Верой и правдой. Битвы фельдъегеря (сборник) - Корчевский Юрий Григорьевич

– Это ты кого привёл, что за скоморохи?

Хорошо, что Конрад языка не знал, иначе бы он не стерпел уничижительного обращения. Он дворянин и рыцарь, и, по его мнению, по отношению к нему должен был быть определённый пиетет. Рыцари и дворяне и перед королями могущественных стран, вроде Франции и Британии, спин не гнули.

– Не скоморохи мы – рыцари и дворяне на службе византийского императора. В плен попали к половцам в бою с их превосходящими силами, из плена бежали.

– Да? – удивился князь и указал на Конрада: – А он что же молчит?

– Языка не знает. Он же из Саксонии, немец.

– Значит, наёмник?

– Да, катафракт.

– Это вроде бы тяжеловооружённая конница?

– Именно так, князь.

– И вы дворяне?

– Он – барон, я – маркиз.

– Хм, любопытно.

Князь явно не знал, как поступить с рыцарями. В плен он их не брал – сами пришли, вреда его людям они не причинили, опять же благородного звания, вроде бояр, как понял князь.

– У меня наёмниками служить будете?

– Сколь платить будешь? – не растерялся Алексей.

– А что платил император?

– Пятнадцать золотых монет, гиперпироны называются.

– Ого! Богат император, однако. За год?

Алексей усмехнулся:

– В месяц. Катафракты – ударная сила его армии, один такой всадник трёх, а то и четырёх легковооружённых всадников стоит. К тому же мы не рядовыми были, а кентархами. Им платили жалованье выше.

– Предлагаю вам у меня служить. Харч за мой счёт, жить будете в воинской избе, конь, справа и оружие мои.

– А жалованье?

– Опять ты о своём! Что трофеями возьмёте, то и ваше, ну, кроме моей доли.

– Я с товарищем посоветоваться должен.

– Поговорите во дворе, потом скажешь. Проводи, – это уже относилось к дружиннику, приведшему рыцарей сюда.

Дружинник вывел их во двор. И непонятно было, конвоировал он их или дорогу показывал. Но переходы в тереме и впрямь запутанные, заблудиться поначалу можно.

Алексей с Конрадом уселись на лавке у коновязи, и Алексей вкратце рассказал о разговоре.

Конрад нахмурился:

– Половцы – враги серьёзные, хотя бы из-за многочисленности своей. Но служить только за кров и хлеб я не согласен. Я не холоп – дворянин. Не хочет платить нам – найдёт других.

– Лады! Я узнал твоё мнение. Мне и самому не хочется служить под его рукой. Слышал я о нём: жаден, скуп, лжив и коварен.

– И когда ты только прослышать успел?

– Бывал в этих краях. Откуда, ты думаешь, язык знаю? – с этими словами Алексей поднялся и обратился к дружиннику: – Веди к князю.

Когда они снова вошли к князю, Алексей заявил, что за харч и кров они служить не согласны.

– Вот как? – неприятно удивился князь. – Мои за честь почитают.

– В западных странах деньгами платят.

– К другим князьям подадитесь? Ну-ну… Только условий лучше никто не предложит.

Князь сделал жест рукой, вроде – свободны, выметайтесь, и скривил презрительную рожу.

Дружинник вывел их со двора.

– Идите на все четыре стороны.

Идти-то можно было, только вечер скоро, и есть охота – дальше некуда.

– Что делать будем? – спросил Конрад.

– Ну, переночевать и на улице можно, всё же в крепости, под защитой. А насчёт поесть – ума не приложу. Ни денег нет, ни продать что-либо, вот если только саблю…

– Ни в коем случае! Я без оружия – как голый.

– Тогда надо наняться на разовую работу – за кусок хлеба и миску супа. Другого выхода я не вижу.

– Я дворянин, мне работать статус не позволяет.

– Говоришь, благородных кровей? Тогда и умрёшь от голода благородно.

Конрад засопел носом. Перспектива умереть от голода в далёкой стране его не прельщала.

В это время в город въехал обоз из четырёх повозок, гружённых мешками.

– Идём за ним, – скомандовал Алексей.

– Зачем?

– Может, поможем разгрузить за еду.

Обоз, громыхая колёсами, проехал квартал и остановился у постоялого двора. На крики извозчиков выбежал хозяин.

– Во двор заезжайте, к амбару.

Алексей подошёл к нему:

– Работы не найдётся? Нас двое.

– Денег не дам, – отрезал хозяин, – только за харчи.

– Договорились.

Пока перетащили тяжеленные, килограммов по семьдесят, мешки с гречей, просом да пшеницей в амбар, порядком устали. Силы были не те после плена и побега, истощали рыцари, ослабли.

Тем не менее хозяин слово своё сдержал, дав рыцарям по миске чечевичной похлёбки и по куску хлеба с салом. Оба давно не ели горячего, и Конрад с жадностью накинулся на еду.

– Ты помедленнее, – остановил его Алексей, – не то живот болеть будет.

Они съели всё, даже крошки со стола собрали. В животе разлилась приятная тяжесть, накатила истома.

– Хозяин, можно у тебя во дворе ночь провести?

– Не украдёте ничего?

– Как можно? Мы не тати, из плена половецкого бежали, к себе идём.

– Ох, Господи! Конечно, можно – рядом с амбаром, там навес есть. А утречком зайдите, я вам ещё хлебца дам.

Алексей горячо поблагодарил хозяина.

– Что он сказал? – поинтересовался Конрад, когда оба вышли из постоялого двора.

– Что мы можем переночевать во дворе, под навесом.

– Добрый хозяин! Пусть святая Мария ниспошлёт ему удачу в делах.

Под навесом лежало немного сена для лошадей. Рыцари соорудили себе лежанки и улеглись. Хорошо-то как! Алексей впервые за последний месяц почувствовал себя в безопасности. Жизнь пока не устроена, перспективы туманные, но в данный момент вполне сносно.

Конрад тут же отрубился, захрапел. Алексей покрутился, слушая могучий храп соседа, да и тоже уснул.

Разбудила их прислуга. Не специально, просто стали носить дрова из соседнего с амбаром сарая. Надо было печь топить, еду готовить для постояльцев.

Рыцари проснулись. Как могли, отряхнулись от остатков сена в волосах и одежде, зашли на кухню с чёрного хода. Тут уже хлопотали кухарки, а подросток подбрасывал дрова в печь.

Хозяин был тут. Увидев беглецов, он дал им целый каравай ржаного хлеба вчерашней выпечки и небольшой шматок сала.

– Не взыщите, хлопцы, чем могу…

Рыцари и этому были рады, искренне поблагодарили.

Вернувшись под навес, они съели половину хлеба и всё сало. Оставшийся хлеб Алексей сунул себе за пазуху.

– Будет чем пообедать. Ну что, идём, брат мой во Христе?

– А куда идём?

– В Чернигов, к князю Владимиру Мономаху.

– Откуда ты князей местных знаешь?

– Говорю же тебе, бывал я в этих краях.

– Полагаюсь на тебя. А в какой стороне моя страна?

– Вон там, – Алексей махнул рукой на северо-запад. – Только тебе одному, без денег, не добраться. Можно, конечно, если дойти до Днепра и наняться к купцам на судно. Так и с ними только до Новгорода, потом – пешком до Балтики, море такое.

– Знаю. Далеко меня судьба забросила!

– Ничего. Зато мир увидишь, диковины разные.

– Я ведь в Крестовый поход шёл, а оказался здесь. Варварская страна. Воистину, неисповедимы пути Господни.

– Идём, путь долгий.

Они вышли через городские ворота на восток. Перед ними лежала наезженная грунтовка, по обеим сторонам которой – холмистая степь с небольшими рощицами.

Дружинник на воротах внимательно посмотрел на них.

Когда отошли уже на изрядное расстояние, Алексей сказал:

– Не понравилось мне, как воин у ворот на нас посмотрел.

– Плюнь и забудь. Ты что, девица?

– Как бы князь подлость какую-нибудь над нами не учинил.

– Ты слишком подозрителен, Анри.

Они были в пути не менее часа. Уже и города не было видно, и Алексей успокоился.

Однако опасения его оправдались. Они уже миновали одну рощу и подходили к другой, как вдруг сзади послышался цокот копыт – ехал одинокий всадник.

Рыцари повернулись на звук, и Алексей заметил, что в опущенной правой руке наездника что-то блеснуло.

– Конрад, берегись, у него меч в руке! – и сам отпрыгнул в сторону.

В принципе для всадника двое пеших – лёгкая разминка, особенно если они не ожидают нападения, да еще без щитов и серьёзного оружия.