Евгения Бойко - Дом Воды и Воздуха (СИ)

– Ты мог погибнуть! – наконец сказала я и тут же замолкла. Честное слово лучше бы бессознательной прикинулась.

– Я знаю, что я должен, а что нет, – отрезал он. – Позволь мне хоть это.

– Гай…

Одним шагом преодолев разделявшее нас расстояние, он навис надо мной, упираясь руками по обе стороны и пригвождая к постели.

– Ненавидь меня, не разговаривай, избегай встреч все равно – пока это в моей власти, я не отдам тебя смерти.

Я растерянно моргнула, а он ничего, не добавив, развернулся и ушел. Только в дверях посторонившись, чтобы пустить Елену. Она проводила его озадаченным взглядом. Вопросительно заломила брови, на что я только развела руками. Я же говорила – с эмоциями у нас в Доме беда бедовая. Ведьма не стала акцентировать на этом внимание.

– По-моему кто-то хочет твоей смерти.

– Я догадалась. Думается это как-то связано с расследованием. Может убийца подумал, что я слишком близко подобралась к разгадке, и решил от меня избавиться? Но я ведь не дура, ограничился бы лошадиной головой в постели, я бы не стала совать нос, куда не следует.

– А куда не следует?

– Не знаю. Ты точно ничего от меня не скрываешь? Никаких нежданчиков оставшихся за кадром?

Щеки Елены порозовели, и она посмотрела на многострадальный пейзаж, избегая встречаться со мной глазами. Я уставилась на нее немигающим взглядом влюбленной самки богомола.

– Нет, – откровенно соврала она, продолжая ограничивать мои мысли в своем сознании.

Я откинулась на подушки и скрестила руки на груди. Что такого она может скрывать? С Анастасом переспала? Или он настолько очаровал ее, что она его выгораживает? Я ведь была уверена, Анастас как-то замешан в этом деле…

– А твой брат оказывается неплохой мужик, рисковый такой. И симпатичный. Мрачный только, – она потерла подбородок.

– Я думаю, он… ммм… расстроен… слегка, – туманно пояснила я, раздумывая как бы поделикатнее объяснить ей сложившуюся у нас с ним ситуацию. Нет, молчание – золото.

– С чего бы?

– Я в некотором роде… сбежала.

– И часто вы сбегаете, пациент? – издевательски протянула ведьма.

– Случается, – покаялась я. – Например, предпоследний раз, когда мне было семнадцать. Отец собирался выдать меня за мужчину, который был мне глубоко не симпатичен. После очередной ссоры я выбежала из дома с явным намерением сотворить что-нибудь непоправимое. Гай догнал меня, и в порыве гнева я сломала ему нос, чтобы не мешал мне ломать себе жизнь. Я потом очень в этом раскаивалась.

Раскаивалась! Да что там говорить, через несколько секунд я была готова разреветься. Гай сидел рядом, и не смотря на распухший нос и капающую кровь, успокаивал меня.

– Он очень добрый и заботливый. Жалко, что я познакомилась с ним, когда мне было уже тринадцать. Все бы могло сложиться совершенно по-другому. Я бы не отказалась от такого старшего брата, а то так воспринимаю его скорее как друга и возможно, наставника.

– Тут пахнет чрезмерной опекой, – безжалостно припечатал ведьма.

– Не спорю, он очень повлиял на меня, все-таки у нас разница в семь лет – Гай был для меня примером. Он проводил со мной много времени, советовал что почитать, посмотреть, послушать…

– Наверное, и в йорт пойти тебя надоумил, – она скрестила руки на груди.

– Он как раз был против, пожалуй, даже больше чем отец.

– Интересно, где он был, когда тебя третировали чистоплюи из остальных Домов? Мог бы предложить тебе защиту.

– Кто сказал, что он мне ее не предлагал? Он угомонил воинствующих поборников нравственности. Предлагал мне переехать в Зимнюю усадьбу и пойти работать в его фирму, но я предпочла принять предложение Яна. Может я и не лучшая оперативница, но у меня нет привычки, выезжать на чужой шее. Я могу сама о себе позаботиться. К тому же нечестно получается: на меня потратили средства из фонда, учили, а я возьму и уйду в какие-нибудь секретарши, варить кофе и составлять письма.

– Ох, я поняла, почему у тебя с мужиками не ладиться. Ты всех подсознательно сравниваешь с ним. А он спорить могу, всех сравнивает со своей покорной милой сестрицей. Эдакой хрупкой крошкой по сравнению с остальными амазонками из вашего племени.

– Вот чего-чего, а покорной меня никак не назвать. Да и на счет крошки… не такой уж я недомерок.

– Ладно, не хандри. Негоже предаваться горестям накануне своего двадцать четвертого дня рождения.

Я с удивлением поняла, что со всей этой кутерьмой про него забыла. В самом деле, какой праздник, когда в городе непонятно что происходит? Но Елена помнила и от энтузиазма в ее глазах, мне сделалось нехорошо. Эта ведьма обожала развлечения и не нуждалась в формальных поводах, но если уж таковой предоставлялся…

– Полу братец явился уже? – я поспешила сменить тему.

– Еще час назад. Зачем он тебе?

– Я попросила Гая поучить его фехтованию если у него будет на то время и желание, а сама хочу показать во что превращаются проигравшие. – Я спустила ноги на пол и осторожно встала, избегая резких движений. Сотрясение содержимого черепной коробки штука неприятная.

– Вай, показательная экскурсия в морг! – ведьма хлопнула в ладоши. – Я хочу это видеть.

– Давно на покойников не любовалась? Или забыла, какое у тебя самой было лицо в первые дни?

– Вот-вот, наконец-то увижу, как в этом глупом положении окажется кто-то еще, – злорадно усмехнулась она.

Счастливая она выпорхнула из палаты, и я медленно последовала за ней, морщась и потирая ноющую грудную клетку. Вот так подарочек ко дню рождения, чуть не угробили супостаты.

Я остановилась в начале коридора зная, что Елена возьмет полу братца в оборот и приведет куда надо, попутно устроив краткую экскурсию с ироничными ремарками и неизменными шутками-прибаутками. Елена любила поворочать о неэффективности управления, надоедливых и некомпетентных служащих, но ей здесь по-настоящему нравилось.

Из холла донесся ее голос, звучный и мелодичный:

– Итак, Артур, ты находишься в святая святых – управлении йорт, где кроме прохиндеев и недотеп попадаются и приличные нотты. На первом этаже у нас департаменты социологических исследований, оперативного реагирования, бухгалтерии и финансов, а также отдел кадров во главе с одиозной Миклодией. – Ведьма обняла Артура за плечи и понизила голос: – Поговаривают, она съедает новичков, не выдержавших испытательного срока.

Она указала рукой на лестницу:

– На втором этаже восседает глава всех и вся – Большой Босс Ян и его помощники. Там же находится конференц-зал и архив. А нам сейчас в подвал. Как ты успел догадаться медики, судмедэксперты и неудачные последствия экспериментов находятся там. Поближе к земле так сказать.

Спешащие по своим делам сотрудники смотрели на ведьму с плохо скрытым любопытством. Экспрессивными манерами, цветистой манерой речи и ретро-нарядами ведьма постоянно привлекла взгляды. Одна часть знакомым ненавидела ее, другая восхищалась, а третья пыталась подражать, что было, на мой взгляд, бесполезной затеей.

Елена цельная личность, со своими достоинствами, недостатками и грешками: артистичная, циничная и остроумная. Те, кто одеваются как она, напускают на себя стервозный вид и бросаются подслушанными у других желчными фразами, вырванными из контекста ситуации, выглядят просто смешно. Конечно, проще претвориться тем, кем ты не являешься чем придавать своей пустоте оригинальную форму. Подражатели.

– Задержанных, но не расстрелянных преступников держат в соседнем здании.

Ведьма театральным жестом распахнула дверь, и обедающий криминалист подавился кофе. Елена чмокнула его в щеку и вытащила из ослабших пальцев надкушенный шоколадный батончик. Приподняла с возлежавшего на столе тела простынку и, хмыкнув, вернула ее на место. На столе как всегда в отсутствии работы лежал манекен, такой вот маленький пунктик криминалиста. Усевшись на стул, ведьма откусила приличный кусок батончика, и показала на откашливающегося парня:

– Семюэл, он же Сэм, он же Потрошитель. Он же «шкуродер - из - подвала». Он же уникальный и очень выгодный работник, совмещающий две должности: криминалиста и судмедэксперта. Двадцать восемь лет, не женат, десять лет профильного образования и год стажировки в Доме Тиса. А еще просто красавчик, – когда желает, ведьма умеет быть сладкой как кленовый сироп. – Семюэльчик, и как ты только выкраиваешь время на спортзал? Поделись с подрастающим поколениям умением планировать, – она выразительно посмотрела на Артура, чьи мышцы были едва ли сильнее, чем у кильки.

– Она постоянно бегает сюда курить, – будто извиняясь за близкое знакомство с ведьмой, оправдался парень и сочувственно посмотрел на моего полу братца. – Да-да, непривычному человеку находится тут… не очень.

Запах в светлой чистой комнате был едва уловим, но он был и наш чуткий нюх улавливал его. Артур побледнел и прижал руку ко рту, с трудом сдерживая рвотный позыв.