Ульяна Волхова - Иноверка (СИ)

— Что-то случилось, пап? — спросил молодой человек.

— Случилось… — кивнул МакЛейн и рассказал всё.

— И чего ты переживаешь? — не понял сын. — Надо — значит женюсь.

— Но… — хотел возразить отец.

— Послушай, — остановил его сын. — жениться надо с умом! Чувства проходят — и что остаётся? Да, ничего! А нужно, чтобы осталось, и с этой точки зрения, девочки МакДи идеальны! К тому же, я на сто процентов уверен, что их с самого детства готовили к браку по расчёту, так что сплошные выгоды! Тольки посмотри: партнерство, дальнейшая поддержка влиятельного клана, хорошая родословная, жена, которая не будет мешать и которую не стыдно будет показать людям!

— Сын! — воскликнул МакЛейн.

— Отец, соглашайся! Не думай отказываться! — произнёс он — и отключился.

Разговор закончился, а МакЛейн всё не мог прийти в себя.

— Будем надеяться, что он и сейчас знает, что делает. — вздохнул мужчина и пошёл к выходу, чтобы найти МакДи и сообщить ему о принятом решении.

— Я готов продолжить переговоры. — сказал он, открыв дверь.

— Отлично! — раздался громкий голос Арчибальда МакДи, а через несколько секунд он ещё и вернулся в кабинет.

Мужчины снова уселись за стол переговоров.

— И какая девочка больше вам по душе? — улыбаясь, спросил Сэр.

Произошла заминка. Глаза отца Стефана нервно забегали, пуская короткие, ничего не значащие взгляды, пока не остановились на картине с изображение большого вальяжного кота.

— На той, что подарила Вам этот рисунок. — неожиданно даже для самого себя произнес МакЛейн старший.

— Хлоя? — удивился Арчибальд.

— Ээээ, у вас есть ещё одна внучка? — удивился не меньше МакЛейн.

— Есть. — мягко и очень тепло улыбнулся МакДи. — Единственная дочка моей дочки. Очаровательная девочка.

— Но я думал, что вы навсегда разорвали отношения.

— Я тоже так думал, но со временем понял, что совершил самую большую ошибку в своей жизни, сделав это. И теперь пытаюсь исправить хоть что-то… — произнес Сэр, но выглядело это так, словно он ушёл в себя. — Так которая из девочек? — снова спросил он, словно очнувшись.

— Хлоя. — на этот раз уверенно произнес МакЛейн.

И опять наступило молчание. По тому, как сжал руки Арчибальд, по тому, как он нахмурил брови было очевидно, что он задумался и задумался серьёзно…

— Знаешь, а всё может получится очень даже неплохо! — неожиданно заявил глава клана МакДи. — Даю добро! Вот только есть маленькая загвоздка…

— Какая? — напрягся МакЛейн.

— Хлоя умна, но при этом несколько наивна. Она пытается казаться циничной и умудренной жизнью, но на самом деле романтична и верит в красивые сказки. К тому же она, вряд ли, согласится на брак по расчету. Её отец хорошо задурил ей голову!

— Так в чём проблема? — не понял МакЛейн. — Ну, поухаживает за ней мой сын немного — девчонка сама за ним бегать начнет.

— Не начнет. Она умна, да, к тому же, чувство гордости, собственного достоинства тоже в порядке.

— Тоже не проблема… Обратимся к специально обученным людям.

На этом трансляция прервалась. А я сидела и думала.

— И в какую организацию они обратились? — спросила я у Дэвида.

— Думаете, я знаю? — удивился он, а я же для себя отметила, что мужчина неплохой актер.

— Знаете. — хмыкнула в ответ. — Вы бы не пришли, не будь у вас полной информации: иначе бы месть была бы неполной

— Вы правы, Хлоя. — усмехнулся МакНари. — Они обратились к корпорации «Соединяющим Сердца».

Что ж, не хило. Самое известное и успешное брачное агентство, чья слава гремит по всей вселенной, а услуги стоят столько, сколько инее и за семь жизней не заработать! По слухам у этой организации гениальная база данных, где есть информации абсолютно на любого человека. И там не просто справочная информация, но и медицинские, психологические и индивидуальные характеристики…

— «Соединяющие Сердца» собрали на вас досье, проанализировали его, а потом пользуясь своими секретными методами создали рекомендации для Стефана МакЛейна при общении с вами, чтобы в ваших глазах, Хлоя, он выглядел чуть ли не идеалом.

— Досье… У вас есть его копия. — осторожно спросила я.

— Есть. — печально вздохнул Дэвид.

— Можете его мне презентовать? — попросила я.

— Хорошо. — согласился МакНари. К моему удивлению, он наклонился к своему ручному компу и что-то там нажал, а дальше уже моё устройство просигналило о приходе мне письма, которое я тут же открыла и бросилась читать. И всё подтвердилась… Мои характеристики… Советы по обращению… Рекомендации…

Нет, можно было, кричать, что всё это подделки, но… Но, если видеозапись и можно было подделать, то эти документы практически невозможно. Они были заверены особым способом, плюс везде стояла специальные печати, на которых автоматически отражалось копия ли, оригинал, подделка… Отражалось и передавалось в соответствующие органы.

На этом документе стоял штамп 100 % электронная копия, правдивая, но сделанная без разрешения владельцев оригинала.

Да и, видео… У меня слишком наметанный глаз, да и навыки соответствуют. И программы на компе… И да, пусть они для фотографий, но принцип цифровых изображений универсален! И всё это, к моему несчастью, говорит, что все представленные улики против Стефана и моего Деда подлинны.

— Не расстраивайтесь. — неожиданно произнес Дэвид, поймал мою ладошку своей, большим пальцем провел по бугоркам, а затем легонько сжал в жесте поддержки.

— А кто расстраивается?! — удивилась, возвращаю свою конечность себе. — Я рада! Очень Рада! Спасибо! Всегда знала, что добрые дела вознаграждаются! Давайте я и вас расцелую!

И я действительно подскочила, прижалась к несчастному мужчинке и облобызала сначала левую щеку, затем правую а потом клюнула в нос.

— Спасибо вам огромное, преогромное! — восторженно заявила на всё кафе и тут же гораздо тише проинформировала: — Микрочип я экспроприирую.

Дэвид был явно в прострации, что в прочем не помешало посчитать мне его молчание за знак согласия. Кстати, пользуясь всё тем же его состоянием я спокойно покинула обеденную зону, по дороге выхватив официантку, что принимала заказ, и заплатила за кофе.

Когда вышла на улицу, я ни с того ни с сего побежала. И бежала, бежала, маневрирую между людьми и всё ускоряя темп. Это заставляло сконцентрироваться и думать только бы в никого не врезаться, только бы контролировать дыхание…

И бежала я долго, пока легкие не обжёг огонь, а ноги не превратились в трясущиеся желе. Только тогда я остановилась, согналась в три погибели и жадно глотала воздух, задыхаясь. В какой-то момент моё состояние осложнилось слезами, пока ещё слабыми и редкими.

Шатаясь доковыляла до какой-то скамейки, плюхнулась на неё и дала себе волю. Зарыдала в голос, некрасиво, страшно, уродливо… Зря говорят, что слёзы горю не помогают. Слёзы — это разрядка, позволяющие скинуть эмоции. А у меня их было столько, что, не будь слез, просто бы разорвало…

Я чувствовала боль физическую, боль душевную, боль от предательства, снова потерю веры в себя, в окружающих людей, разочарование и… И невероятное облегчение, и даже счастье от того, что ещё легко отделалась, ведь, если бы моя история со Стефаном, с кланом, с дедом затянулась было бы хуже… Во много, много раз. Была бы загубленная жизнь.

А сейчас… Пусть я ничего из себя не представляю, пусть вокруг меня лишь осколки, но я молода, здорова и ещё смогу собрать себя заново. И ещё смогу быть счастливой, ведь я обещала… Обещала отцу. А я всегда держала слово.

Вот только, для начала, раздам все долги, чтобы уж точно спать спокойно и ни о чём не жалеть. Пусть жалеют те, кто играет чужими жизнями, кто решает за других, кто плюёт на чувства… Пусть! И я ни в чём! Ни в чём не виновата! И страдать не буду! И снова буду фотографировать! Даже лучше прежнего! Да, пусть к «активной» технологии больше никогда не притронусь, но и без неё мои снимки будут прекрасны и завоюют мир. Да, весь мир будет восхищаться моими работами.

Я обещаю! Клянусь!

Неожиданно слезы, истерика кончились, а на место них пришли слабость и безразличие. В таком состоянии я посидела час или два, благо было тепло. Посидела, посидела, а потом напросилась в гости к Августу, после чего выключила комп и, собственно, поехала.

— У меня проблемы. — с порога известила.

— Понял. Заходи. Рассказывай. — с показным равнодушием ответил друг. Я слабо улыбнулась и выдала всё произошедшее, правда, уже спокойно, с чувством, с толком, расстановкой…

Выговорилась, а потом мы ещё раз проверили улики. Август был в этом деле профи, да и оборудование подходящее сохранил с времен своей карьеры спецкорреспондента… Подлинник, теперь уже никаких сомнений.