните, что покупали два билета до Берлина с беглянкой, которую ищут по всей Праге?

– О, это удивительная история. Мы познакомились в поезде… – начал было Элигос, но полицейский бухнул кулаком по столу и оскалил желтые зубы.

– Хватит врать! Говори, мразь, ты её похитил?

– Не стоит говорить со мной в таком тоне, – мрачно ответил демон, а его глаза полыхнули красным. – Если я вежлив с вами, то и вам следует быть вежливым со мной. Иначе последствия не заставят себя долго ждать.

– Элигос… – испуганно попыталась успокоить его Виктория, но демон покачал головой.

– Тихо, юная леди. Пусть этот человек выскажет все, что думает.

– Тут и думать не надо, – презрительно ответил полицейский. – Ты похитил девочку из приюта, а теперь пытаешься вывезти её из страны. Дорогой телефон, дорогие часы, дорогая одежда. Захотел продлить общение на больший срок? Деньги решают все, по-твоему?

– Верно, детектив Новак. Решают для вас. У всего есть цена. У нашей свободы и у вашей душонки, – без улыбки ответил Элигос, не сводя с полицейского внимательного взгляда темно-красных глаз. – Вы неплохо устроились, не так ли? Какой прекрасный послужной список