Кривицкий Михайлович - Страж. Первые шаги. Часть первая - Оборотень

- Дурочка ты зеленоглазая. - Ксения попыталась вырываться, но, уяснив всю безрезультатность данного действа, перестала. - Куда же ты направилась, если не секрет? - Сергей начал ласково поглаживать ее по волосам. Ксения, шмыгнув носом, прижалась к нему и буркнула:

- От тебя подальше!

- Угу, до ближайшего отморозка. - подхватив девушку на руки, он усадил ее в салон. - Нет уж, сдам родителям с рук на руки, тогда делай что хочешь. - Оборотень сел за руль, - Но пока ты со мной, будь добра отставить капризы с истериками в сторону. Это тебя не красит, если только местами, да и то покрасневшие глаза и нос красоты не добавляют. - вынув одноразовый носовой платок, повернул ее лицом к себе. - Ну вот, красные припухшие глаза, сопливый носик на симпатичной мордашке. А говоришь, что уже не ребенок. - Сергей улыбнулся и сунув пачку платков ей в руки, завел двигатель. - Эх, чудо ты. В конопушках. - Ксения слабо улыбнулась в ответ.

- Извини, я все поняла. Между нами не может быть ничего, кроме дружбы. - почти прошептала она.

- Извиняю, конопатая. Рад, что ты все поняла. - Ксения не сводила пристального взгляда с Сергея, - Что?

- А ты извиниться не хочешь?

- Мне не за что извиняться, Симка. А если снова начнешь капризничать, двумя легкими шлепками не отделаешься. И вообще, давай сменим тему, а то снова поругаемся.

- Давай. - Ксения с радостью согласилась, а Сергей замолчал, давая ей самой выбрать интересующую ее тему. - Серый, - оборотень покосился на девушку, - ведь тебя так назвал тот парень? - Сергей кивнул, - Значит, тебя зовут Сережей?

Оборотень преувеличенно ласково обратился:

- Уменьшительно-ласкательное имя только для очень близких мне людей, а ты пока в этот тесный круг не входишь.

Ксения поежилась, голос хоть и был ласковый, но от него таким холодом веяло, что даже в теплом салоне автомобиля ей зябко стало.

- Для тебя либо Сергей, либо Серый, можешь еще как-то звать, но ни в коем случае не Сережа.

- Хорошо. Тогда можно вопрос? - дождавшись кивка, она продолжила, - Ты угонщик?

- Нет, Симка.

- Тогда почему ты продал чужую машину, а так же украл деньги?

- Конопатая, кража и сбор трофеев это разные вещи, не путай понятия. Кража это заведомо умышленный акт, то есть спланированный, подготовленный и приведенный в исполнение. Я же, если ты не заметила, ни к кому не подходил и за исключением одежды ничего не отнимал и не планировал. Эти ублюдки хотели тебя изнасиловать, я же этому помешал. Кроме того, они хотели меня убить, так что я всего лишь защищался. Ну, почти. Что от них осталось, так это трофеи и компенсация морального ущерба. На войне как на войне. - бросив мимолетный взгляд на задумавшуюся девушку, Сергей продолжил, - Меня этому еще лет семь или восемь назад научили. Шел как-то домой, никого не трогал, из подворотни появилась компания гопоты, которая отправила меня в больницу и вывернула карманы. После этого случая, если кто на меня нападает и мне удается отбиться, всегда лишается своего имущества. Проза и принцип жизни - грабь грабителей. Если решил попытать счастья на большой дороге, будь готов к тому, что кто-то попытает счастья и у тебя в кармане.

- А что стало с той компанией?

- Ничего смертельного, просто в один прекрасный момент они лишились всей одежды и немного пробежались по Ленинградке голышом по морозу. С Винтом, например, мы с тех самых пор поддерживаем приятельские отношения. Когда бываю в Кандалакше, заглядываю к нему, когда он бывает в Мурманске, заходит ко мне.

- Но ведь он купил трофейную, как ты говоришь машину!

- Симка, я не святой, совсем даже наоборот, соответственно и приятели не ангелы. К тому же я убил четырех молодых гопников, судя по машине и оружию далеко не праведников, так вот, их вряд ли найдут до весны, может и вовсе никогда не найдут. Машину я продал специально, так как она в скором времени перестанет существовать как единый агрегат. Так что все концы обрублены. Все, кроме тебя и не заставляй, пожалуйста, сомневаться в тебе, Ксюша.

Девушка слегка побледнела и дрожащим голоском спросила:

- Ты меня тоже…

- Дуреха ты рыжая, сказал же что не трону, только держи язык за зубами. - Ксения кивнула, затем понурила голову, - Слушай, ты тут не причем, вина за их смерть, если ты таковую чувствуешь исключительно на мне и все на этом. Я их убил не из-за того, что они пытались тебя изнасиловать, хотя только за это их можно было пристрелить как бешеных собак. Они умерли, потому, что могли представлять для меня опасность в отдаленном будущем, ну и для тебя за компанию. Будь это простые пьяные отморозки, я бы их просто покалечил и подвел черту под событиями, но эти умруны были со стволами каждый. У меня и так проблем достаточно, не хватало еще их себе на хвост посадить. Так что, давай договоримся, что ничего этого не было. Никогда. Хорошо? - Ксения кивнула. - Вот и замечательно, нервы целее будут.

- Я еще спросить хотела, что ты делал голый ночью в лесу?

- Изображал из себя рыцаря в сверкающих доспехах, которые пришлось сбросить, потому что в железе по морозу бегать неудобно, кое-чего примерзает, знаешь ли.

- А если серьезно.

- Если серьезно, голым оказался потому, что меня до этого конкретно "встряли" против моей воли в очень нехорошие обстоятельства, не буду уточнять какие именно, просто поверь - неприятные. В тот момент я пробегал мимо в поисках трассы, где намеревался попросить помощи. В общем, до этого некоторое время скитался по лесу, пытаясь выбраться и в один прекрасный момент, срезая дорогу, встретил тебя.

Дорога, черной блестящей в свете фар лентой, летела под колеса автомобиля, по радио играл непередаваемо красивый джаз в исполнении Луи Армстронга. Между девочкой и оборотнем велся неспешный разговор на самые разнообразные темы. Ксения позабыла свои обиды, но в глубине глаз светилась решимость добиться своего. Девушка прекрасно уяснила, что ничего не выйдет, пока Сергей не перестанет считать ее ребенком, а самым главным препятствием являлся возраст. Она думала:

- "Скоро мне будет пятнадцать и останется подождать еще только три года. Блин, целых три долгих года! Главное, чтобы ты меня дождался, а пока нужно войти в круг близких для тебя людей".

В слух спросила:

- Слушай, а где ты живешь?

- Дома, Симка.

- Понятно, не хочешь говорить, да? - Сергей кивнул, ничуть не смутившись при виде надутых губ, лишь выразительно посмотрел на свою ладонь, лежащую на рулевом колесе. Проследив за взглядом, Ксения непроизвольно поерзала на сидении. - Тогда может, хоть скажешь, когда у тебя день рождения?

- Тридцать первого октября, конопатая.

- Так это же через шесть дней! А у меня тринадцатого ноября.

Теперь уже оборотень поежился.

- Круто, мой "любимый" день. - девушка расцвела улыбкой.

- Правда?

- Угу, я в этот день пятнадцать лет назад по неизвестным причинам чуть не сдох. - улыбка девушки увяла, - Как сейчас помню, хреново стало ровно в три пятнадцать ночи, в субботу тринадцатого ноября девяносто третьего года. Отпустило только через несколько часов. Кажись где-то в полдень. Меня словно раздирали на части, вообще никакая анестезия не помогала. С тех пор этот день стал для меня особенным. Когда повзрослел, вообще старался проводить его в пьяном забытьи, чтобы проскочил незаметнее.

- Почему? Ведь прошло уже почти пятнадцать лет!

- Симка, эти непонятные боли, как врачи говорят фантомные, иногда возвращаются. Настолько адские, что с ума сойти можно, ничего не помогает хоть волком вой! - оборотень усмехнулся своим словам, - В этот год я, наверное, так и поступлю. Налакаюсь до зеленых соплей и буду орать лесные песни ночному солнцу, добавляя седины случайным слушателям.

Спустя несколько часов оборотень с Ксенией въехали в черту города. За это время Сергей пытался отвертеться от приглашения на день варенья, но так особо и не преуспел, лишь отговорился тем, что если будет в городе и хорошо себя чувствовать обязательно придет. Облегченно вздохнув, парень поинтересовался, с трудом скрывая свое нетерпение:

- Мелкая, тебя куда?

- Я на Копытова живу.

- Жесть райончик, придется проводить до двери и сдать с рук на руки, как обещал.

- Почему это?

- Симка, ты по своему району разве ночью никогда не гуляла? Хотя да, о чем я спрашиваю. Короче, провожу ликбез для зеленоглазых конопушек. Если немного спуститься с сопки вниз примерно на километр - полтора, попадаешь в другой мир, где наркоманы разнообразные по улицам шлындают. Закаленные боями на фронте плотских утех ночные бабочки свой пост бдительно блюдут и шпана всякая шуршит по темным переулкам. Красота е-мое! Хоть сейчас и утро практически, но, зная тебя, с уверенностью могу сказать - обязательно во что-нибудь влипнешь.

Поплутав немного по дворам, автомобиль остановился у подъезда панельного дома в девять этажей, словно клон, стоящий в ряду других таких же. Оглядев пустой, будто вымерший, двор оборотень не успокоился и прислушиваясь к далекому шуму автомобилей учтиво открыл дверцу Ксении. Подойдя к подъезду и увидев зияющую чернотой дыру от выдранного с корнями домофона, Сергей красноречиво посмотрел на Ксению. За дверью раздавались несколько голосов и немелодичное бренчание гитары. Одернув рукава кожаной куртки черного цвета, оборотень ухмыльнулся правой стороной лица. Кривая ухмылка и еле заметно светящиеся в темноте глаза, не придали девушке спокойствия. Наоборот, она почувствовала явственно исходящую от него сжавшуюся в стальную пружину смертельную угрозу. Ксения испугалась за того, кто послужит спусковым механизмом, превращая понравившегося ей парня в жестокого убийцу. Девушка положила узкую ладошку на предплечье оборотня и тихо прошептала: