Евгения Бойко - Дом Воды и Воздуха (СИ)

– Сегодня великий день, – Кастилла раскинула руки. – С помощью порченой крови я смогу оживить дочь. – Тетушка повернулась к кругу, в котором сидела Елена и указала на демона. – Мою дочь, зверски убитую этим лгуном. Ее душу спасло только то, что она зависло между мирами.

– Цена была озвучена, назначена и утверждена.

– Сдается мне твоя верность, в последнее время поколебалась. Не страшно назад возвращаться, а? – Кастилла улыбнулась, обнажив зубы. – Мне известна тайна вашего рода. Вы можете существовать хоть вечность… но эту вечность вы покупаете, пожирая украденные души. Вы меняете реальность, искривляете пространство, отбираете годы жизни у других. Ты собирался пожрать душу моей бедной девочки.

– Может, ваша дочь наивна и не поняла, чем ей это грозит, но вы-то знали! – Елена подошла к границе сферы. – Вы предали ее хладнокровно и расчетливо. Продали, ради сомнительной чести побороться за трон!

– Молчи! – дико заверещала Кастилла, теряя человеческий облик. Она взмахнула рукой и Елена оказалась за границами силового поля раньше, чем поняла что произошло.

Невидимая сила тащила ее по каменным плитам, у зеркала Елену вздернуло в воздух. Ведьма покраснела и напрягалась, пытаясь оторвать от горла невидимые пальцы, ноги болтались в метре над полом.

– Неужели вы всерьез думали противостоять магу моего уровня? Не надо быть солью земли, чтобы понять – происходящее в городе дело рук незаурядного ума. Мне триста лет, родословная безупречна, в распоряжении лучшая и полнейшая библиотека. Я достойна, быть не только Матриархом Дома, но и королевой! И я буду ею. Я приведу наш народ к процветанию и благоденствию, мы больше не будем таиться и прятаться. Мы – лучшие, и мы достойны лучшего. Мы превратим людей в рабов, какими они на самом деле являются.

– Королевой? – крикнула я. – Вы разорили наш Дом!

– Ах, Гели, – тетушка посмотрела на меня, и лицо было застывшей маской ненависти. – Ты мнишь себя такой сильной, но где эта сила? Ты можешь только наносить удары со спины, тем, кто этого не ждет. Знакомо ли тебе слово «честный бой»? Чего у тебя нет, силы или чести?

– Где была ваша честь, пока вы убивала людей?

Кастилла ударила меня чарами, и я почувствовала, как левая рука вспыхнула от боли – с нее будто сдернули кожу.

– Люди-скот. Я бы хотела убить вас всех, медленно и обстоятельно. Но вы нужны мне живыми. Уж я-то достаточно сильна чтобы заткнуть вам рты. Будете делать, что я прикажу. А пока – молчите! – и она подкрепила приказ заклятием сомкнутых уст.

Кастилла порезала запястье Гизелы и сцедила ее в грубо сделанную чашу.

– Подойди! – позвала она, и к ней подошел ее муж.

Глаза его были пусты как зеркало без отражения, как окна брошенного города. Он шагал как ведомая кукловодом марионетка.

– Ненавижу мужчин, не оправдывающих возложенных надежд. У тебя мой милый был только один плюс, ты не лез ко мне с советами, и не пытался править моим Домом. Но и пользы от тебя никакой … так что радуйся, твоя никчемная душонка поможет возродиться нашей дочери. – Она начертила круг кровью королевы, а достала трехгранный кинжал и вонзила ему в сердце.

Зеркало подернулось мутной пеленой, которая натягивалась, будто кто-то пытался пройти с той стороны в наш мир. Кастилла поднесла к зеркалу ладонь с парящим над ней лепестком огня.

– Дидем, я зову тебя! Приди! – и она погрузила руку в вязкое пространство зазеркалья.

Елена открыла глаза и с размаха ударила ногой голову Кастиллы. Тетушка свалилась на пол скошенной травой. Ментальная хватка тетки ослабла, и Елена оказалась на полу. Следом рухнули сдерживающие нас барьеры.

Из зеркала вылетали привлеченные волшебным огнем души, и они мало напоминали благожелательно настроенных родственников, мудрых и всепрощающих. Скорее свору голодных диких псов. В зале резко похолодало и сквозь Дымное Зеркало в комнату врывались порывы ветра и хлопья снега.

– Не давайте им касаться себя! – крикнула ведьма, и мое плечо обожгло болью от прикосновения пролетевшей мимо души.

– Ну и как их загнать назад? – Гай едва успел убраться с пути особенно рьяной сущности.

– В заклятии ничего об этом не говорилось, – честно признала ведьма, – так что будем импровизировать, – растянув губы в диком оскале, она оптимистично добавила: – Или умрем! Сегодня полнолуние, отличный день для смерти.

Кастилла не успела уклониться и одна из душ слилась с ней, покрыла ее прозрачной голубоватой пленкой и впиталась. Тело женщины конвульсивно дернулось, что-то будто пыталось вырваться… или устроиться в ней поудобнее. Рухнуло на пол, заскребло пальцами по мраморным плитам, дергая ногами и выгибаясь дугой. Рот, превратившийся в дыру с посиневшими губами, открылся, непрерывно извергая поток бессвязных слов на латыни. На щеках расцветали черные узоры.

Остолбеневшие мы увидели как то, что было Кастиллой, затихло и в один момент поднялось на ноги, будто невидимый кукловод дернул за веревочки. Свесившаяся на грудь голова поднялась, и острые клыки щелкнули как зубья капкана. По подбородку стекала струйка слюны пополам с кровью.

Мой оживший «погодный» кошмар – точно так же выглядели жертвы свихнувшейся ведьмы приносившей в жертву детей. Одержимая. Гизелла сидела на полу возле трона, обняв себя руками и раскачиваясь из стороны в сторону. Души собрались вокруг нее, но не нападали.

Я нащупала за поясом стилет – к счастью она не обыскала меня, полагаясь на магию, – и тварь проследила за моей рукой пустым, ничего кроме голода не выражающим взглядом. Мой клинок был потерян в Эо, и Гай дал мне взамен другой – серебряный – с рунами, не дающими мертвецам подниматься. Серебро действенное средство против потусторонних тварей, но всадить его нужно точно в сердце. Иначе и пытаться не стоит.

Несколько душ летало вокруг нее, и она перевела взгляд на них. Пользуясь этим, я сделала два шага и метнула клинок в грудь Кастиллы. Никакого толка. Она отпрыгнула в сторону, выдернула лезвие из раны и отбросила как бесполезный кусок металла. Танцующим шагом отступила к зеркалу, подол ее длинного шелкового платья развевался. Она сгорбилась, растрепавшиеся пряди упали на лицо, пальцы скрючились – ни дать ни взять загнанная в угол крыса.

– Хотите напасть на меня вместе? А как же честь? – слово честь она выхаркнула, ей как-то удалось взять под контроль часть своей личности. – Я справилась с вами одна.

– Мы не настолько благородны, – я бросилась на нее.

Бушующий ветер затащил нас через зеркало в Хел… и вокруг была вода. Длинные пряди светлых волос тетушки извивались как гадюки, глаза за которыми виделась чья-то душа, сияли потусторонним светом. Кастилла – или то, что было ею, – бросилась на меня, впиваясь в плечи острыми когтями, пытаясь вцепиться зубами. Я успела выставить руки, уперлась локтем ей в шею, острые клыки клацали рядом с моим лицом. Лягнула ее – нога попала в живот, но Кастилла не отреагировала. Руки начали дрожать, кислород заканчивался. Легкие расширились, грозя лопнуть.

Я почти задохнулась, когда меня дернуло назад, в реальный мир. Боль от падения отозвалась в пояснице, воздух наполнил грудь с шумом. Тетя оскалилась. Я вздрогнула, когда Гай ударил ее ногой в лицо. Еще и еще пока она не оказалась рядом с зеркалом.

– Закройтесь! – крикнула Елена, сжимая в руках огненный цветок. – Закройтесь врата!

Кастилла завизжала, ее втащило в зеркало, она вцепилась пальцами в раму, отчаянно пытаясь выбраться. Пальцы одной руки соскользнули, но вторая продолжала держаться. Гай ударил по ним, и Кастиллу унесло прочь в водовороте черноты и ураганного ветра. Врата с хлопком закрылись, зеркало помутнело, затянулось пленкой, а потом и вовсе вернулось к нормальному состоянию.

В зале стало тихо, разве что оглушительно громко тикали часы. Гай притянул меня к себе и обнял, не обращая внимания на окружающих. Поцеловал в висок.

– Боже, храни нас от Королевы! – с чувством сказал Фредерик, поднимаясь с пола.

***

Елена протянула цветок демону. Но он только покачал головой и сжал пальцы ведьмы на трепещущих лепестках.

– Знаешь…оставим мертвых в покое.

До полночи оставались мгновения. Один, два…

Они многое бы могли сказать друг другу.

«– Я рад, что тот свиток достался тебе.

А Елена приподнялась бы на цыпочках, и ее руки легли бы на его плечи.

– Я бы многое отдала за возможность еще хоть час побыть твоей должницей».

Демон склонился к ней, теплое дыхание коснулось уха, отчего по коже побежали мурашки… и прошептал лишь одно слово. А в следующее мгновение исчез, рассыпавшись сотнями сияющих золотых искр. Волшебство неумолимо просачивалось сквозь пальцы, и не поймать его, не остановить.